Девушка бесцеремонно прошла в квартиру, захлопывая дверь и пошла дальше. Меня ее наглость поразила. Она вела себя, как хозяйка.

— Хотела посмотреть, как выглядит любовница моего мужа. — вдруг произнесла она, останавливаясь и поворачиваясь ко мне.

Я стояла на месте и продолжала смотреть на нее, смысл ее слов до меня дошел не сразу. А когда дошел, то я вообще ничего не поняла.

— Я не понимаю… — проговорила я, — Вы, наверное, ошиблись…

Может быть она ошиблась квартирой? Ведь такое может быть, да?

— Марк мой муж, а я жена Марка. Ошибки нет. — произнесла она, наблюдая за моей реакцией.

А у меня земля из-под ног стала уходить. Марк женат? Но… В груди стало очень больно, руки и ноги стали дрожать.

Девушка тем временем открыла дверь гостиной и вошла внутрь.

— Аааа. — тут же услышала я ее крик.

Я очнулась и вошла следом, Ролли сидел возле камина и смотрел на нее.

— Убери его от сюда! — взвизгнула она.

— Пойдем, — взяла я Ролии за ошейник, выводя из гостиной.

Я отвела его в спальню и сразу же вернулась в гостиную. Девушка сидела на диване закинув ногу на ногу и курила длинную сигарету. Я поморщилась. В квартире не курили. Даже Марк себе такого не позволял, хотя я чувствовала от него запах сигарет.

— По твоему удивленному виду, я понимаю, что ты не знала, что Марк женат. — сказала она. — Он никогда не говорит. Мне даже вас дурочек иногда жалко. — продолжила она.

— Нас? — переспросила я.

— Да, вас. А ты думала единственная у него? — заулыбалась она. — У Марка такая натура, ему надо гулять. Нагуляется и возвращается ко мне. За шесть лет нашего брака у него было много таких, как ты. — поведала она мне.

А я почувствовала, как сердце разрывается на части. Мне становилось холодно.

— Почему ты все это терпишь? Почему не разведешься? — спросила я, искренне не понимая.

— Потому что я люблю Марка, а он любит меня. После вас он все равно возвращается ко мне, просит прощение. Я надеюсь, что после рождения ребенка он измениться. — ответила она мне.

А я почувствовала, как в мое сердце, от которого и так ничего не осталось, воткнули нож и провернули. Ребенок?

— Ребенок? — переспросила я, — Ты беременна?

Девушка внимательно на меня смотрела, продолжая курить, а затем стряхнула пепел прямо на журнальный столик, откинулась на спинку дивана и произнесла:

— Возможно…

А мне стало не понятно ее отношение к себе и своему ребенку, зная, что ты возможно беременна, продолжать курить. Это, на мой взгляд, не правильно.

Я стояла перед ней и осознавала, что моя жизнь рухнула. Я только-только начала жить, почувствовала себя счастливой, нужной и вот так все в один миг может измениться. Я не знала, что мне делать. Я не знала, как переживу свалившиеся на меня новости. Марк оказывается женат и возможно его жена беременна. О том, что он женат даже девочки в клубе не говорили. Да и ничего об этом не свидетельствовало. Ни звонков, он всегда вовремя возвращался домой, ночевал здесь со мной, выходные тоже проводил со мной. До меня в квартире не было ни одной вещи, указывающей, что здесь была когда-то женщина. Может эта девица врет? — закралось в моей голове подозрение, а глупое сердце радостно колыхнулось.

— Я понимаю, у тебя есть некоторые несостыковки. — начала она снова, как будто прочла мои мысли, — Дело в том, что я улетала на отдых, меня не было в городе три недели. Вернулась только вчера и сразу же поняла, что Марк снова кого-то себе завел. — объяснила она мне свое отсутствие.

— Вы не здесь живете? — спросила я севшим голосом, сердце снова начинало ныть.

— Нет, у нас есть дом. Эту квартиру Марк купил недавно. — ответила она мне.

А мне стало плохо. Все встало на свои места. Мне хотелось забиться в угол и плакать. Вот так просто, в одно мгновение может все измениться. Я была безумно счастлива в последнее время, парила в облаках, а сейчас жестко рухнула обратно на время.

— Я понимаю, ты такого не ожидала, мне тебя чисто по-женски даже жалко. Но на этом все. Марк мой. — отрезала она.

У меня в ушах зашумело. Я тяжело дышала. Вдруг она перевела взгляд мне за спину и напряглась. Ее поза из вальяжной превратилась в напряженную, в глазах промелькнул страх, но она быстро взяла себя в руки и гордо вскинула подбородок.

Я обернулась. Сзади меня, в дверях стоял Марк. Выглядел он очень злым. Он смотрел прямо на свою жену. Интересно, из-за чего он так разозлился? Из-за того, что она мне все рассказала?

— Ярослава, иди в комнату. — сказал он мне очень мягким голосом, который никак не соответствовал его грозному виду, он не сводил взгляда со своей жены.

Я пошла на выход из гостиной, проходя мимо Марка, он взял меня за предплечье и остановил. Посмотрев мне в глаза, произнес:

— Ни о чем не думай, дождись меня.

Я ничего не ответила. Прошла к лестнице и поднялась на верх, а когда оказалась в комнате, рухнула на кровать и горько разрыдалась. Мое сердце разрывалось на части. Мне было очень больно. Ролли забрался на кровать и попытался лизнуть мое лицо. Я перевернулась и обняла его за шею. Снова. Снова мы остались с ним вдвоем.

Я пробыла в комнате с Ролли недолго. Примерно через полчаса я услышала, как дверь в комнату открылась и послышались легкие шаги. Я как лежала свернувшись клубочком, так и продолжала лежать. Ролли лежал около меня, но, когда в комнату вошел Марк, он, виляя хвостом бросился к нему. Удивительно, но Ролли не боялся Марка, очень привязался к нему, он его воспринимал, как хозяина.

Я слышала, как Марк шел по комнате, а затем почувствовала, как просел матрац. Он какое-то время молчал. Я тоже не спешила говорить. Мне было страшно услышать от него подтверждение слов его жены. Мой мир и так рухнул, а если он скажет, что, между нами, все кончено, то я… Я не знаю…

— Наши семьи, моя Фосс и семья Дианы, Сычевы враждовали много лет. Я тебе уже говорил, что мой мир отличается от твоего, некоторые вещи тебе могут показаться не правильными, возможно даже абсурдными, но по-другому нельзя. — начал Марк говорить, а я замерла, ловя каждое его слово. — Мой мир устроен так, что мы подчиняемся так назовем, старшим. Шесть лет назад старшие решили прекратить вражду между нашими семьями, потребовали от нас перемирия. Наши отцы подчинились, заключили перемирие, а чтобы закрепить его решили поженить своих детей. Так мы с Дианой вступили в брак. Год назад мой отец умер. Все его дела перешли ко мне. После смерти отца, я стал работать над тем, чтобы отойти от темных дел и заниматься легальным бизнесом. Старшим это не понравилось, так как они лишаются крупного дохода. Но я получил поддержку своего дяди Давида, сводного брата отца. Он живет за границей, основные дела у него там, но и здесь он имеет кое-какие доходы, а также несокрушимый авторитет, он какое-то время был одним из старших. Его уважают и побаиваются. Поэтому меня не трогают. Я не могу сейчас развестись, старшие могут расценить это как нарушение перемирия. Сейчас я в более проигрышном положении, но уверенно подвожу свои замыслы к завершению. — объяснил мне Марк.

Я села на кровати, поджимая под себя ноги. Действительно, все это мне казалось нереальным, сюжетом какого-то боевика. Я раньше даже не представляла, что такое бывает в мире. А то, что я попала в центр этих событий, у меня вообще в голове не укладывалось.

— Она сказала, что возможно беременна от тебя. — проговорила я охрипшим голосом.

Марк развернулся ко мне и поймав мой взгляд, произнес:

— Она не может быть беременна от меня, так как я с ней никогда не спал. Она не интересовала меня как девушка никогда. К этому браку я относился всегда, как договору, который выполнял.

— Мне кажется она к тебе неравнодушна.

— Она избалованная, привыкшая, что вокруг нее все пляшут и исполняют все прихоти. Она никогда не знала слова нет. Любимица отца, который позволял ей все. Ее скорее всего цепляет то, что она не смогла расположить меня к себе. Что я не пал к ее ногам. Я не знаю, что она там тебе наговорила, но это все не правда, Ярослава. — сказал Марк.