Брюс и Морин именно этим и занимались. Брюс в свои 29 лет работал фармацевтом в крупном медицинском центре, обеспечивал семью, а 26-летняя Морин вела хозяйство и занималась воспитанием двухлетней дочки.
Вечером 6 октября 1978 г., в пятницу, Брюс и Морин вернулись около 23:30. Всей семьёй они были в гостях у родителей Брюса и немного подзадержались. Впрочем, на следующий день предстоял выходной, так что лечь спать можно было попозже. Малышка ещё в гостях уснула на руках матери и проспала всю дорогу. При повороте с Майнерт-роад на Биланн-курт Морин и Брюс синхронно обратили внимание на старый «фольксваген», стоявший у самого поворота и мешавший манёвру. Машина явно была не из этого района: во-первых, автомобили местных жителей были хорошо известны, а во-вторых, вид она имела слишком непрезентабельный, уважающие себя люди среднего класса разъезжать на такой повозке просто побрезговали бы.
Впрочем, про старый «фольксваген» МакКэндлсы сразу же позабыли. Поставив машину в гараж, они прошли в дом через внутреннюю дверь. Проходя по дому, Брюс обратил внимание на некоторые странности, которым, к сожалению, не придал в те минуты значения. Во-первых, почему-то оказалась закрыта дверь в его кабинет, чего Брюс никогда не делал, поскольку не любил закрытых дверей. А во-вторых, засов, которым запиралась входная дверь, оказался почему-то отодвинут. При этом замок входной двери оставался закрыт, как и положено. Брюс вернул засов на положенное ему место, т.е. задвинул его, после чего продолжил заниматься своими делами. Он допустил большую ошибку — ему бы следовало осмотреть окна!
Если бы не беспечность Брюса МакКэндлса, история Гиены в ночь на 7 октября могла бы пойти по совершенно непредсказуемому пути.
Карта центральной части штата Калифорния, позволяющая получить представление о взаимном расположении мест нападений насильника из восточного Сакраменто по состоянию на конец первой декады октября 1978 г. Условные обозначения: точки А, В, С, D, E и F — места локализации на небольшой площади нескольких нападений (А — эпизоды №№1, 3, 6, 8 и 15 в Ранчо Кордова; В — эпизоды №№2, 7, 21 в Кармайкле; С — эпизоды №№4, 13, 17 в Цитрус-Хайтс, D — эпизоды №№11 и 18 у восточной границы г. Сакраменто; E — эпизоды №№16 и 19 в Оранджвэйле; F — эпизоды №№33, 35 и 36 в Дэвисе); точки с числами обозначают места нападений в их хронологической последовательности. Точка «37» соответствует нападению на семью МакКэндлс в Биланн-курт в Конкорде в ночь на 7 октября 1978 г.
Около полуночи все хождения по дому закончились, и супруги уснули. Проспали они до 02:30, когда кто-то толкнул Брюса ногой и осветил фонариком его лицо. Неизвестный, стоявший подле кровати, держал в одной руке фонарик, в другой — большой револьвер, на его голове находилась лыжная шапочка с отверстиями для глаз, так что особых вопросов цель его визита не вызывала. Тем не менее, неизвестный в маске громким свистящим шёпотом сообщил, что ему нужны все деньги, какие имеются в доме, а также еда. Затем посыпались угрозы, неизвестный обещал убить каждого поодиночке и всех, находящихся в доме. Видимо, не довольствуясь стандартной угрозой застрелить, он пообещал «отрезать ухо сына» и принести его родителям. Преступник, видимо, заглянул в детскую комнату, понял, что там ребёнок, но не сообразил, какого пола.
Убедившись, что супруги деморализованы и активных действий не предпринимают, неизвестный приказал им лечь на живот, после чего бросил на подушку возле головы Брюса пару шнурков и приказал Морин связать тому руки. После этого неизвестный связал за спиной запястья женщине. Заявив, что он убьёт, если заметит, как за ним подглядывают, неизвестный в маске залез в шкаф, извлёк оттуда кеды Брюса и вытащил из них шнурки. Шнурки были длинными и широкими, преступник потратил несколько минут на возню с ними. Получив их в своё распоряжение, неизвестный связал в области лодыжек сначала ноги Брюса, а затем Морин. Последовательность связывания, кстати, в точности соответствовала той, что практиковал Гиена.
Уточнив, где каждый из супругов оставил свой кошелёк, преступник отправился в указанные места — ванную комнату и кухню. Обнаруженная сумма, видимо, его не устроила, преступник уточнил, все ли это деньги или есть ещё? Услышав заверения в том, что наличных денег более в доме нет, неизвестный молча вышел из спальни. Буквально через минуту он возвратился с несколькими большими тарелками в руках, которые поставил на спине Брюса. «Если посуда зазвенит, я тебя убью», — шёпотом пояснил неизвестный, после чего приказал Морин подняться и следовать за ним.
Шнурок на лодыжках женщины оказался затянут не слишком туго, и она смогла переступать, семеня ногами. Во время движения по дому преступник приставил к её горлу складной нож — это было совершенно избыточная в той обстановке мера запугивания, которая никакого рационального смысла не имела. И так ведь было ясно, что женщина со связанными за спиной руками и связанными ногами ни убежать, ни активного сопротивления оказать не сможет. Но у преступника явно играла кровь, он упивался выпавшей ему ролью вершителя человеческих судеб. В этих играх с ножом у чужого горла как нельзя полно проявляется психопатическая сущность сексуального преступника, которого на самом деле увлекает не только и не столько сексуальная доступность жертвы, сколько ощущение властвования над чужой судьбой.
Переведя Морин в гостиную, преступник уложил её на большой диван перед телевизором и принялся создавать «интимную обстановку». Включив телевизор без звука, преступник положил сверху большое банное полотенце и приспустил один его край на экран, в результате чего в помещении образовался призрачный полумрак.
После этого неизвестный в маске метнулся в спальню и проверил, чем занят Брюс. Склонившись к его уху, преступник прошептал: «Мой хозяин хочет золото и серебро». После произнесения этой странной фразы, мужчина в маске выпрямился и в присущей ему манере громким шёпотом повторил прежде высказанные угрозы убить всех, находящихся в доме, если Брюс попытается шевельнуться.
Сочтя, видимо, что достигнутая степень запугивания гарантирует управляемость связанного мужчины, преступник вернулся в гостиную. Ножом он разрезал на спине ночную сорочку Морин и ещё раз пригрозил женщине, сказав, что-то вроде: «Если ты не обеспечишь мне отличный секс, умрут все в этом доме». Преступник смазал пенис ночным кремом для рук и приказал жертве «хорошенько его погладить». В момент «нежности», или того, что условно можно назвать этим словом, неизвестный проговорил: «Морин, я долго наблюдал за тобой!» (дословно: «Maureen I’ve been seeing you for a long time!») Эта фраза напугала женщину, она поняла, что оказалась отнюдь не случайной жертвой, и всё, происходившее в ту ночь, вовсе не трагическое стечение обстоятельств.
Преступник быстро возбудился и совершил половой акт в традиционной форме, который он закончил фелляцией (семяизвержением в рот). Преступник заставил жертву проглотить собственную сперму, проверил, насколько добросовестно она это сделала, после чего потерял к женщине всякий интерес.
Последняя деталь упомянута здесь неспроста, отнюдь не потому, что автор склонен смаковать интимные подробности. Дело заключается в том, что Морин вытерла губы и подбородок о чехол подушки, в результате чего в распоряжение правоохранительных органов попал один из лучших (в том отношений, что наиболее чистый) образцов спермы насильника из восточного Сакраменто.
Оставив жертву и отойдя в угол комнаты, преступник некоторое время стоял неподвижно, напряженно дыша. Казалось, он восстанавливает дыхание после бега, иногда его вздохи прерывались звуками, похожими на стоны или рыдания. Могло показаться, будто он плакал, хотя судить об этом однозначно было, разумеется, невозможно. «Поплакав» таким образом в углу, преступник вернулся к своему излюбленному занятию и принялся осматривать мебель, выдвигать ящики и т. п.
