Трудно сказать, понимали ли это детективы Группы «Западня» в начале 1978 г. Вполне может быть, что нет, весьма вероятно, что Гиену действительно воспринимали как настоящего параноика. Ведь даже некоторые профессиональные психиатры разделяли тогда подобную точку зрения, о чём и заявляли в средствах массовой информации. Как бы там ни было, на следующий день, 7 января, пара детективов из состава Группа «Западня» отправилась в Стоктон. Цель поездки была одновременно очень проста и почти невыполнима — им надлежало отыскать в архиве больницы штата следы обследования и лечения насильника из восточного Сакраменто.

Работа эта потребовала 10-дневного изучения историй болезни за последние 10 лет. Результат оказался ничтожен — никого, подходящего под поисковые признаки преступника и годного для последующей оперативной разработки, отыскать не удалось. Были выявлены несколько кандидатов, но их быстро проверили и исключили, ввиду невозможности их участия в нападениях в восточном Сакраменто (два из них успели умереть к тому времени, третий находился в психлечебнице и т.п., в общем, никто из них явно не мог быть Гиеной). Надо сказать, что результат получился вполне ожидаемый.

В 05:20 20 января 1978 г. в доме Кент, явившемся местом нападения насильника из восточного Сакраменто 10 ноября предыдущего года, зазвонил телефон. Дебора Кент подняла трубку и услышала фразу, смысл которой поняла не сразу: «Я не бил некоторое время. Ты будешь моей следующей жертвой. Я трахну тебя в задницу. Скоро увидимся» (дословно: «I have not struck in awhile. You will be my next victim. I’m going to fuck you in the butt. See you soon.»). Звонивший тут же положил трубку…

Через 10 минут, в 05:30, телефон зазвонил в доме семьи Терраньян, ставшей жертвой нападения в ночь на 3 мая 1977 г. (эпизод №18). Трубку подняла Сандра Терраньян, только проснувшаяся и вышедшая на кухню. Звонивший слово в слово повторил сказанное Деборе Кент десятью минутами ранее и отключился.

Не прошло и получаса, как об этих телефонных звонках уже знали детективы группы «Западня». То обстоятельство, что в обоих случаях сообщения оказались идентичны, позволяло отмести любые предположения об обычном телефонном хулиганстве. Никто не сомневался в том, что в обоих случаях куражился Гиена. Ещё до обеда по обоим адресам была установлена записывающая техника с автоматическим определителем номера звонящего телефона. Все, проживавшие по обоим адресам, получили инструктаж о порядке действий в случае поступления новых сообщений преступника. В домах была установлена сигнализация, позволявшая подать сигнал тревоги на пульт дежурного офицера службы шерифа, не вставая с кровати. Кроме того, дома были взяты под негласную охрану, о которой не подозревали даже члены семей Кент и Терраньян. Детективы в ночное время прятались внутри фургонов, оборудованных для ведения скрытого наблюдения и выглядевших со стороны пустыми. Предполагалось, что в случае проникновения Гиены в дом и подачи сигнала тревоги, две пары полицейских немедленно бросятся на место преступления, сэкономив несколько минут на времени, необходимом для прибытия первых патрулей.

Все были готовы брать насильника с поличным. Правда, в числе сотрудников Группы «Западня» уже раздавались голоса, доказывавшие, что коли Гиена пообещал напасть на Кент и Терраньян, стало быть, нападать он будет совсем не на них. И звонить им он более не станет.

Можно верить в случайности, можно не верить, но насильник из восточного Сакраменто действительно не звонил более ни Деборе Кент, ни Сандре Терраньян. И своё следующее нападение он совершил cовсем не там, где его ждали, достаточно посмотреть на карту.

Схема, демонстрирующая локализацию мест нападений Гиены в восточных районах округа Сакраменто по состоянию на конец января 1978 г. Числа соответствуют номерам криминальных эпизодов, приписываемых насильнику; штрихованная область А обозначает небольшой район площадью 0,4 км² в Ранчо Кордове, где преступник с июня 1976 г по март 1977 совершил 5 нападений (эпизоды 1, 3, 6, 8 и 15). Точка с номером 29 показывает место расположения дома семьи Шапиро на улице College View Way, явившегося поздним вечером 28 января 1978 г местом совершения очередного преступления Гиены. Правоохранительные органы ожидали появления насильника в местах, близких к точкам №18 и №27, где и предполагалось перехватить преступника. Однако, как видим, он обнаружил себя в другом месте. Расстояние от №29 до №27 — около 2,5 км, а от №29 до №18 — примерно 10,5 км.

Сестры-погодки, Дэйна Шапиро, 15 лет, и Илэйн Шапиро, 14 лет, (Dana Shapiro & Elaine Shapiro) проживали вместе с родителями в доме на короткой и очень тихой улице под сложным название Колледж-вью-вэй (College View Way) в северной части Кармайкла, у самой границы с Цитрус-Хайтс. Улочка имела длину всего 200 м. и по обеим её сторонам расположилось 15 домовладений. Этот район можно было назвать безопасным, тихим и даже интимным, все дома были возведены там в середине 1960-х гг., находились в руках первых собственников и фактически непрерывно дорожали. Это был хороший район по меркам среднего класса того времени.

Можно не сомневаться, что 28 января 1978 г. Запечатлелся в памяти всех членов семьи Шапиро на всю жизнь. В ту субботу вся семья — родители и две дочери — отправились на горнолыжный курорт, расположенный у озера Тахо, на границе штатов Калифорния и Невада, в горах Сьерра-Невада. Расстояние от дома в одну сторону — примерно 120 км. Снега на территории округа Сакраменто не было совсем, а вот там была настоящая Сибирь! Все получили массу позитивных впечатлений — потрясающие виды, отличные трассы, прекрасная погода, кислородное опьянение… Ближе к концу дня руки-ноги отваливаются, голова гудит, и тело кажется просто невесомым. Восторг! Проведя весь день среди живописной природы, семья благополучно вернулась домой. После 18 часов родители стали собираться на концерт в Сакраменто, который должен был начаться в 19 часов. И благополучно уехали.

Дэйна и Илэйн посмотрели телевизор, и младшая из сестёр уснула прямо во время фильма — сказалась усталость от поездки. Произошло это примерно в 10 часов вечера. Дэйна, увидев, что сестрёнка перетекла в горизонтальное положение, выключила телевизор, растолкала её и отправила спать. Легла и сама, перед тем проверив закрытие окон и дверей по всему дому.

Прошло около часа. Примерно в 23 часа Дэйну разбудил странный, но вполне явственный шум, причину которого и источник она определить не смогла. Приподнявшись в кровати, она выглянула в окно — там ничего необычно не было видно… а повернув голову к двери, увидела мужчину в маске и с пистолетом в правой руке, который беззвучно входил в её спальню. Через секунду в глаза Дэйны ударил яркий свет фонарика, и нарочито хриплый мужской шёпот потребовал все деньги, какие у неё есть.

Дэйна поступила с юношеской непосредственностью. Не дослушав фразу вторгнувшегося обладателя яркого фонаря и железного пистолета, девушка поднялась, подошла к фотографии любимой кошки в рамке, стоявшей на тумбочке у кровати, вытащила оттуда свою «заначку» (60$ между прочим!) и без затей протянула их мужчине с пистолетом. И пояснила: «У меня больше нет!» Т.е. она даже не стала слушать про шнурки, про угрозу убийства… надо тебе, болезному, забрать мои деньги — на, возьми, 60$, у меня более нет! Прелестно! Потрясающая непосредственность под дулом пистолета…

Надо думать, что и сам преступник немало поразился тому, как спокойно, рационально и функционально отреагировала Дэйна на его вторжение… Она его даже не испугалась, и это понял сам преступник. Ну, как не вспомнить тут Александра Васильевича Суворова с его бессмертным: меня пугают, а мне не страшно!

Вторгнувшийся в дом мужчина в лыжной шапочке и с фонарём в руках не стал связывать Дэйну, а лишь приказал ей шёпотом: «Разбуди сестру!» Вот тут Дэйне стало ясно, что неизвестный ориентируется в доме много лучше, чем можно было подумать поначалу. Это был явно не случайный воришка.