Маг только кивает в подтверждение моих слов. Ниэлла уходит, несколько раз обернувшись в мою сторону.
— Как ты уже понял, Витьер, мне нечем порадовать тебя. Ты ждал, что я назову своим истинным Ричарда, но это не так. Голубая кровь должна пробудиться у другого дракона.
Опустив голову, Витьер тяжело вздохнул.
— Сердце Светлейшего будет разбито, но следует делать должное для защиты империи.
— Вот именно. Я не могу поддаваться своим чувствам. Пожалуйста, пригласи в комнату Джейкоба.
— Второй принц — истинный дракон с голубой кровью? — Глаза Витьера широко распахнулись.
Он думал, что я попрошу прийти Даниэля? Хотелось бы… Но придётся оперировать тем, что имелось теперь. В моей голове появились знания, и я могла сделать всё быстрее, чем кто-либо думал.
Витьер вышел. Послышались возмущённые голоса из-за закрытой двери, но они достаточно быстро стихли. В комнату вошёл Джейкоб. Он не поднимал на меня взгляда, словно боялся это сделать.
— Ты поняла, в ком пробудится голубая кровь?
— Поняла… Именно по этой причине и я пригласила тебя, Джейкоб.
Дракон взметнул на меня взгляд. Пришлось выдавить улыбку, чтобы хоть немного избавиться от неловкости и гложущих меня чувств.
— Эт-то… я? — дрогнувшим голосом спросил дракон, сделав ещё один нерешительный шаг в мою сторону.
— Прости, но нет… это не ты.
— Тогда почему ты пригласила меня, а не Ричарда? К чему было давать надежду, что я могу сделать что-то значимое в этой жизни и заслужить уважение, которого у меня никогда не было? Заслужить любовь?
— Ты не должен выслуживаться ради любви. Мне жаль, что тебе пришлось жить в отсутствии любви и уважения. Однако… я позвала тебя не просто так. Прости, что придётся сделать это… мне действительно очень жаль, но кто-то свыше решил дать шанс другому омыть кровь со своих рук.
Я задумалась — чем я лучше Ричарда? Он объединился с охотниками и выкрал меня, чтобы пробудить вторую ипостась, а я воровала тело Джейкоба… Однако я не могла давать ему выбор. Ради множества жизней. Он не простит меня, скорее всего, если выживет… а если нет.
— Тебя будут любить и уважать. Твоё имя будут восхвалять в легендах, Джейкоб, — произнесла я надрывным голосом, чувствуя, как на глаза навернулись слёзы.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Ти… Почему загадками? Ты же сказала, что не я тот самый избранный… тогда почему пытаешься успокоить меня?
С ним не считались. Даже брат никогда не признавал его таковым. Его жизнь была полна трудностей и испытаний, но Джейкоб всё равно держался. Он не позволял Талиеру одержать верх над своим разумом. Даже когда думал, что я его истинная, поступил благородно и отпустил меня из-под своего контроля. И всё-таки я не могла рисковать всем. Джейкоб хотел самостоятельно получить признание… но судьба решила всё иначе.
Положив указательный и средний палец на лоб принца, я закрыла глаза и почувствовала, как по венам заструилось тепло. Огненная встрепенулась — я поняла это по шелесту крыльев. Нет. Это не она. Это появились крылья за моей спиной… Они раскрылись, и я ощутила сильнейшую боль, но не остановилась.
— Прости… мне жаль, что приходится принимать это решение за тебя. Когда всё закончится, ты вернёшься, а пока… я должна сделать то, ради чего родилась, — смаргивая слёзы, шептала я.
Магия наполняла тело Джейкоба, отчего он не мог пошевелиться. Он смотрел на меня, чувствуя себя преданным. Я прекрасно понимала это ощущение и не осуждала. Из носа Джейка потекла тонкая струйка крови.
— Пробудись, Талиер и искупи свою вину. Смой кровь невинных со своих рук, победив ведьм, — приказала я и отшатнулась, потому что поток энергии прекратился.
Губы Джейкоба растянулись в улыбке, но она принадлежала не ему.
— Ну здравствуй, Эстелла. Спасибо за силу, которую дала мне, но почему я больше не чувствую в тебе её частицы? Где Амелия?
— Я прогнала её. Сердце Амелии поглотила тьма. Искупив свои ошибки, ты поможешь ей упокоиться. Вы воссоединитесь, но только после того, как первоисточник тьмы снова запечатают, а ведьмы погибнут. И не вздумай даже вынашивать коварные планы за спиной. Мы с тобой связаны. Если умру я — умрёшь и ты. Жизнь больше не дорога мне, когда на кону столько невинных… Сделаешь неверный шаг, и я убью себя.
Талиер засмеялся, сложил руки на груди и склонил голову набок.
— Ты же понимаешь, что в такой ситуации и это бренное тело, сдерживающее меня, погибнет. Виновен ли он в чём-то кроме своего рождения?
Нет… Джейкоб невиновен ни в чём. Он не выбирал, кем родиться. Бастард императора, которого даже собственный отец поначалу не жаловал. Он достаточно настрадался… и точно не добровольно стал носителем частички предателя. Однако иного выхода нет… На кону слишком многое. Вспомнив о приюте и детях, погибших там, я подавила в себе все светлые чувства. От жалости к себе и тем, кого успела полюбить в этом мире, не осталось и следа. Иногда действительно следует жертвовать немногими жизнями во благо сотен тысяч.
— Мне плевать на него. Если уж своя жизнь не дорога, то почему я должна заботиться о нём?
— Ты ему нравилась, но он знал, что ты, как и многие другие, влюблена в его брата. Он мог лишь наблюдать со стороны и надеяться, что заполучит частичку твоего внимания, Ти…
— Мне всё равно.
Нет… Моё сердце сжималось от боли. Джейкоб был хорошим другом, и я рассчитывала, что он вернётся к жизни. Мне хотелось бы попросить у него прощения. За то, что не смогла приказать своему сердце и полюбить его… за то, что встала на путь бессердечия и решила за него. Я многое должна буду сказать ему, многое исправить, но пока…
— Что насчёт Ричарда? На него тебе тоже плевать? Между вами осталась нить связи — умрёшь ты, ослабишь его… Кто знает, успеют ли лекари спасти его?
— Выискиваешь мои болевые точки, чтобы предать?
— Нет. Не хочу, чтобы ты стала такой, как я однажды. Я мечтал о великом могуществе, чтобы защитить всех, кто мне дорог. Сам не заметил, как тьма поглотила меня, и я положил на алтарь смерти ту, что любил всем своим сердцем. Не жертвуй любимыми тебе людьми. Всё равно спасти всех невозможно. Я сделаю то, что должен, а потом моя душа, наконец, воссоединится с любимой.
Дверь открылась, и в комнату вошли Ричард с Витьером. Даниэль потихоньку ступал за ними, словно не хотел верить, что я пробудила дракона с голубой кровью. Он рассчитывал, что у нас появится шанс, но с самого начала я любила его как брата. Детские воспоминания пробивались внутри меня, и я путала их с чем-то иным… Только теперь удалось многое осознать. Хоть и слишком поздно.
— Вы слишком долго… Мне хотелось убедиться, что всё в порядке, — поспешил оправдаться Ричард.
— Всё хорошо. Дракон с голубой кровью пробуждён. Теперь у империи появилась надежда, — прошептала я.
— Пробуждён? — голос Ричарда дрогнул.
Талиер достал кинжал из набедренных ножен и сделал надрез на ладони. Из его раны засочилась мерцающая голубая кровь.
— Значит, всё-таки он… — выдохнул кронпринц.
Он приблизился к Талиеру и встал перед ним на одно колено… Если бы только Джейкоб видел это. Все кроме меня склонились перед великим правителем. Я же смотрела на него надменно, взглядом давая понять, что он в моих руках. Лишний шаг будет стоить ему жизни… душа отправится в вечную агонию, и шанс воссоединиться с любимой утратится.
— Когда вы планируете сыграть свадьбу? — спросил Ричард, встав и отойдя к окну.
— Свадьбу? — пискнула я, не понимая, как можно думать о свадьбе в разгар войны.
— Разве вы не должны сделать это, как истинная пара?
Ричард ревновал? Ему было больно от мысли, что я достанусь другому? Мне хотелось, чтобы всё было так… я думала, что его влечёт ко мне из-за связи истинности, но это было не так… Я понравилась ему, однако должна была пожертвовать нашими чувствами. Как однажды сделал он.
— В этом нет смысла. Сначала победим ведьм, а потом Эстелла вправе выбирать своего избранника. Связь невесты работает не так, как все вы думали… Пробуждение голубой крови — её основная задача. Жизнь невесты тесно переплетается с жизнью дракона, но это не означает, что они должны любить друг друга. Я утомился и должен поговорить с отцом. Завтра мы выступаем.
