— Это не просто котёнок. — опустилась я на колени, насыпав корм в миску. — В нём душа есть, он мне как друг.. — Я ассоциировала Фрэнка с Миллером. Он мне подарил кота, а значит вложил в свой подарок любовь.

Котёнок подбежал, замурчав, он склонил мордочку, начав шуршать кормом.

— Я боюсь спрашивать, где ты была.. Что с твоими волосами и внешним видом? — Марьяна поправила мою обувь.

Накинув одеяло на плечи, я закуталась в него. Подняла глаза на стену, стрелка часов показывала 6 часов. Я переоденусь и поеду туда пораньше.

— Девочки, соберите меня быстренько. — слабая улыбка появилась на лице.

— Куда? Может объяснишь, откуда ты пришла? — Ника красила ресницы, поглядывая на меня.

— А ты куда красишься? — настойчиво спросила я.

— Я блог свой создала, видео хочу заснять. Потом покажу, зацените.

— Вы меня убьёте сейчас. — была бы я кошкой, я бы поджала хвост и ушки.

Ника отложила тушь, сконцентрировав внимание на мне. Её лицо выдавало спокойствие, она готова к любому моему рассказу. Я такая предсказуемая или от меня можно ожидать всё, что угодно?

— Я назначила Миллеру свидание. — второпях сказала я. — Спокойно! — сделала я выдох, демонстрируя руками, как дирижер для музыкантов. — Я хочу с ним поговорить. Знаю, я рассталась с ним первая и вас сподвигла на это. Но поверьте, мне необходимо высказать ему в лицо, что я думаю о нём.

— Каким образом ты назначила ему свидание!? — Марьяна собирала браслет из бисера, но он рассыпался по полу, настолько она шокирована.

Ника закатила глаза, повернувшись к зеркалу, и строго произнесла:

— Блог отменяется, мы едем на свидание с тобой. Где оно будет проходить? В ресторане? Я с Марьяной сяду подальше.

— Не совсем. — хихикнула я. — На заброшенной электростанции.

Их лица исказились в негодовании. Всё же я непредсказуема, умею удивлять. Идея со свиданием пришла в мою голову спонтанно. Придёт, значит есть надежда на продолжение отношений. Нет, значит...

Не придумала пока. Поживу месяц без него.

— Плохая затея, да? — я взяла со стола тушь.

— Что ты? Самая лучшая затея, которую я слышала. Самой пригласить мужчину на свидание, первой сделать первый шаг. Ты родилась на помойке? — Марьяна отняла косметичку из моих рук. — Где твой характер, который был в детстве?

— У меня никогда не было жесткого характера. Если помнишь, то я последнюю конфетку отдавала пацанам, лишь бы они за хвостики меня не дергали. Я не ты, я им носы не разбивала. Единственное, в чём я любила соревноваться - прятки. И благодаря им сейчас нахожусь в таком дерьме. Так что нет у меня закалки.

— Зато как девку избить в туалете, то ты первая. — засмеялась Ника. — Отстань от неё, Марьяш, как ни крути, одну не отпустим.

Экстренные сборы вымотали меня, я готова свалиться на кровать и заснуть. Ника плела колосок с правой стороны головы, а Марьяна с левой. Обе тянули мои волосы, что я не могла прикрыть глаза, они слезились. В это время я красила губы нюдовой помадой.

Тепло одевшись, мы вышли из комнаты. Марьяна закрыла дверь на ключ.

— Кипиш какой-то. — Ника подошла к перилам, нагнулась вниз. — Эми, Марк твой объявился, глянь.

Я подбежала к ней. Его плохо видно из-за толпы, кружившей вокруг моего друга. Народ перебивал друг друга, я не смогла расслышать ни единое слово. Увидев, что он, хромая, поднимается наверх, я сглотнула накопившуюся слюну.

Марк поднялся на третий этаж, проигнорировав меня, он повернулся ко мне спиной и шёл по коридору. Я только хотела позвать его, как Марк обернулся, и мои ноги подкосились от увиденного.

Что с его щекой?

— Марк.. — я сделала пару неуверенных шагов навстречу.

— Не подходи. — тихо сказал он, жестом руки показав, чтобы я остановилась. — Никогда больше. Никогда! Ты хороший друг, Эми, но я прошу, не звони и не пиши мне. Дружба должна приносить радость, а не страдания. В нашем случае мучаюсь только я. Сначала из-за любви к тебе, а потом от пыток твоего парня. Я люблю тебя, только ты никогда не видела во мне что-то большее, чем просто подушка для слёз. Я был твоим спасательным кругом, когда тебе плохо. Теперь плохо мне, но ты не поможешь мне, ведь так? Не сможешь утешить.

Я взялась рукой за перила, чтобы не упасть. Виной этой огромной раны на щеке является Миллер? Он сотворил с ним такое?

— Скажи, как тебе помочь, я..

— Что ты? Перестанешь общаться с ним? Начнешь отношения со мной, но как дело дойдёт до секса, то будешь представлять его? Нет, Эми, я долго был запасным вариантом. Хочешь, можешь попрощаться со мной. Обними в последний раз. — он улыбнулся через боль.

— Что это значит? — в висках запульсировало от нервов.

— Я улетаю. Ты больше меня не увидишь. Настоятельно рекомендую удалить фотографию, которую ты опубликовала. Эми, признайся, ты выложила её не потому, что скучала по мне, а чтобы позлить Миллера? — Марк заметил мою растерянность, покачал головой. — Молчишь? Ну, правильно, молчи. Я не осуждаю тебя. Ты стала заложницей его любви, возможно, он сделает тебя счастливой. Он обеспечит тебе защиту, будет дарить дорогие подарки. А я не смогу этого дать. Я задам только один вопрос. Счастлива ли ты?

Я опустила голову, задумавшись над его вопросом. Мои щеки пылали от стыда. Я так виновата перед Марком. Он поддерживал меня все время, а я вела себя эгоистичная сука. Я недооценивала друга, а теперь ценить уже поздно, я потеряла его. Навсегда.

Я больше не назову его Морковкой. Уедет.

— Прощай. — развернувшись, Марк всё дальше отдалялся от меня.

— Да. — крикнула я. — Я счастлива.

Он остановился, но не повернулся.

— Может когда-то я увижу фотографии с твоей свадьбы. — его голос сорвался, словно он заплакал.

— Прости! — я хотела обнять его. Правда, очень хотела. Сорваться и побежать, прижаться, чтобы он простил меня, не винил всю свою жизнь. Но не смогла. Я сделаю ему больнее своим объятием. — Морковка, — с трудом выдавила я из себя. — не забывай нашу дружбу. Пусть это плохо закончилось, но помни, какое было начало! Я навсегда останусь неумелой курильщицей, и обещаю, что научусь курить кальян, найду тебя и продемонстрирую свои умения. — я вытирала рукавом куртки слёзы.

— Пойдём уже, парень и так бедный навидался всего. А то опоздаешь к Миллеру. — Ника подпихивала меня, брала за руку и вела к выходу.

Настроение упало. Я то и дело оборачивалась через плечо. Но Марк быстро ушёл.

Девочки посадили безжизненную меня в машину. Я попросила у Ники зеркальце.

Эми, на кого же ты стала похожа?

Разве это и есть горячая брюнетка, у которой глаза искрятся? Это та же девушка - художница, мечтающая создать такой шедевр, что глядя на него, захватывает дух? Нет. Я не узнаю её. Заплаканная, разбитая и загнанная в тупик девочка, не находящая выход из лабиринта.

Я ощущаю себя на девятом кругу ада. Горящие котлы уже не так страшны, как безразличие со стороны любимого человека.

Ника расплатилась за такси. Мы стояли перед заброшкой. Я посмотрела время на телефоне.

19:45

Ещё пятнадцать минут. Целых пятнадцать. Он пунктуальный, он придет.

Зайдя внутрь, я села сразу перед входом. Не стала уходить вглубь. Я хочу, чтобы Миллер увидел меня. Тут темно, поэтому фары машины станут заметны, как он подъедет.

— Опаздывает. — подметила Марьяна. — Я продрогла. Жутко... И как бы тут сидела одна? А может он не видел твою записку?

— Он приедет. Пробки, наверно. — успокаивала я себя. — Я буду ждать в любом случае.

Свет фар озарил каменные стены, лучики попадали на нас. Я зажмурила глаза, приглядываясь к машине. Это не мерседес. Кто тогда приехал сюда в такое время, и зачем?

— Они здесь. — крикнул мужской голос, подняв руку вверх.

Он потушил фары, и отчётливо стало видно следующую за ним машину с мигалками. Что происходит?

— Твою мать.. — Ника схватилась за телефон, набирая номер.

Полицейские с оружием приближались к нам, заставляя нас поднять руки.