Гектор хотел было что-то сказать, но сдержался. С другой стороны, это же нормально. Принимать вино от незнакомцев без проверки вряд ли кто станет.

Когда все процедуры были закончены, а Аль подписал бумаги, гости удалились. Орденские, затащив телегу во внутренний двор, закрыли ворота, а после покатили бочонки на склад.

— Пока никому не разрешайте их трогать. Я ещё раз всё проверю. Неизвестно, что туда могли подмешать, — с осторожностью произнесла Аглая, заместитель старейшины Леонарда.

— Как скажешь, — с лёгкостью согласился наставник. — Никому не хочется умирать от яда. Подождать денёк-другой не проблема. Зато потом мы устроим такой пир, у-у-у-х! Бедная моя головушка, — мечтательно проговорил Аль.

— Не забудь только позвать, а то я знаю вас. Придёшь, а вы уже в стельку.

— Эй, не надо клеветы. Когда такое было?

— Тебе какой из десятков случаев рассказывать? — вместо ответа Ловкий широко улыбнулся и, не оборачиваясь, поспешил прочь. Услышав в спину:

— То-то же.

Проходя мимо тренировочной площадки, Ловкий услышал звуки ударов меча. Кто-то с яростной силой наносил их по манекену. Это показалось ему странным, ведь все занятия сегодня должны были проходить в горах, а малыши с Гарольдом, как он помнил, наслаждались купанием в горячих источниках. Кто же в таком случае был таким упорным?

Любопытство взяло верх над его рассудком. Уже через минуту он вошёл в зал для тренировок и увидел Имани, всю раскрасневшуюся и покрытую потом. Она сосредоточенно отрабатывала удары, нанося их с такой силой, что часть головы манекена откололась.

— Не кажется ли тебе, что живой партнёр мог бы дать тебе больше опыта, чем эта деревяшка? — произнёс Ловкий, глядя на неё.

— Вокруг одни лентяи, которые хотят только отдыхать, а не трудиться, — прошипела девушка сквозь зубы, нанося очередной удар мечом сверху, отчего часть деревянной головы откололась.

— Даже так? — поразился Ловкий. Подойдя к стойке с тренировочным оружием, он с себя скинул верхнюю одежду и взял в руки меч.

— Идём на песок. Я составлю тебе компанию.

— Наставник Альберт! — обернувшись, воскликнула Имани, осознав, с кем так грубо разговаривала. — Простите, я не знала, что это вы.

— Пойдём, потом будешь раскаиваться, — отмахнулся он, и разминая кисти вышел на песок.

— Готова?

— Да.

— Атакуй.

Имани с жаром атаковала наставника, но, к её удивлению, он с лёгкостью блокировал её удары. Когда же он перешёл в наступление, девушке пришлось занять оборонительную позицию. Однако её опыта было недостаточно, и она то и дело пропускала болезненные удары по пальцам, державшим меч, и по ногам, которые были выставлены неправильно. Каждый пропущенный удар Имани Аль комментировал, объясняя, почему она допустила ошибку и как её исправить. Что весьма сильно её раздражало. Не прошло и пяти минут, как клинок Ловкого упёрся ей в грудь. Откровенно говоря, он мог бы завершить поединок гораздо быстрее.

— Расскажешь? — убрав оружие в стойку и вылив на себя ушат воды, Аль уселся на скамейку.

Ей давно хотелось выговориться, но всегда что-то мешало. И сейчас, когда ей наглядно показали, чего она стоит, её прорвало, словно плотину.

— Всё дело в вашем ученике.

— Артур? — уточнил Аль.

— Да. Мне казалось, он не хочет быть со мной из-за того, что я слаба. Я начала усиленно тренироваться. А сегодня я узнала, что у него появилась… появилась принцесса, — и тут Имани, не выдержав напряжения последних месяцев, разревелась.

— Ну-ну, милая. «Бессмысленно так убиваться», —говоря это, сам он мысленно представлял, как будет сильно бить одну болтливую тройку теней.

Успокоившись, она вытерла лицо. Затем задала вопрос, но мысленно очень боялась услышать на него ответ.

— Это правда, что у него появилась принцесса?

— Не буду врать тебе, но, скорее всего, так. Я не уверен и говорить за него не стану.

— А мне говорил, что ни о каких отношениях не помышляет. Похоже, соврал.

— Пойми, Имани, он прошёл практику на отлично и заслужил зваться искателем. Ты же, как я помню, всегда мечтала стать хранительницей знаний и заменить Лейлу на её посту. Просто представь ту жизнь, в которой тебе приходится ждать Артура годами. И не факт, что он вернётся живым. Зачем такая жизнь?

— Я люблю его.

— Не любишь. Вы с детства вместе, это привязанность, не более того.

— ЛЮБЛЮ! — выкрикнула ему в лицо и, вновь зарыдав, убежала.

На сердце наставника было весьма погано из-за сложившейся ситуации. Но он ничего поделать в этом случае не мог. Им самим жить, а ему лезть не стоит.

Так, надо отвлечься от всех этих… А ну его, — махнул он рукой своим мыслям. И, вспомнив, куда он направлялся до того, как пришёл сюда, Аль подскочил и быстро пошёл в кузню. Где, по словам Криса, какой месяц подряд чуть ли не ночуют Майкл, Фоули и Торен.

Кузня Торена, известного как «Оружейник».

Ловкий ещё на подходе к зданию услышал, как его друзья громко ругаются или спорят. Сразу не понятно. Но ему стало очень любопытно. Когда же он вошёл внутрь, то на него никто не обратил внимания. Так сильно они были увлечены разговором.

— Нет, ты меня не слушаешь или не хочешь слушать, — скрестил на груди могучие руки кузнец.

— Это ты меня не слушаешь, Торен. Мы уже несколько дней, если не месяцев, твердим тебе, что его шпага выдержала удар меча Майкла. А то, что ты нам делаешь, ломается на раз. Как же так получается, друг?

— Признайся, гном. Малой что-то тебе пообещал за то, чтобы ни у кого больше не было подобного клинка, и потому ты мурыжишь нам головы, — прищурился мастер теней.

— Сейчас я тебя за «гнома» больно стукну, — нахмурился Оружейник.

— Да на, пожалуйста, стукай, — подставил голову Майкл. — Только сделай мне оружие, как у Артура.

— Да не могу я. Я всё перепробовал. Не по-лу-ча-ет-ся, — проговорил мастер оружия по слогам.

— Я понял, ты нас не любишь. И мы для тебя, похоже, не друзья совсем.

— Да идите в жопу. Надоели. А вы не думали, что парнишка клинок тот нашёл где?

— Где он его мог найти? Он всё время провёл с Ловким, — опроверг идею Фоули.

— Так давайте успокоимся. Торен, хочешь сказать, это не ты сделал клинок парню? И он нам сказал правду про устройство предков? Он ещё его, кажется, Принтером обозвал.

— Повторяю в сотый раз: не я.

Майкл, помня об обещании, не стал упоминать про голос, а вот про машину Арти ничего не говорил.

— Значит, ученик каким-то образом запустил машину предков и преобразовал меч, подаренный ему советом? Как ему это удалось? Над этим устройством уже много месяцев трудятся лучшие умы из крыла хранителей знаний, а он просто приходит, делает несколько манипуляций, и вот результат — лучший клинок в мире готов. Невероятно, да?

Звучит довольно-таки бредово, как по мне, — высказался Резкий, до сих пор считавший, что кузнец дурит им головы.

— Погоди-ка, Майкл. А о каком клинке идёт речь? Не о том ли, что выковал мой отец?

На самом деле Дурин не был отцом Торена в буквальном смысле этого слова. Он был его наставником. Но, как это часто бывает, ученики, не имея собственных родителей, находят их в своих учителях.

И тут Альберт понял: пора вмешаться и спасать всех, включая ученика, который когда-нибудь приедет, а его встретит разъярённый Оружейник.

— Здорова, братья. Я тут к вам с подарками прибыл.

Все резко развернулись ко входу.

— Я невольно услышал ваш разговор. И он как раз совпал с целью моего визита к вам. На вот, держите, это вам от Арти.

Ловкий протянул несколько листков бумаги, исписанных мелким каллиграфическим почерком.

— Что там? — принял бумаги Майкл.

— Инструкция, как сделать оружие, схожее тому, что он носит у себя на поясе, — хитро подмигнул Аль. — Но не радуйтесь слишком рано. Он также сказал, что ресурсов там на один единственный клинок, кому он достанется, я без понятия. Сам не претендую, а то вы меня загрызёте.

— Мне, — воскликнул Майкл.