Вспомним героическое отступление армии Суворова в Швейцарских Альпах в 1799 году. Так вот, тогда, в сложнейших условиях горной местности, постоянно отбивая атаки превосходящих сил французской армии, Суворов потерял 30% личного состава и всю артиллерию (25 горных орудий). Однако это отступление действительно делает честь российской армии, в отличие от того, что происходило в Гродно в 1706 году.
В сентябре 1706 года шведская армия вошла в Саксонию, и уже 24 числа Август отказался от своих притязаний на Польскую корону, признал Станислава Лещинского законным королем и подписал мирный договор со Швецией. Вот результат операции по отвлечению шведских войск от вторжения в Саксонию, разработанной Петром. Где здесь гениальность? Полный провал! Саксонию не спасли, да еще и свою армию потеряли! Однако…
«Гродненская операция показала, что русская армия приобрела значительный опыт в воинском искусстве, в том числе в инженерном деле. Гродненские укрепления, искусно оборудованные с умелым использованием свойств местности, в сочетании с огнем артиллерии и пехоты, заставили шведов отказаться от решительного штурма города. Армия научилась успешно действовать на значительных расстояниях от границ государства, воевать на чужой территории». (Александр Севенко)
Иначе говоря, за десять лет войны Петр I научился лишь ковыряться в земле — рыть окопы и строить укрепления! Как мы помним, это он усвоил еще после первого Азовского похода. Прошло десять лет!
А воз и ныне там!
Глава 21
Глава 21. «Начать войну легко, а закончить трудно»! (1)
После подписания Августом II мирного договора в сентябре 1706 года Петр I понимает, что остался один и предпринимает очередную попытку заключить мирный договор с Карлом XII. В качестве посредника в этих переговорах он привлекает одного из лучших полководцев Европы английского герцога Джона Черчилля Мальборо. За свое посредничество Мальборо запросил 200 000 талеров и доход с любого крупного российского города (Киев, Владимир и т.п.). В случае успеха Петр I обещал герцогу дополнительно орден Андрея Первозванного и необыкновенный рубин, какого или «совсем на свете нет», или «зело мало».
Миссия Мальборо не увенчалась успехом, Карл XII наотрез отказался обсуждать условия мира с Петром. Почему? Ведь заключил же он мирные договора со своими кузенами Фредериком IV и Августом II? Все очень просто. У Карла XII было свое собственное представление о том, что такое честь и «слово монарха». Его отец, шведский король Карл XI подарил Петру I 300 пушек, но умер, не успев выполнить обещание. Никакого письменного договора не было, только «слово короля», однако для Карла XII этого было достаточно! Он в точности выполнил обещание отца, ибо считал, что «слово короля» сродни клятве! Петр I ратифицировал Кардисский мирный договор со Швецией, а через несколько дней (получив весть о заключении перемирия с Турцией) разорвал его и объявил войну под абсолютно надуманным предлогом. По понятиям Карла XII, Петр I совершил поступок недостойный монарха и должен за это поплатиться.
Правда, Карл XII все же предоставил Петру I шанс исправить свою «ошибку». Вспомним письмо Вильгельма III Оранского, полученное царем под Нарвой осенью 1700 года, где английский король утверждал, что Карл XII согласен обсудить претензии Петра I и даже пойти на определенные уступки. Петр I не использовал свой шанс, а ведь мог решить все проблемы миром, даже не начав войну. После поражения под Нарвой он спохватился, но было уже поздно, а после разорения Лифляндии о мире вообще не могло быть и речи. Теперь война могла окончиться только со смертью одного из противников!
Вопреки утверждениям многих историков Карл XII не был выдающимся полководцем — это бездарные в военном отношении подельники по Северному союзу Петр I, Август II и Фредерик IV создали из него военного гения. Его громкие победы, например, Нарва 1700 года, на самом деле типичные авантюры, которые должны были привести самонадеянного короля скорее к краху, чем к триумфу. Карл XII, без сомнения, был храбрым воином, прекрасным тактиком, но абсолютно бездарным стратегом и никудышным правителем. Иначе говоря, это хороший исполнитель чужой воли, например, командир дивизии, но не главнокомандующий!
Захватив Саксонию и заключив мир с Августом II, Карл XII логично рассудил, что пришло время разобраться с русскими, однако, вместо того, чтобы пойти на север, освобождать Прибалтику, где он имел все шансы на успех, Карл XII решил идти на Москву! Более авантюрного плана трудно придумать.
По кратчайшему маршруту: Гродно — Минск — Смоленск — Москва это, как минимум, 1 300 верст, а в армии шведов максимум 50 000 человек. При этом придется штурмом брать Смоленск, что по опыту прошлых войн сделать очень не просто.
Разбив русские войска под Головчино, в июле 1708 года Карл XII направился в сторону Смоленска. Король ожидал подхода генерала Левенгаупта, шедшего из Лифляндии с большим обозом. В селе Стариши (70 верст от Смоленска) его глазам открылась такая картина:
«Вся местность кругом стояла в огне; горизонт окаймлялся горящими селами, воздух был так наполнен дымом, что едва можно было видеть солнце; опустошение распространилось уже до Смоленска». (Э. Карлсон, шведский историк)
Там же в Старишах в середине сентября состоялся совет, на котором было принято решение идти Украину. Увидев, что русские превратили дорогу на Смоленск в выжженную пустыню, Карл вполне разумно отказался от своего первоначального плана идти кратчайшим путем на Москву, но почему пошел на юг, а не на Север к Балтийскому побережью? Именно там он мог убить двух зайцев одним ударом: освободить занятые русскими провинции и решить исход войны в генеральном сражении. Там рядом Швеция и возможность организовать постоянное снабжение через Ригу, Пернов (Пярну) и Ревель (Таллинн). Тем более что в этом случае он шел бы навстречу своему обозу, а не уходил от него.
Зачем гоняться за Петром I, по лесам и болотам, когда он сам придет вместе со всей своей армией защищать строящийся Петербург!
Когда Аксель Гилленкрок — генерал-квартирмейстер армии Карла XII, задал вопрос, каковы дальнейшие планы его величества, то с удивлением услышал, что у короля «нет никакого плана». Похоже на правду, именно поэтому и собрался совет, на котором решено было направить армию на Украину.
«Ежели же неприятель пойдет на Украину, тогда идти у оного передом и везде провиант и фураж, також хлеб стоячий на поле и в гумнах или в житницах по деревням (кроме только городов)… польский и свой жечь, не жалея, и строенья перед оным и по бокам, также мосты портить, леса зарубить и на больших переправах держать по возможности». (Из приказа Петра I)
Выполняя приказ Петра I, русские отряды преградили дорогу на Брянск и Калугу и жгли окрестности. По меткому выражению одного из историков Петр I спасал страну путем ее уничтожения! Можно только догадываться, каково приходилось жителям окрестных деревень — на носу зима, а ты «гол как сокол» — всю скотину угнали, а избу и посевы спалили. Вдобавок еще и царский указ:
«Сказать везде, ежели кто повезет к неприятелю, что ни есть, хотя за деньги, тот будет повешен, також равно и тот, который ведает, а не скажет».
Когда я читаю подобные строки, мне сразу вспоминается фраза профессора Добронецкого из фильма «Знахарь»:
«Лично я убежден, что нет ничего дороже человеческой жизни»!
Золотые слова! Вот ради чего все эти жертвы? Ради клочка Балтийского побережья, которое можно было просто купить у Швеции, или обменять на предоставление льгот, например, транзитной торговли с Востоком или монополию на вывоз российского зерна? Шведы ведь неоднократно обращались к Москве с подобными просьбами! И что в итоге? Монополию на вывоз зерна предоставили Дании (за красивые глаза или назло Швеции?), а право на торговлю с Востоком Петр I предложил Голландии в обмен на… оружие??? У меня просто нет слов…
«Пушки — последний довод королей»! Именно, что последний, когда все остальные (мирные) не принесли результата, но Петр даже не пытался решить вопрос возврата (уступки, обмена, продажи) этих земель дипломатическими методами, он сразу пускает в ход пушки. Начав войну, он потом двадцать лет пытается ее закончить! Это насколько же нужно не любить свой народ, чтобы обречь его на такие страдания! Вот уж воистину:
