Посмотрел на Милюкова и ухмыльнулся.

Будто мне были страшны защитные заклинания?

Я их запросто мог развеять. Ну, пусть не запросто и не очень быстро, но справился бы точно.

Майор незаметно подмигнул.

Тоже мне, знаток девичьей души, но он прав. Озвучь Владимир свою просьбу-приказ только одной Олесе, и девчонка обиделась, запросто сделав всё с точностью до наоборот.

А так, она будет равняться на меня, а если точнее — подавать пример младшему братцу, как нельзя поступать.

Ведь в отеле обидчиков сестры раскидала Свиристель, я только дал в нос управляющему, поэтому девушка даже не догадывалась на что способен её младший брат. Наш ночной разговор хоть и был содержательным, но о многом я всё равно умолчал.

Милюков нажал на дверной замок. Камера, установленная на бетонной опоре с внутренней стороны, повернулась, считывая наши лица, а затем, раздался противный писк, и ворота поехали в сторону, открывая доступ во двор.

— Пошли, ребята, — махнул нам Владимир.

Олеся крутила головой практически безостановочно, рассматривая декоративные деревья и мраморные статуи, выставленные в саду.

— Какая прелесть, — прошептала сестра, указывая на высеченную из камня фигуру девушки в вечернем платье с утончёнными чертами лица, перебирающей струны позолоченной арфы, — Летом здесь, наверное, ещё лучше.

Заметил, как сестрёнка сбилась с шага, настолько ей хотелось дотронуться до статуи, но сдержалась. Правда через пару шагов не вытерпела и протянула руку к красному листу, готовому сорваться с небольшого куста под порывом осеннего ветра.

Стоило её ноге сойти с гравийной дорожки, как две ветки ближайшего низкорослого деревца рванули навстречу, опутывая ноги и стараясь подтащить к себе. Небольшое дупло на стволе приняло вид зубастой пасти, которая плотоядно облизывалась и издавала чавкающие звуки, явно намереваясь позавтракать… и этим завтраком, как я понял, должна была стать Олеся.

Едва успел спасти девчонку от участи быть переваренным хищным растением.

— Тебе Владимир чего сказал? — нахмурился грозно.

— Ни шага в сторону, — пробормотала сестрёнка.

— Вот именно. А ты чего творишь?

На мою короткую тираду Олеся не ответила, но зато пошла след в след за Милюковым.

Сразу бы так.

Мне же самому стало интересно, что такого здесь наворотила Свиристель. Заклинания, созданные вокруг дома, были сформированы много лет назад и постоянно подпитывались из управляющего контура. Сомневаюсь, что это делала проживающая здесь пара. Наверняка, руку к поддержанию защиты приложил Арман или кто-то из его магов.

Сформировал жемчужину и запустил в сторону сада.

— «РАСКРЫТИЕ ИСТИНЫ» — дал посыл.

Перед глазами в мгновение ока возник калейдоскоп из ярких цветов, а затем, я увидел магические потоки, тянущиеся по всему периметру двора. Где-то они были толще, где-то тоньше, но целость структуры сохраняли везде.

Уверен, за последние годы заклинание начало модифицироваться, а влияние маны на растительную среду вызвало мутации.

Ничего такой себе дендрарий получился: злобный и плотоядный.

Ухмыльнулся, представив нежданных «гостей», решивших заглянуть на огонёк. Не сомневаюсь, что эти неудачники, один раз познакомившись с агрессивными кустами, лишились некоторых частей тела.

Надо будет на досуге заняться изучением воздействия маны на живые организмы. Сдаётся мне, Свиристель использовала не свои собственные ресурсы, а неочищенную энергию из ядер тварей, ибо подобная эволюция свойственна только для монстров высокочастотной зоны.

У меня в прошлом мире проводились подобные эксперименты, но здесь я о таком пока что не слышал. Может, мать и не собиралась заниматься селекцией монструозных тварей, но определённо точно положила начало новому маго-научному развитию.

Наверняка те, кто видел злобные растения, справедливо предполагали, что они завезены из высокочастотной зоны, а не выращены на месте.

На крыльце, встречая нежданных гостей, стояла пожилая пара на вид лет шестидесяти пяти: высокий, крепко сбитый старик с окладистой бородой и сухопарая женщина с прямой как палка спиной, поджатыми узкими губами и хмурым взглядом серых, пронзительных глаз.

Посмотрев нас, на лице женщины проступило полнейшее недовольство. При взгляде на Милюкова, оно немного смягчилось, однако весь её вид говорил:

— Кого это ты притащил в дом, Володя?

Старик, вообще, не выражал никаких эмоций, будто смотрел мимо нас.

Спрашивается: зачем они вышли на крыльцо? Могли бы не встречать, раз им так неприятны визитёры.

Хотя, будет им сюрприз. Мы ведь совсем не гости, а новые жильцы этого дома, так что нечего нос воротить.

Встречайте хлебом с солью.

Конечно, ничего этого я не произнёс вслух, лишь ухмыльнулся, а вот сестренка, глядя на грозную пару, нахмурилась и инстинктивно прижалась ко мне.

Ох и сомневаюсь я, что они простолюдины. Пусть Милюков вешает лапшу на уши кому-нибудь другому. Готов поставить всё своё наследство на то, что встречающие нас люди аристократы не в первом поколении. Не князья, конечно, но…

Интересно, Свиристель их знает?

— Галина, Владислав, рад вас видеть в добром здравии, — приветливо произнес майор.

— И тебе не хворать, бродяга, — скрипучим голосом отозвался старик, — Ты знаешь, мы тебе всегда рады, но только тебе. Зачем привёл посторонних?

Мои подозрения подтвердились. Строго бдят. Будь их воля, на порог бы нас не пустили.

Да и сейчас, вроде как, не собираются.

— Свои это, Галина Матвеевна, свои, — убедительно кивнул Милюков, только его слова не произвели на пару никакого впечатления.

— Для тебя дом всегда открыт. Можешь приходить и уходить когда вздумается, а спутники твои пускай номера снимут.

— Галя дело говорит, — поддержал говорившую старик, — Без ЕЁ дозволения никто чужой в этом доме не остановится.

Милюков показательно закатил глаза и поднялся по ступеням, а затем, достал из кармана свернутый в четверо лист бумаги.

— Послание вам… от НЕЁ, — произнес ехидно, сделав ударение на последнем слове.

Галина Матвеевна быстро выхватила протянутую записку и развернула бумагу, вчитываясь в написанные строчки.

Сразу понял — это от матери.

Занятно. Получается, что Галина с Владиславом верны ей много лет.

— Как интере-е-сно, — протянул себе под нос.

А вот и новый источник информации, если, конечно, кого-нибудь из этих двоих удастся разговорить. Хотя, судя по их поведению, сделать подобное будет непросто.

— В городе? — долетел до меня взволнованный женский голос.

— Угу, — кивнул Милюков.

Галина приложила руку к области сердца и несколько раз глубоко вздохнула, а затем, перевела взгляд с Владимира на меня с Олесей.

Сейчас в нём не было недовольства, лишь небольшое недоумение и озабоченность.

— Дай сюда, — Владислав, выхватил записку из рук жены.

Как только мужчине стало известно её содержимое, он бросил на нас короткий взгляд и махнул рукой.

— В дом заходите. Галя, размести наших гостей, а ты — указал он на Милюкова, — В кабинет Её В… К-ха, к-ха… иди. Надеюсь, не забыл, где он находится.

— Погоди, Влад, не до беседы мне сейчас.

— Случилось чего? — в тоне старика проскользнуло беспокойство.

— Пока нет, — хмыкнул Цербер, — И очень надеюсь, что не случится. Вы, главное, ребят обустройте, остальное потом, а мне надо отойти ненадолго, — Владимир на мгновение задумался, — А может и надолго. Это как получится.

— Милюков, твою мать… Не смей сбегать, не ответив на вопросы, — взревел старик, — но Цербер резко развернулся на пятках, и подняв руку вверх, помахал кончиками пальцев.

— Всем пока.

Тут уже опешил я.

— Милюков, какого хрена? Подожди! — но майор даже не подумал обернуться, — А мне-то что делать?

Вот ведь, зараза.

Я ведь тоже сидеть на жопе ровно не буду. Не за тем я в столицу ехал. Почему нельзя было согласовать совместные действия? Вот ведь… Расплодили секретов, как мух на солнцепёке, а теперь сбегают: что один, что другая.