За сутки до исполнения приговора судьба, казалось бы, дала ему шанс спасти свою шкуру. Предложение человека, являвшегося вербовщиком Фонда SCP, показалось смертнику слишком уж заманчивым. Если приходится выбирать между бесславной смертью на электрическом стуле и участием в неких научных исследованиях, вознаграждением за которое будут помилование и освобождение, выбор очевиден. Брутус надеялся, что сможет начать новую жизнь - уже совсем другим человеком. Что станет добывать деньги честным путем и постарается искупить свое отвратительное преступление.
Однако с первых же дней, проведенных в Зоне 19, стало ясно, что Брутус выбрал не путь к свободе, а иной вид смертной казни, но куда более жестокий и извращенный. Он не раз видел, как погибают его товарищи по несчастью. И в любой момент Гонсалес, которого фондовские палачи теперь называли D-6981, мог быть отправлен на убийственный и, вполне вероятно, абсолютно бессмысленный эксперимент. Или же просто застрелен на месте за то, что посмел дерзить охране или ученым. Возможно, он заслужил такую участь и еще при жизни угодил в самый настоящий Ад, но если бы Брутус знал, что его ждет, то предпочел бы остаться в тюрьме и быстро умереть от электрического разряда, чем бояться быть скормленным охочему до человечины монстру или оказаться зараженным каким-нибудь аномальным патогеном.
Когда в Зоне 19 произошло нарушение условий содержания, Брутус Гонсалес снова взял в руки оружие и пролил чужую кровь. На этот раз он не испытывал угрызений совести - убитые охранники были такими же преступниками, как и он сам, если не хуже. Брутус всего лишь боролся за свою жизнь. И пытался спасти Майлза, который и вовсе, как потом выяснилось, был невиновным и совершенно не заслуживал того, чтобы угодить в этот кошмар наяву.
Брутус старался выбраться на свободу, при этом понимая всю ничтожность своих шансов. Едва не взял на душу очередной грех, попытавшись избавиться от Рика - пожалуй, единственного охранника в этом проклятом комплексе, на деле оказавшегося славным парнем. Снова видел, как погибают его друзья.
И вот теперь настал его черед покинуть этот мир. Он лежал на полу, истекая кровью, а монстр, похожий на чумного доктора, неумолимо приближался к нему, собираясь вырвать душу из бренного тела. А затем поднять то, что останется от Брутуса, в виде безмозглой нежити - точно так же, как он это сделал с Дереком.
«Черта с два, сволочь! Я умру человеком! И тебя с собой прихвачу!»
Силы стремительно покидали Брутуса вместе с вытекавшей из ран кровью, однако он все же смог распрямить усики гранаты и был готов выдернуть чеку. Мощности взрыва будет достаточно, чтобы мгновенно убить и расходника, и Чумного Доктора.
Враг был всего в паре метров от Брутуса. Он ненадолго остановился, бросив оценивающий взгляд сначала на полуживого Гонсалеса, а затем на Войта, уже успевшего отбежать на достаточное расстояние. Если Роберту удастся укрыться за дверью или, еще лучше, спрятаться за углом, он вряд ли пострадает от взрывной волны и разлетевшихся осколков.
- Как же глупо с его стороны противится лечению! - раздраженно процедил Чумной Доктор, и, пренебрежительно перешагнув через Брутуса, уже выдергивающего чеку, двинулся в сторону Роберта. Что ж, логично - сначала надо поймать того пациента, который еще в состоянии убегать от лже-лекаря!
В последние секунды своей жизни Брутус успел поразиться тому, что у него вдруг нашлись силы, чтобы резко дернуться в сторону Чумного Доктора и мертвой хваткой вцепиться ему в ногу, притянув к себе. На миг взгляды человека и чудовища встретились - и Гонсалес не без злорадства заметил, как удивленно и растерянно посмотрел на него убийца Дерека. Нет уж, до Роберта эта тварь не доберется!
- Я к вам без очереди, Доктор!.. - прохрипел Брутус за мгновение до того, как взорвалась граната.
Когда прогремел взрыв, Роберт Войт уже успел выбежать из коридора, захлопнуть за собой дверь и свернуть за ближайший угол. Он слышал жуткий грохот и звон стекла, выбитого взрывной волной. Уши ненадолго заложило, а когда слух восстановился, вокруг царила гнетущая тишина.
Роберт спасся, но не смог спасти Брутуса. Теперь его товарищ был мертв, и Войт не испытывал ни малейшего желания возвращаться в злополучный коридор, чтобы взглянуть на то, что осталось от Гонсалеса. Скорее всего, пострадал и Чумной Доктор - если взрыв и не убил аномальное существо, по своей живучести намного превосходящее людей, то наверняка покалечил и на какое-то время отбил желание преследовать D-6513.
Немного отойдя в сторону, Роберт устало сел на пол и сжал зубы, тяжело дыша и тщетно пытаясь унять нервную дрожь во всем теле. Еще одна потеря - и уже далеко не первая за сегодняшний день! Войт продолжал отчаянно бороться за жизнь, при этом видя, как вокруг него погибают люди. У кого-то впереди была бы целая жизнь, если бы не гребаный Фонд, сделавший их своим расходным материалом.
Луис, Трэвис, Тим, Дерек, Майлз, Брутус... Наверняка это лишь немногие из тех, чьи жизни трагически оборвались за последние несколько часов! А скольким еще суждено погибнуть, пав жертвами аномальных тварей или цепных псов Фонда?! Как еще долго сам Роберт сможет дурачить Костлявую, прежде чем и для него все будет кончено?!
«Так, хватит распускать сопли, тряпка!»
Слегка пошатываясь, Роберт поднялся на ноги. Он должен был во что бы то ни стало выжить и выбраться из проклятой Зоны 19! Ради себя. Ради своих павших товарищей.
Однако хватит ли ему сил и везения, чтобы совершить задуманное? Теперь, что бы ни случилось, Роберт Войт мог рассчитывать только на себя. Ибо он снова остался один.
Глава 11. Большая охота
Административный сектор, шестой этаж
Укус могучих челюстей оборвал короткий отчаянный крик. Проглотив обмякшую добычу целиком, Неуязвимая Рептилия осмотрелась, желая убедиться, что больше никто не пытается покинуть это просторное помещение. Однако изувеченные тела, лежащие на залитом кровью полу, не подавали признаков жизни, будь то попытки уползти или мученические стоны. Испустив торжествующий рев, который наверняка было слышно на большом расстоянии, SCP-682 приступил к трапезе.
Рептилия уже довольно долго плутала по этим коридорам, убивая и пожирая всякого, кто попадался на ее на пути. Помимо людей ей разок встретилась причудливого вида красная тварь, мастерски умеющая имитировать человеческий голос; это существо, похоже, приманивавшее двуногую дичь, смогло обмануть и Рептилию, однако, завидев куда более грозного хищника, в ужасе бросилось прочь, спасая свою шкуру.
Люди, чьи безжизненные тела теперь одно за другим исчезали в утробе SCP-682, тоже привлекли ящера издаваемыми ими звуками, а если быть точнее, то стрельбой. Возможно, Рептилия прошла бы мимо, если бы двуногие не выдали своего присутствия. Похоже, они собрались здесь для того, чтобы держать оборону от красных хищников, но в итоге открыли огонь по своему же собрату. Когда ящер нашел их ненадежное убежище, то увидел труп человека, одетого в оранжевую робу, лежащий на полу в луже крови.
Рептилия уже давно уяснила, что люди, считающие, что они изучают и сдерживают чудовищ вроде нее, сами являются монстрами, столь же опасными для представителей собственного вида, как и те, кого они называют SCP-объектами. «Оранжевые» у них выполняли роль расходного материала - их неоднократно посылали в камеру Рептилии, откуда они уже не возвращались. Ни один человек в белом халате ученого или защитной экипировке охранника не подходил к Рептилии так же близко, как эти смертники. Один такой был первым, что она увидела, когда очнулась от сна - стоял всего в полуметре от ее морды.
Неуязвимая Рептилия не испытывала к расходникам ни малейшего сочувствия - и тот «оранжевый» был убит точно так же, как и охрана, дежурившая у камеры содержания. И как эти люди, что еще пару минут назад были живы - и были бы живы до сих пор, если бы не применили оружие против расходника, которого, похоже, не хотели видеть рядом с собой. Рептилия не до конца понимала, чем была обусловлена столь чрезмерная агрессия двуногих в отношении себе подобного - и, честно говоря, не особо-то хотела в это вникать. Для нее было ясно одно: люди отвратительны и не заслуживают права на жизнь. И если дать им волю, они прекрасно справятся с уничтожением друг друга и без помощи тех, кого они считают чудовищами.
