Вспышка озарила стоящих людей, свистнувшая рядом пуля не остановила ромеев, наоборот — заставила их ускорить бег.

Окрыленные предыдущей кровавой победой ромеи набросились на новых врагов, не особо разбирая кто перед ними и нанося беспорядочные удары, быстро заставили броситься под защиту стен, оставив несколько тел во дворе.

Это всё же были обычные обыватели.

Там их и заперли, не забыв поднять оброненное оружие.

Десять человек Теодор оставил присматривать за ними и за округой. Остальные же, торопясь, вновь бросились к башне. Следовало обыскать её и собрать военную добычу, за которой они сюда и явились.

Часть солдат дали волю своей ярости: раненых агарян порубили, а головы нанизали на стоящие в стойке копья.

Каррадо, один из латинян, на это кричал:

— Вы звери! Жестокие варвары! Вы ничем не лучше их самих!

Теодор не поддерживал проявленную жестокость воинов, совершивших подобное с сарацинами, но понимал действия людей как ромей:

— Жестоко? Вероятно, вы родились очень далеко от здешних мест. Возможно вы из тех, кто защищает людей по доброте душевной. Я же напомню вам некоторые моменты из недавней истории, даже не углубляясь в совсем уж далекое прошлое. Не так давно румелийцы воевали на Кипре до вторжения туда анатолийцев. Когда после тяжёлой осады захватили Никосию, они убили все двадцать тысяч жителей. Они оставили живыми лишь юношей и девушек, которых поделили между сарацинами для наслаждения. После недели грабежей в городе собрали все драгоценности, от золота и украшений до хороших пушек, и все загрузили на несколько кораблей вместе с тысячью самых красивых девушек, которых собирались отвезти в Селаники и подарить султану или продать в рабство. И только подвиг одной девушки их всех спас...

— Они сбежали?

— Она нашла запасы пороха и подожгла его. Все корабли, вместе с девушками, моряками и собранными сокровищами взлетели на воздух и утонули. И хоть им и не удалось взять Фамагусту и с позором покинули остров, этим воспользовались анатолийцы, не упустившие момента. И то, пройдя по опустошённому острову, им пришлось пролить море крови под Фамагустой, которую защищало менее семи тысяч человек. Сарацины, потеряв треть войска в штурмах, предложили гарнизону почётную сдачу — выход из крепости с оружием, знамёнами и семьями. Пришедшего на переговоры коменданта Марка-Антонио Брагадино с десятью офицерами после выхода людей из крепости схватили, жестоко пытали двенадцать дней, отрезали уши и нос, посадили на кол, а когда тот испустил дух, то сераскир приказал зарезать три сотни христианских пленников — остальных же приказал оскопить. Ты думаешь это всё? С тела Брагадино содрали кожу, и пока его тело, расчлененное на четыре части, висело над четырьмя городскими воротами, кожу, набитую соломой кожу вместе с головами других офицеров отправили султану в Бурсу. К нам потом ещё долго перебирались выжившие в тех событиях греки, поведавшие о произошедшем. Достаточно тебе примера с одного острова или привести ещё?

Каррадо и другие латиняне, хоть и воевали в этих краях уже какое-то время, но не видевшие и не слышавшие многого, удовлетворились и перестав терять время, приступили к работе.

Найденная добыча не разочаровала. Из самого важного, что отыскали, это запасы для маленького гарнизона:

Около 1000 фунтов провизии — оливковое масло (Теодор этому весьма обрадовался — им натирали раны), мясо, мука, сухари, мёд, чечевицу и просо в мешках.

20 нишских мушкетов. Они держались здесь на случай войны или появления большой группы гайдуков — ими должны были вооружить верных султану людей из ополчения. Ну а ещё в башне должно было храниться видимо другое оружие. Ромеям стало известно, что в мирное время янычары и некоторые другие части румелийцев не снабжались аркебузами — их складировали в джебехане (на военных складах), потому как из-за буйного нрава они всячески стремились пустить его в ход по малейшему поводу. (Разрешены им были только ножи, отчего и появилась в их среде мода на ятаганы)

2 гаковницы. То были большие крепостные ружья с крюком («гаком») под стволом, которым цеплялись за крепостную стену или крепкие борта на телегах обоза, бортах кораблей, для уменьшения отдачи при выстреле. В некоторых странах их ещё куливринами с гаком называют.

7 бочонков пороха. Конечно, собрали и других вещей по мелочи: немного чистой одежды, монет, личных вещей.

В небольшом погребе — яме нашли несколько избитых мужчин: двое греков, серб, ромей и валах. Все были довольно крепкими мужчинами и им предложили либо убегать быстрее — либо присоединяться и помогать. Они выбрали второе.

Пока собирали добычу, то столкнулись с новой проблемой: невозможностью унести всего необходимого. Люди уже не могли навьючить на себя дополнительный груз, а выбросить не позволяла даже не жадность, а практичность. Неизвестно было удастся ли ещё взять такую хорошую добычу, позволяющую сильно усилиться.

Требовались лошади. Часть из необходимых нашли в конюшне постоялого двора, но их всё равно не хватило.

Высказались освобождённые, которые хорошо знали местный край. Один из них, Бесник, подсказал где их можно было взять:

— Так Асени же рядом! Можно туда сходить!

— Асени?

— Это ближайшее село. Городок даже. Там у помаков коней точно хватает!

Эта разговор был прерван криками солдат и обитателей постоялого двора, который вовсю горел!

Что у них там полыхнуло, было не совсем ясно. Возможно (да скорее всего) опрокинули масляную лампу. Огонь же быстро перекинулся на сухую подстилку, искры вспыхнули, и пламя начало быстро распространяться по земле. Вскоре огонь перекинулся на запасы вина, масла и огонь уже стало остановить невозможно!

Паника охватила всех. Люди начали вылезать из окон, ломиться в запертые двери. Не стрелять же, не резать их?

Надышавшихся дымом выводили, отбирали оружие и оставляли под вооруженным присмотром.

Кони нам фоне этого испуганно ржали и пытались вырваться из своих уздечек. Ромеи было бросились тушить огонь, но его языки уже начали выскальзывать из постоялого двора. Деревянные строения быстро стали дымиться и трещать от жара.

Через несколько минут пожар охватил весь постоялый двор, стойку для лошадей и часть построек двора. Дым и пепел заполнили воздух, делая его едким и тяжелым. Пламя высоко поднималось вверх, образуя немалое зарево. Ни о какой скрытности не могло быть и речи! Требовалось поторопиться.

— Нам нужны лошади! Идём в Асени.

Оседлав имеющихся коней, взгромоздились по двое на них и как можно быстрее отправились в село.

Поселение состояло из скопища традиционно белых и красивых домиков, где у каждого жителя был зелёный садик из плодовых деревьев и немалые подворья. И оно сразу не понравилось Теодору.

Надо сказать, что именно Асен (Асень), в честь которого видимо и было названо поселение, избавил болгар от власти ромеев. В 1185 году, не получив от императора поместье и оттого обидевшись (болгары же говорили, что причиной были высокие налоги), два брата — Петр и Асен, представители местной крупной знати, начали восстание против ромейского владычества. Нанеся ряд чувствительных поражений армии Исаака II Ангела (одна битва на Тревненском перевале чего стоит) они основали «второе болгарское царство», просуществовавшее до прихода сарацин. Впрочем, Асен во многом из-за них и победил ромеев, так как любил приглашать куманских/половецких наёмников, которые и утвердили его власть и помогли сдвинуть брата от власти.

К неприятному названию теперь добавилось то, что местный чорбаджи уже собрал жителей с дрекольем у своего дома и вовсю науськивал их на солдат.

Не успели Теодор прокричать:

— Во имя империи! Нам нужны лишь лошади чорбаджи!

Как в них полетели камни:

— Убирайтесь прочь! Мы верные люди султана!

Потом выскочила куча горластых смуглых, упитанных женщин в многочисленных платьях, надетых друг на друга и присоединились к своим мужчинам, напирая на оторопевших ромеев.