- Я... - глава Пекоро смотрел на своего давнего конкурента и не находил в себе сил сказать, что враг этого заслужил. Молчал и его сын сам ещё недавно закидывавший захваченных в клетку убийц своих детей: - Я... восстанавливаю справедливость. Ты первым...

Старик снова замолчал под взглядом пленника. Они оба знали правду, ведь история Пекоро, Пфит, Ампулекс, Фелис, Маялло и Вольпе началась задолго до появления их маленькой страны.

- Нам всем стоило оставаться там. - «старик» Пфит показал себе под ноги: - Там мы были на своём месте. Всё-таки Люпос были правы, когда заковали нас в темноте.

Пекоро вздрогнул услышав древнюю фамилию властителей Империи. Волков, что их предки когда-то свергли, и проиграли им же всего через столетие. Ценой за выживание тогда стало заключение в вечной темноте.

Все воспоминания о прочитанных историях быстро пронеслись в голове Уберто. Он будто постарел ещё сильнее и поднял руку. Планы, заготовленные речи, всё пропало. Глава семьи положил почерневшую руку на голову Альдо, будто и не было ядовитой кожи. Тихий взрыв и голова Пфит разлетелась на части. Кровь брызнуло и на остальных пленников, но не напугала их. Наоборот в глазах пленников появилась надежда. Пекоро их не разочаровали через десять минут они покинули подземелье, в котором не осталось никого живого.

***

Выступление Авалона так и началось. И дело было не в прорыве остатков Ампулекс из окружения. Просто в Флоренцию прибыли представители Лукки и пав на колени перед Пекоро, заявив что изгнали предателей из своего города. Никто им не поверил. Точнее не поверили, что горожане рискнули выступить против аристократов. Как и не верили в героический порыв местной верхушки. Каждый из родов крепко держал за горло свою вотчину.

Не смягчило Пекоро и тот факт, что остатки семьи Пфит не только успешно бежали, но и вывезли приличное количество скарба. Направлялись они к Пизе, явно собираясь объединится с Ампулекс, которые уже открыто объявили о своём восстании. Их посланец даже явился во Флоренцию и на ближайшей целой площади объявил:

- Я верный слуга и глашатай великой семьи Ампулекс! Граждане города знайте! Ваши властители нарушили договор равных и возжелали стать первыми! Они стремятся вернуться во времена королей и царей, абсолютных властителей, чей деспотизм способен лишь разрушать скрывая свои действия за ширмой мнимого благополучия! Мои сеньоры не желали, чтобы столь страшные времена пришли к вам, но знайте! Всё это лишь попытка не дать алчным овцам вернуть проклятые времена! Не бойтесь нас, ибо мы сражаемся за возвращения былого! Пекоро я знаю что вы услышите меня! Сложите оружие! Освободите пленников! Покайтесь в грехе своём гордыне! Ампулекс, Пфит и Фелис объявляют вам войну! Войну против тирании! Войну во имя Договора! Вспомните же о дружеских узах, что нас связывали и встать вновь рядом с вами! Ведь нет никого ближе чем наши семьи!

Гонец не смог вырваться из города. Его не смогли защитить от разъярённых горожан, но Стефан не сомневался, мужчина отлично понимал, на что шёл и умер до того, как его даже успели начать пытать по настоящему. Но больше всего его удивила реакция Пекоро. Ни ответных обвинений, ни призыв аристократов города, не был даже проведён сбор ополчения. Просто приняли и всё.

Однако Лиису было не до этого. Он наконец смог поговорить с Краус и услышать её обвинение в сторону Легерфорд.

- Герта, я не могу. Твои подозрения не могут быть доказательствами.

- Но...

- Это не обсуждается. Время когда недовольных можно было просто расстрелять уже прошли. И да он тоже бы не рискнул его убить. Мы рискуем спровоцировать бунт.

- И что же мне просто смирится?

- Отнюдь. Ты не можешь доказать, что именно он заказал покушение. Это правда. Но нам скоро предстоит штурм крепости. Раз они не пожелали сражаться тут, пойдут в первых рядах. А там... пуля дура и разит офицеров гораздо чаще чем кажется. Как там Аутенберг?

- Жить будет. Но лейтенант Триаль подозревает повреждение позвоночника. - ответила Краус и ушла получив разрешение. Её лицо при этом выражало крайнюю степень усталости.

- Ты слишком добр к своей слуге. - поднялась из-за своего стола Изабелла: - У нас в доме солдаты не смеют требовать что-то от своего господина.

- Однажды так будет и у нас. Пока же надо пользоваться тем, что ещё есть люди готовые высказать мне своё недовольство открыто.

Стефан говорил это и не верил в свои слова, на что ему немедленно указал голос в голове: - Компромиссы штука опасная. Отто не был с нами в первые дни. Поэтому Краус должна быть на особом доверии.

Стефан закрыл глаза рукой сосредотачиваясь и спустя несколько секунд «вытолкнул» из себя призрака. Филип выглядел так будто его пропустили через хорошую стирку. Помятым и более прозрачным.

Позади Лиис раздался звук разбившегося стекла. Это Изабелла уронила кружку, круглыми глазами смотря на возникшего призрака.

- Нравлюсь?

- Эээээм...

Филип попытался придать себе более величественный вид. Но получилось не очень. Из призрака, казалось, вытащили какой-то стержень. И сгорбившийся призрак снова обратился к своему визави: - Не забудь исполнить обещание Краус. Легерфорд должен умереть, как и большая часть его людей, чтобы из их среды не вырос новый.

- Они не мятежники, а почти слуги нашего дома!

- Изабелла я тоже не в восторге, но в прошлый раз нам пришлось повесить половину командного состава потому что запустили проблему. Стефан может описать свои ощущения, когда его несколько раз попытались подстрелить. А шрамик у него на горле видишь?

При этих словах Лиис попытался повыше поднять воротник, но Изабелла просто подошла и оттянула его. После чего хмуро посмотрела на шрам: - Сам?

- Этими ручками. – руки общего тела дёрнулись: - Крови было… спасибо Импульсу выжили тогда. Так что Стефан, Изабелла и не присутствующая здесь Жаклин, оставьте кадровые вопросы на меня. Отто не доживёт до конца конфликта. Офицер, что готов стрелять в спину своим… нам не нужен.

***

Прошла неделя и Авалон вместе «Грифонами» оказались у стен Пизы. Стены, которые даже издалека фонили энергией и неприятностями.

- И как этот бастион брать… Пекоро так и не расщедрились на нормальную артиллерию, а наши САУ эту магическую оборону не прошибут. Есть идеи капитаны мои?

Но высшие офицеры смотрели на стены с не меньшим скепсисом и искали способы, как избежать ситуации при которой придётся уложить в гроб половину войск. Без каких-либо надежд на успех.

- Капитан Грифонов нас точно в первых рядах пошлёт… Командир, а с нашими людьми в городе нельзя связаться может они чего подскажут?

Филип лишь печально покачала головой. Он и сам бы хотел узнать, что случилось с его людьми, но город был закрыт со всех сторон. Да в городе толком не осталось и мирного населения. Всех нелояльных Ампулекс и Пфит просто выгнали, несмотря на статус, богатство или силу людей. Мятежные аристократы готовились дать последний бой во имя свободы и мести за казнённых родственников. Исключением были Фелис, что склонились перед Пекоро принеся какую-то особую клятву.

- Командир посмотрите на море...

Филип посмотрел и едва не оказался отброшен обратно на границу. На рейд выходили корабли. Даже издалека было видно, что они не военные, но верить что их артиллерия не сыграет свою роль было абсурдом.

- Знамёна Сардинского королевства... - как небольшой лучик надежды раздаётся голос Больхе: - Командир не думаю, что они вмешаются. Скорее всего их наняли для эвакуации.

- Ампулекс уже объявили, что умрут, но не побегут. - с сомнением ответил Броуни.

Филип был согласен, но подсказал Стефан, и его догадку командир Авалона и озвучил: - Ампулекс фанатики и действительно скорее умрут в полном составе, но Пфит... они слишком быстро эвакуировались из родового гнезда, видно готовились к поражению.

- Вы абсолютны правы, господин. - раздаётся из-за спины и повернувшиеся офицеры смотрят на Ивана в сопровождение солдата Авалона. Слуга хватило мгновения, чтобы увидеть алые глаза, но он скрыл своё недовольство внимательно смотрят на остальных присутствующих. Особенно долго его взгляд задерживается на девушках с похожей аурой.