Она улыбается и протягивает мне один из стаканчиков. Она вытаскивает ложку из своего и слизывает с нее мороженое, затем, отправляя ложку в рот, смыкает губы.

Я ухмыляюсь.

 – Кажется, твое мне нравится больше, хотя я даже не знаю, с каким оно вкусом.

Она улыбается и встает на цыпочки, коротко целуя меня в губы.

– Орео, – говорит она. Она ковыряет ложкой мороженое и кивает головой в сторону листа бумаги, который я все еще держу в руках.

– Что это такое?

Я смотрю вниз на список, задаваясь вопросом, мое ли это дело, тем более чтобы делиться чем-то подобным с ней.

– Список желаний Мэгги. Он лежал на полу, – я кладу его на комод и беру чемодан. – Спасибо за мороженое.

Я целую ее в щеку и выхожу из машины. Когда я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, идет ли она за мной, ее нет.

Она берет в руки листок бумаги.

Глава 22

Сидни

Когда мне было восемь лет, мы поехали в Калифорнию. Мой отец остановился в Национальном парке Карлсбадские пещеры как раз во время полета летучих мышей. Я была напугана до смерти и ненавидела каждую секунду этого.

Когда мне было одиннадцать, мы провели две недели в поезде, путешествуя по Европе. Мы осмотрели Эйфелеву башню, побывали в Риме, посетили Лондон. У меня на холодильнике висит наша с мамой фотография, которую отец сделал на фоне Биг-Бена.

Я однажды была в Вегасе с Тори. Мы поехали на мой двадцать первый день рождения и остались на одну ночь, потому что не могли позволить себе большего, и Хантер был расстроен, что я уехала в свой день рождения.

Я сделала несколько вещей, которые находятся в списке желаний Мэгги, и, хотя я не воспринимала поездки как должное, я определенно не оценила их должным образом. Я никогда не думала о том, чтобы написать список желаний или что было бы в нем, если бы я его накидала. Я не планирую так далеко вперед.

Но в этом-то все и дело. И Мэгги тоже. Но далеко вперед для нее и далеко вперед для меня имеют два совершенно разных значения.

Я ставлю своё мороженое на комод и смотрю на номер семь в списке. «Прыгнуть с тарзанки».

Я никогда не прыгала с тарзанки. Не могу утверждать, что подобный пункт был бы в моем списке желаний, но тот факт, что он есть в списке желаний Мэгги, и она попросила меня присоединиться к ней, придает всему этому чувству совершенно новый смысл.

Я складываю список и беру свое мороженое, затем выхожу из машины и поднимаюсь в квартиру Риджа. Ридж на кухне с Уорреном. Они, прислоняясь к стойке, доедают мороженое. Бриджит, наверное, принимает душ, чтобы избавиться от запаха куриных крылышек. Я иду в спальню Мэгги, а она стоит на коленях перед своим чемоданом и роется в нем. Она поднимает голову и видит, что я стою в дверях.

– Можно мне войти?

Она кивает, и я сажусь на ее матрас. Я, держа ее список, ставлю стаканчик на пол рядом с матрасом.

– Нашла вот это, – говорю я, поднимая его, чтобы она увидела. Она всего в нескольких футах от меня, поэтому протягивает руку и хватает его, а затем смотрит вниз. Она делает такое лицо, будто это никчемный мусор, а затем бросает его на кровать.

– Я слишком размечталась, – она снова полностью сосредотачивается на своем чемодане.

– Это может заставить тебя хуже думать обо мне, – говорю я. – Но я была в Париже и, наверное, не должна этого признавать, но Эйфелева башня выглядит как очень большая передающая антенна. Это немного разочаровывает.

Мэгги смеется.

– Да, ты определенно не должна признаваться в этом никому другому. – Она закрывает крышку чемодана, а потом ложится на живот на кровать. Она хватает список и тянет его перед собой. – Я вычеркнула три из них за один день.

Я помню тот день, когда она прыгнула с парашютом, потому что это было не так давно. А это значит... что и секс на одну ночь был не так уж давно. Мне любопытно, но я не уверена, что мы настолько близки, что я могу расспросить о ее сексуальной жизни.

– Большинство остальных пунктов, которые я записала, очень легкомысленны. Я слишком часто и легко заболеваю, чтобы путешествовать по миру.

Я смотрю на тот, что про Вегас.

– Почему ты хочешь проиграть пять тысяч вместо того, чтобы выиграть пять тысяч?

Она перекатывается на спину и смотрит на меня снизу вверх.

– Потерять пять кусков, означало бы, что они у меня были бы. Быть богатой – это случайный пункт в моем списке желаний.

Я смеюсь.

– Ты собираешься делать что-нибудь еще из этого списка, кроме прыжков с тарзанки?

Она качает головой:

– Мне, на самом деле, трудно путешествовать. Я пробовала пару раз, но никогда не ездила слишком далеко. У меня очень много медицинского оборудования. Слишком много лекарств, о которых надо беспокоиться. На самом деле это не так уж весело, но я не осознавала этого, когда составляла список.

Меня это бесит. Я бы хотела изменить пару из них, чтобы она могла отметить больше.

– Как далеко ты сможешь поехать, чтоб тебе было не напряжно?

Она пожимает плечами.

– Однодневные поездки – это круто. И я, наверное, могла бы куда-нибудь съездить на пару ночей, но здесь нет такого места, где бы я еще не побывала. Почему ты спрашиваешь?

– Одну секунду, – я встаю, иду в гостиную и беру со стола ручку и блокнот. Я возвращаюсь в комнату Мэгги, чувствуя, что Ридж и Уоррен наблюдают за мной все это время. Я оборачиваюсь и улыбаюсь им, прежде чем подойти к кровати Мэгги. Я кладу ее список желаний на блокнот со спиралью.

– Я думаю, что с небольшими исправлениями, все это выполнимо.

Мэгги приподнимается на локте, интересуясь, что я делаю.

– Что за исправления?

Я просматриваю список. Останавливаюсь на Карлсбадских пещерах.

– Что тебя интересует в Карлсбаде? Летучие мыши или пещеры?

– Пещеры, – говорит она. – Я видела полеты летучих мышей здесь, в Остине, десятки раз.

– Хорошо, – говорю я, и рисую открытую круглую скобку в списке рядом с Карлсбадскими пещерами. – Ты можешь отправиться в пещеры Инэспейс Кэвен в Джорджтауне. Наверное, не так круто, как в Карлсбаде, но это тоже пещеры.

Мэгги некоторое время смотрит на список. Я не знаю, что она думает, о том, что я перехожу черту, влезая в ее список желаний. Я уже готова отдать ей список и извинится, но она наклоняется и показывает на Эйфелеву башню.

– В Париже, в штате Техас есть макет Эйфелевой башни.

Я улыбаюсь ее словам, потому что это означает, что мы на одной волне. Я пишу: «Эйфелева башня в Париже, штат Техас» рядом с номером девять.

Я снова вожу по списку ручкой и останавливаюсь на третьем пункте: «Увидеть северное сияние».

– Ты когда-нибудь слышала об Огнях Марфы в Западном Техасе?

Мэгги качает головой.

– Сомневаюсь, что это даже отдаленно похоже, но я слышала, что там можно поставить палатку и наблюдать за ними.

– Интересно, – говорит Мэгги. – Запиши это.

Я пишу «Огни Марфы» в скобках рядом с Северным сиянием. Она указывает на номер четыре: «Попробовать спагетти в Италии».

– А нет ли где-нибудь в Техасе городка под названием Италия?

– Есть, но он, на самом деле, маленький. Даже не уверена, что в нем есть итальянский ресторан, но это близко к городу Корсикана, так что ты можешь купить там спагетти и поехать в парк в Итали.

Мэгги смеется.

– Звучит очень жалко, но вполне выполнимо.

– Что еще? – спрашиваю я, просматривая список. Судя по всему, она уже каталась на гоночной машине и у нее был секс на одну ночь, обсуждение которого мы успешно избежали. Единственное, что мы не изменили – это Вегас. Я указываю на него ручкой: – В Техасе, неподалеку от Парижа, есть казино. Теоретически, ты можешь просто пойти туда после посещения копии Эйфелевой башни. И, пожалуй, тебе стоит, – я зачеркиваю два нуля, – проиграть только пятьдесят долларов вместо пяти тысяч.

– В Оклахоме есть казино? – спрашивает она.

– Огромные такие.

Мэгги берет у меня список и просматривает его. Она улыбается, читая его, затем забирает блокнот и ручку из моих рук. Она кладет список поверх блокнота. Название в верхней части списка: «То, что я хочу сделать. Может, однажды…» Мэгги вычеркивает часть названия так, что список теперь называется: «То, что я хочу сделать. Может, сейчас».