В этот раз Дерек оказался наиболее восприимчивым к этой сложной игре. Он быстро уловил суть и начал строить хитрые комбинации, используя фигуры с максимальной эффективностью. Мы провели пару долгих партий, погрузившись в тактические размышления и планирование. Остальные участники, менее увлечённые шахматами, отправились перекусить, оставив нас вдвоем продолжать нашу интеллектуальную битву.
Хотя шахматы понравились далеко не всем моим друзьям, я не испытывал разочарования. Главное, что мои усилия не пропали даром, и мои друзья получили удовольствие от проведенного времени. Именно этого я и добивался — создать что-то, что поможет людям приятно провести досуг.
Когда солнце стало скрываться за горизонтом, мы поняли, что день подходит к концу. Пришлось заносить стол и стулья обратно в дом, и тут друзья вместе с Иваном подошли ко мне, чтобы выразить своё восхищение. Их взгляды заметно изменились: теперь они смотрели на меня с уважением и благодарностью за тот уникальный опыт, который я им подарил. Каждый из них поблагодарил меня за этот замечательный день, и мы договорились встретиться вновь завтра.
На следующий день всё повторилось: снова собрались вшестером, снова играли, смеялись и наслаждались обществом друг друга. Даже мама, несмотря на свой возраст, легко вошла в ритм наших игр, словно вернулась в юность. Её энергия и задор вызывали улыбки у всех присутствующих. Удивительно было наблюдать, как эта взрослая женщина с такой страстью и уверенностью играет, будто ей снова пятнадцать лет. Эти моменты наполняли сердце теплом и радостью. Наш игровой азарт продолжался ещё три дня, и только когда я убедился в полной успешности своей задумки, решил выйти со своим детищем на «Точку».
Да, вот так. Я сообщил об этом маме, брату и друзьям, получив при этом не слишком бодрую реакцию. Это было вполне объяснимо: в крестики-нолики можно играть прямо на земле, а вот шашки и шахматы требуют специально подготовленного поля. После своего заявления я подошёл к Клоду и проконсультировался с ним относительно этих игр. Спросил, во сколько может обойтись такое удовольствие. Он быстро уловил мою идею и захотел войти в долю. Предложил обеспечить нас шкурами, а с меня требовалось только подготовить фигурки для шашек и шахмат, а также начертить игровое поле. Клод также вызвался помочь мне с этим делом. Рядом с нами, конечно же, была Элин, и, услышав наш разговор, она тоже предложила свою помощь. Готова была работать бесплатно, лишь бы быть ближе ко мне. Ну да, подростковая влюбленность — она такая.
Иван и Дерек, хотя и слышали наш разговор, решили не вмешиваться, что я воспринял с пониманием. В общем, 100 Си за шашки и 200 Си за шахматы, хотя себестоимость не должна была превышать 10 Си. В общем, дело обещало быть выгодным.
На следующий день я, как и планировал, посетил «Точку». Сначала все отнеслись скептически — та же самая реакция, что и у друзей. Кроме меня и трех моих друзей, там было ещё девять человек. И ситуация повторилась: зрители прибывали с каждым часом. Для игры в шашки, которая понравилась всем, и в шахматы понадобилось специальное поле, но для крестиков-ноликов хватило и земли, и все, абсолютно все, играли в них. Когда я отвлекся от партии в шахматы и взглянул на двор, меня пробрал холодок, и возникла мысль: а не зря ли я показал эту простую игру людям, для которых слово «игра» ассоциировалось с детством до девяти лет, людям, которые всю сознательную жизнь неспешно проводили своё свободное время? Как бы у меня проблем не прибавилось ещё больше. Чтож буду оставаться оптимистом и верить в лучшее. Всё это выглядело весьма необычно: более 16 человек сидели по двое и рисовали на земле пальцами крестики и нолики. Со стороны они напоминали каких-то альтернативно одаренных. Хорошо, что внятная и осмысленная речь меняла эту ситуацию.
В общем, следующие два дня напомнили мне тот день, когда я на три дня организовал свой «аттракцион» по заработку Си. И да, крестики-нолики стали очень популярны в нашей деревне. Вопрос нескольких дней, когда эта «зараза» выйдет дальше и начнет захватывать город.
* * *
Осознал я себя неожиданно, сидя в уже виденном когда-то кабинете. Понял, где я, почти сразу: обстановка комнаты была мне знакома, а особенно тот чайный столик с довольно вкусным чаем.
Я попытался двинуться, но, к своему удивлению, понял, что привязан по рукам и ногам к стулу. Хотел позвать кого-нибудь и спросить, что я здесь делаю, но не мог произнести ни слова.
Видимо, кто-то услышал меня или как-то иначе понял, что я пришел в себя, ведь после моих шевелений в кабинет вошли трое: господин Курт Гроу, Кей и Лукас. Гроу с толстой папкой в руках прошел к своему столу, сел в удобное кресло и под тяжелый вздох неспешно и показательно открыл папку, а Кей и Лукас встали по бокам от меня, сложив руки за спиной.
Пролистав несколько листов, он начал говорить:
— Как видите, мы за вами давно наблюдаем, мистер Джонни, — спокойно произнёс он. — Оказывается, вы живёте двойной жизнью. В одной жизни вы успешный инженер с замечательной семьёй, а ещё в тайне помогаете в библиотеке расставлять книги, — с лёгким удивлением закончил он. — А в другой — нарушитель спокойствия, тот, кто обогащается на обычных гражданах Тенебриса и решил захватить власть с помощью игры в крестики-нолики. — спокойно закончил он. — Буду предельно откровенен с вами, мистер Джонни, вы здесь потому, что нам нужна ваша помощь. Нам известно, что у вас есть ещё много интересных игр. Мои коллеги, — он указал рукой на Кей и Лукаса, — считают, что я зря трачу на вас своё время. Но я верю, что мы сможем найти общий язык. Я готов дать вам шанс. От вас нужно только одно — больше игр.
Мой рот будто обладая своей волей начал разговор сам по себе:
— Это конечно, заманчивое предложение, — произнёс я. — Но у меня есть идея получше: скажем, я пошлю вас куда подальше. — И рука сама по себе сжалась в кулак, и я поднял средний палец.
Сказать, что я охренел от себя, — это, мягко говоря, преуменьшение. То, что я испытал, было шоком. Урод, который однажды меня убил, предлагает поработать на него, а я его посылаю куда подальше.
— Хм… — увидев и явно поняв мой жест, отозвался он. — Мистер Джонни, признаюсь, я разочарован, — произнёс он тем голосом, который не предвещал ничего хорошего, и закрыл папку с документами.
В это время я матерился и молил Силу о помощи.
— Я законопослушный гражданин Тенебриса, я знаю свои права. Вам меня не запугать, так что позовите моего адвоката. — Какой, к чёрту, адвокат? Они здесь и слова такого не знают, — заходился я в немом крике у себя в голове, оставаясь обычным наблюдателем.
— И зачем же вам адвокат, мистер Джонни, если у вас нет рта? — спокойно улыбнулся он.
Я почувствовал, как мои губы начали срастаться. Я попытался вырваться, но руки были связаны верёвками. Я мычал и дёргался. Когда мой рот окончательно исчез с лица, Кей и Лукас подняли меня со стула и уложили на стол лицом вверх. Они разорвали мою дорогую рубашку и порвали мой дорогой пиджак. Я же умоляюще посмотрел на Кея, надеясь, что наше недолгое знакомство с ним сделает его более человечным по отношению ко мне и он поможет. Он же, посмотрев мне прямо в глаза, произнёс:
— Суши. Именно так меня называла жена. Холодный, как рыба, — сказал он без улыбки.
Тем временем Гроу достал из ящика стола какой-то футляр, открыл его, и я увидел полудохлого пришельца-аркиллийца.
— Не волнуйтесь, мистер Джонни, мой маленький друг сделает вас более сговорчивым, — произнёс он. — А когда всё закончится, я отведаю вашей печени с тушёными бобами и чудесным «Кьянти». — И после этих слов он дотронулся до моего уха и нажал там что-то, и в тот же момент я услышал звон большого колокола.
Я подскочил с кровати, и несколько секунд даже не понимал, где и когда я нахожусь. Меня окружала полутёмная комната, и, честно говоря, я ощущал себя так, словно только что выбрался из какого-то странного фильма ужасов. Рука машинально потянулась к уху, но замерла на полпути, словно там находился некий секретный механизм, способный запустить новый кошмар. Только теперь я начал понимать, что всё это был лишь сон.
