Внезапно зал накрылся тьмой. Сара раздвинула свои ладони друг от друга, и между ними яркой желтой вспышкой возникла маленькая картина, обрамленная твердой темной рамой. Я едва смогла сдержать вдох, когда эта картина начала на моих глазах расти и удлиняться. И вот огромный портрет застыл в воздухе над нами, а маленькие искры, вырывающиеся из ладоней Сары, начали медленно кружить вокруг изображения, позволяя нам разглядеть застывшие за рамой лица.

В центре на темном троне восседал хмурый задумчивый смуглый с золотистыми оттенками кожи мужчина с длинными пепельными волосами, облаченный в темное одеяние. Он был суровый, но очень привлекательный, со статным твердым подбородком, хищными глазами черного цвета с красными зрачками-кольцами, прямым длинным носом, держа утонченными аристократичными пальцами золотистый скипетр с окаймлённым полумесяцем наверху, где сиял сапфировый камень центре. На голове поблескивал венец. Он правитель. Снизу, у его ног, сидела бледная, тощая, похожая на фарфоровую куклу, девушка, с лохматыми белыми волосами. Она была голубокожей, одетая в узкое потрепанное платье. А с двух сторон ее окружили два мальчика, тоже голубокожие. Один высокий и худой, а второй очень низкий и еще худее.

Я не смогла отвести от них взора. Я их узнала. Самый низкий — маленький Гардос, а с другой стороны стоял его брат Танатос. Я видела их в том непонятном видении…Казалось, это мутное далекое воспоминание было обычным сном, но сейчас оно предстало перед глазами ярко и красочно, будто я увидела его только что.

И даже их слова громко и отчетливо раздались в ушах, вырываясь из глубин памяти.

«Ты хочешь попасть в мир богов?» — хитро спросил Гардос.

«Откуда…» — голос Танатоса задрожал от волнения.

«Тебе там нечего делать, Танатос. Ты слабее меня. Отец всегда любил меня». — в каждом слове Гардоса изящно скользило самодовольство.

«Ты обезумел, Гардос, давно обезумел».

«Отец мертв, его Империя вот-вот рухнет в небытие. Вся раса сэйлансев погибнет. Но я продолжу его дело. Только не в этой вселенной». — злобно и сквозь зубы прошипел будущий повелитель.

Я проморгала несколько раз, отбрасывая со своего сознания этот мираж, и задумчиво рассмотрела портрет. Значит, мужчина в центре — отец Гардоса, Темный Император, с которым когда-то воевала Федерация Вселенной. Давным-давно он представлял огромную опасную угрозу для всего мироздания, но его смогли остановить.

Но его сын…решил продолжить это коварное дело.

— Мои предки. — нервно усмехнулась Сара. — Папа, — она ткнула на изображение юного Гардоса. — Дядя, которого я не застала живым. — ее палец провел по лицу Танатоса. — А это их родители. Темный Император и его рабыня, которая является моей биологической бабушкой.

Все молча смотрели на портрет. Лишь одна Нерити хмуро моргала и не понимала, что к чему.

— А почему они голубые, а твой дед нет? — задал вопрос Арнольд.

— Сэйлансы — первая цивилизация в этой вселенной, — Сара взмахнула руками, — имели голубую кожу и низкий рост. У них были необычные глаза — голубая радужка и белые зрачки в виде колец. Но мой дедушка стал бессмертным и немного изменился. Как вы видите, Гардос сейчас тоже не голубокожий. Дело в высшей силе. Она меняет облик, превращает смертного в высшее божественное создание, убирая внутри него все прежние качества.

Мой взгляд пробежал по сияющим желтым волосам, разбросанным по бледным плечам. Да, высшая сила меня изменила. Вот только зачем мои темно-рыжие волосы именно в желтый перекрасила?

— Как твой дед стал бессмертным? — вырвалось у меня. Я внимательно рассмотрела портрет отца Гардоса. Я столько раз слышала, что между ними было много общего. И сейчас, смотря на его лицо, я словно видела двойника Гардоса. Они похожи чертами лица. Если бы лысый Гардос отрастил волосы, то их тяжело было бы спутать.

И они похожи не только внешне, но и своей темной душой.

Я прижала сжатый кулак к груди, остро ощущая, как кружили и завивались темно-красные сгустки дыма возле осколка души Гардоса внутри моего сердца.

Сара задумчиво прожевала нижнюю губу и опустила взгляд вниз.

— Не люблю эту историю и, честно, рассказывать не хочу, но стоит, чтобы вы знали, с чем имеете дело. Эту историю поведала мне сначала моя мама, а потом старшая сестра Заленда, которую, к сожалению, убил Гардос за непослушание… — девушка тяжело и недовольно вздохнула и устремила свой взгляд на портрет. — Вы знаете, что вселенных много. Когда-то и нашей Вселенной не существовало. Но была другая, более высшая, иноземная, и в ней проживали богоподобные существа, Палладинеянцы, которых мы называем Стражами Хаоса. Однажды в их мире появилась черная дыра, и его сила смогла поглотить много энергии высшего мира и перенести ее через себя в пустое неизвестное пространство. Эта энергия представляла собой шесть расколотых кусков некоего божественного камня, которые после прозвали космическими элементами, и благодаря и единому слиянию зародилась наша вселенная. Их сила породила мир, создав звезды, планеты, созвездия. Все живое…

Перед глазами вновь пронеслось далекое воспоминание. Еще до вторжения и апокалипсиса, когда я случайно увидела видение, в нем вокруг меня загорались и вспыхивали в темном пространстве звезды. Миллиарды сверкающих точек друг с другом смешивались, создавая в пустом мире новую вселенную. Невероятное зрелище смешанных радужных цветов безмятежно кружило вокруг меня. Картина красочней и запоминающейся огромного планетария.

Сара продолжила:

— И так появились первые миры, где началась жизнь. Так появились сэйлансы. Палладинеянцы узнали об этом и решили поближе познакомиться со сэйлансами. Пятеро из них спустилось в этот мир и предстало перед сэйлансами богами. Они хотели провести эксперимент, узнать, удастся ли кому-то из сэйлансев завладеть единой силой божественного камня, высшей силой. У сэйлансев был некий дар, но он был очень примитивен, по сравнению с мощью Палладинеянцев, и тем было интересно узнать, получится ли развить этот дар до максимального предела. Было два кандидата, два лучших и сильных сэйланса. Мой дедушка и некий Ион.

У меня сердце в груди сжалось в комок от упоминания этого имени.

— Но мой дедушка…он был сильным, а еще он был мстителен. У него было тяжелое детство, лишенное любви. Над ним издевались.

— Почему? — тихо спросила Милослава.

Сара мрачно поджала губы. Нервно скрестила руки и продолжила, говоря дрожащим голосом:

— Его родная мать, моя прабабушка, не хотела иметь детей и пыталась сделать аборт. Она была изнасилована. Так как медицина в то время была ужасная — вернее совершенно отсутствовала — она пыталась убить плод с помощью своего дара. Но мой дедушка выжил. Дар внутри него был силен, и спас ему жизнь. Но родился он с совершенно иной внешностью. Уродливой, неказистой. Его называли безобразным созданием, уродом, монстром. Вскоре его родная мать вышла замуж за местного князя, они родили тринадцать детей, которых растили в любви и заботе, а дедушку презирали, били, калечили. Весь город над ним издевался. И он стал всех ненавидеть и решил обманом заполучить высшую силу, чтобы совершить правосудие. Палладинеянцы избрали его, но князь запер дедушку в тюрьме и решил прилюдно казнить — дедушка подрался со своими врагами и в порыве гнева одного убил. А смерть — жестокое наказание, это казнь. Палладинеянцы узнали об этом и избрали Иона. Ион получил высшую силу. А дедушка на церемонии казни обманул всех и украл высшую силу с помощью одного артефакта — созданной на костях звезды «Энцеленд».

Я вздрогнула и ощутила, как меня окутал сильный холод от услышанного слова. В памяти пронесся сухой и раздраженный голос Арктура: «В звезде Энцеленд собрана объединенная сила космических элементов, которые создали Вселенную, откуда мы с Гардосом родом, а потом случился большой взрыв энергии, создавший уже твой родной мир, параллельный мир нашей родной Вселенной»

Сара продолжила: