События, сопровождавшие смерть Иисуса, были еще более впечатляющими, чем те, которые возвестили о Его рождении. Когда Он был в Гефсиманском саду, Ему явился ангел с Небес, укрепляющий Его. В течение трех заключительных часов Его сильных мук на кресте по всей земле царила тьма, как будто природа скорбела вместе с прославленным страдальцем. Когда Он склонил голову на Голгофе и испустил дух, это событие было отмечено уведомлениями, которые никогда не возвещали о кончине кого-либо из великих властителей этого мира, ибо «завеса в храме разодралась надвое», и скалы раскололись, и могилы открылись, и земля задрожала. «Сотник и те, которые были с ним», присутствовавшие на казни, по-видимому, были язычниками; и хотя, несомненно, они слышали, что Иисус называл себя Мессией иудеев, они, возможно, очень несовершенно понимали значение этого обозначения; но их тут же охватило убеждение, что Тот, свидетелями смерти Которого они только что стали, должен был дать истинный отчет о Своей миссии и Своем достоинстве, ибо «видя землетрясение и все бывшее, они устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий».
Тело нашего Господа было предано могиле вечером в пятницу, и рано утром следующего воскресенья Он вышел из могилы. Обычный человек не имеет контроля над продолжительностью своего существования, но Иисус продемонстрировал, что у Него была власть отдать Свою жизнь и что у Него была власть принять ее снова. Если бы Он был обманщиком, Его заблуждения должны были закончиться с Его смертью, так что Его воскресение должно рассматриваться как Его венец чуда или, скорее, как наложение широкой печати небес на истину Его миссии как Мессии. Это было, кроме того, исполнением древнего пророчества; доказательством Его предвидения; и залогом воскресения Его учеников. Поэтому в Новом Завете это так часто упоминается с подчеркнутым акцентом.
Нет более засвидетельствованного факта, связанного с жизнью Христа, чем Его воскресение. Он был предан смерти Своими врагами; и Его тело не было снято с креста, пока они полностью не убедились, что жизненная искра ускользнула. Его гробница была вырыта из цельной скалы; камень, который загораживал вход, был запечатан со всей тщательностью; и военная стража постоянно следила за его нарушением. Но в свое время землетрясение потрясло кладбище – «Ангел Господень сошел с неба, подошел и отвалил камень от двери и сел на нем… и от страха перед ним стражи задрожали и стали как мертвые». Наш Господь тем временем вышел из могилы, и часовые в ужасе поспешили к первосвященникам и сообщили поразительную новость. Но эти ослепленные люди, вместо того чтобы уступить силе этого подавляющего доказательства, попытались скрыть свой позор с помощью низменных уловок подкупа и лжи. «Они дали воинам много денег, говоря: скажите, что ученики Его, придя ночью, украли Его, когда мы спали… и, взяв деньги, поступили, как были научены».
Иисус, как первенец Марии, был представлен в храме через сорок дней после Его рождения; и, как «первенец из мертвых», Он предстал перед Своим Отцом в храме наверху, через сорок дней после того, как Он открыл утробу могилы. В течение этого промежутка Он являлся только Своим собственным последователям. Те, кто так долго и так сознательно отвергали свидетельство Его учения и Его чудес, определенно не имели никаких оснований ожидать каких-либо дополнительных доказательств Его Божественной миссии. Но Господь являет Себя Своей Церкви, «а не миру», и тем, кто боится Его имени, Он постоянно предоставляет новые и интересные иллюстрации Своего присутствия, Своей силы, Своей мудрости и Своего милосердия. Хотя Он является столпом тьмы для Своих врагов, Он является столпом света для Своего народа. Хотя Иисус теперь был невидим для книжников и фарисеев, Он допустил Своих учеников к высокому и святому общению. Теперь их сердца горели в них, когда Он говорил им «о том, что относится к Царствию Божьему», и когда «Он изъяснял им во всем Писании то, что касается Его Самого». Теперь Он, несомненно, указал им, как Он был символизирован в прообразах, как Он был представлен в обетованиях и как Он был описан в пророчествах. Теперь Он более полно объяснил им устройство Своей Церкви, и теперь Он повелел Своим апостолам идти и «научить все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святого Духа». Уверив двенадцать в Своем присутствии со Своими истинными слугами даже до конца мира и выведя их до Вифании, деревни в нескольких стадиях от Иерусалима, «Он поднял руки Свои и благословил их. И было так, что, когда Он благословлял их, Он отделился от них и вознесся на небо».
Так завершилась земная карьера Того, кто является и Сыном Человеческим, и Сыном Божьим. Хотя Он был тяжко испытан лишениями нищеты, хотя Он подвергался самым жестоким и унизительным оскорблениям, и хотя в конце концов Он был оставлен Своими друзьями и обречен на смерть в мучениях, Он никогда не совершил ни единого поступка и не произнес ни единого слова, недостойного Его возвышенной и благословенной миссии. Рассказы евангелистов дают ясное внутреннее свидетельство того, что, когда они описывали историю Иисуса, они, должно быть, копировали с живого оригинала; иначе никакие четыре человека, и уж тем более никакие четыре еврея, не смогли бы каждый из них дать такой портрет столь великой и столь необычной личности. Сочетая высочайшее уважение к установлениям Моисея с духом в высшей степени католическим, Он был одновременно набожным израильтянином и великодушным гражданином мира. Поднявшись намного выше предрассудков Своих соотечественников, Он посетил Самарию и свободно беседовал с ее населением; и, заявляя, что Он был послан специально к семени Авраама, Он был готов распространить Свое сочувствие на их злейших врагов. Хотя Он принял на Себя облик слуги, в Его поведении не было ничего подлого или подобострастного; ибо, когда Он смирял Себя, вокруг Него всегда было ощущение снисходительного величия. Утешает ли Он скорбящего, ходит ли по волнам моря или отвечает на придирки фарисеев, Он все тот же спокойный, святой и милостивый Спаситель. Когда Его страдания были непосредственно на виду, Он был таким же добрым и внимательным, как и всегда, ибо в ту самую ночь, когда Он был предан, Он был занят установлением таинства, которое должно было служить знаком и печатью Его благодати на протяжении всех поколений. Его характер столь же возвышен, сколь и оригинален. Он не имеет аналогов в истории человеческой семьи. Самозванец хитер, демагог буйствует, а фанатик нелеп; но поведение Иисуса Христа всегда мягкое и спокойное, искреннее, вежливое и последовательное. Ну, воистину, пусть Его имя будет Чудным. «В мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал. Пришел к своим, и свои Его не приняли. А многим, принявшим Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими».
ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПРИМЕЧАНИЕ К ГЛАВЕ II.
ГОД РОЖДЕНИЯ ХРИСТА.
Христианская эра начинается 1 января 754 года города Рима. То, что наш Господь родился около времени, указанного в тексте, может быть видно из следующих соображений:
Визит волхвов в Вифлеем, должно быть, состоялся всего через несколько дней после рождения Иисуса и до Его представления в храме. Вифлеем не был официальным местом жительства Иосифа и Марии ни до, ни после рождения ребенка (Лука 1. 26, 2. 4, 39; Матф. 2. 2). Они были вынуждены отправиться в это место из-за налогов, и сразу после представления в храме они вернулись в Назарет и поселились там (Лука 2. 39). Если бы визит волхвов произошел, как думают некоторые, через шесть, или двенадцать, или восемнадцать месяцев после рождения, вопрос Ирода к «первосвященникам и книжникам народа», где «должно родиться Христу», был бы совершенно напрасным, поскольку младенец мог быть перенесен задолго до этого в другую часть страны. Мудрецы явно ожидали увидеть новорожденного младенца, и поэтому они спросили: «где родившийся Царь Иудейский?» (Мф. 2:2.) Евангелист также прямо говорит, что они пришли в Иерусалим, «когда родился Иисус» (Мф. 2:1). В последующий период они нашли бы Святого Младенца не в Вифлееме, а в Назарете.
