Наташа: Да, тебе выспаться нужно обязательно, а то уснешь под потолком в процессе. Если захочешь, набери меня перед сном, услышу тебя).

Юра: Ок, на связи

Наташа: Да, целую!

Уже ближе к полуночи он набрал меня и рассказал о новой работе и что-то еще из того, что произошло за сегодняшний день.

– Можно завтра что-то посмотреть вместе, если ты не против – напоследок предложил мне Юра.

«Уже завтра??? Кто? Я? Против? Совсем не против! Я только за!»

– Да, давай.

– Тогда на связи.

– Да, пока-пока.

23.47

Наташа: Юра, добрых и сладких тебе снов, очень трогает, что отзваниваешься, правда). Не звоню сама, чтобы не быть навязчивой, но соскучилась по тебе сильно…я поняла, что лежать под пледом головой на твоих коленях – это самое лучшее, что может быть в этой жизни). Я баи).

Про остальное я вообще молчу).

Весь следующий день от Юры не было ничего. Я забеспокоилась и решила написать.

22.09

Наташа: Ты в порядке? Привет!

Юра: Привет, да. Я у отца. Как ты?

Наташа: Норм, просто собирались сегодня сериал посмотреть, и я тебя потеряла).

Юра: Спонтанно получилось, не планировал поездку. Извини. Если рано приеду – позвоню. Но у меня еще дела есть сегодня.

Наташа: Деловая колбаса. Я спать часов до двух не буду сегодня, но если не отвечу, то уснула уже.

04.08

Юра: Улегся спасть у друга. Хотел позвонить сперва, но понял, что не стоит…

07.06

Наташа: Душить буду нежно и ласково, целуя…

День прошел, как обычно. Ничего примечательного в нем не произошло и уже подходя к дому я получила смс:

21.32

Юра: Привет как дела?

Наташа: Привет! Норм), ты как?

Юра: Тоже, ток на работе вымотался. Пол дня о подушке думаю.

Наташа: Я только к дому подхожу, наберу тебя минут через 15…

– Все, я дома – набрав Юру сказала я.

– Я тоже. Сейчас помоюсь и залипну. Глаза сами уже закрываются. У тебя что завтра?

– Работаю, как обычно – ответила я, завтра детские группы с пятнадцати тридцати.

– На связи тогда, до завтра? – спросил Юра.

– Да, целую. До завтра – ответила я.

Чуть позже позвонила расстроенная Ирина и сообщила, что потеряла все три ключа от двух сейфов.

– Ну пипец – сказала я – и что теперь делать будете?

– Не знаю. Ване пока ничего не стала говорить – ответила она.

Ваня – это великовозрастный сын Ирины, с которым у нее были очень сложные отношения. Или у него с ней. По моим наблюдениям Ваня являлся самым сильным ее тригером и, обычно, после разговора с ним она вся как будто рассыпалась на мелкие кусочки и словно, высосанная, долго сидела, замерев в одной позе.

– Напишите объявления и развесьте на всех видных местах. Может кто-то подберет или подобрал уже. И персонал тоже подключите к поискам.

– Я уже подключила. Никто ничего не видел. Про объявления – спасибо! Сейчас писать буду – Ирина немного воодушевилась моим предложением.

– На худший вариант – если не обнаружатся ключи – что тогда? – спросила я.

– Замки поменяем. Ване не буду говорить, а то ругать будет – сразу обмякла Ирина Соломоновна.

– Ну да. Меньше знает – крепче спит ваш Ваня, извините.

– Ты завтра сможешь кое-что сделать для меня? – спросила Ирина.

– Ну говорите, что нужно – ответила я.

– Хочу кое-кого с праздником поздравить, цветы купишь мне с конфетами? И еще кое-что.

– В ватсап список киньте, я в перерывах побегаю, закуплю. Потом на такси приеду – привезу.

– Хорошо. Спасибо! – и через небольшое молчание-паузу, как она обычно делает – Ну пока.

– Да, Ирина Соломоновна, до завтра!

Весь следующий предпраздничный день седьмого марта пришлось очень сильно посуетиться. Вторник с детскими группами, поэтому пришлось бегать за покупками несколько раз, чтобы не оставлять школу надолго. Сходила в аптеку за углем, в Дикси за продуктами, потом в КБ – взяла там три коробки конфет. И уже после занятий в шесть часов побежала к Чкаловской в Цветовик.

Очередь была небольшая, но флористы двигались из ряда вон как медленно и минут через десять я начала нервничать и тарабанить пальцами правой руки партию Хачатуряновской Лезгинки о прилавок. Девушка, разбиравшая тюльпаны, услышала мою неврастеническую дробь и спросила, чем может мне помочь.

– Мне нужно пять небольших букетов из тюльпанов. Три по пять и два по три. Сделаете?

– Да. Какого цвета вам?

Я поднесла указательный палец к развернутым с цветами бумагам и указала на пять разных цветов – белый, розовый, желтый, сиреневый и красный, пояснив, сколько и какого цвета.

Спасибо ей, конечно же, за то, что она обратила на меня внимание вне очереди, но собирать букеты она начала так медленно, что на третьем я уже чуть ли не подпрыгивала у прилавка.

Она брала нужное количество тюльпанов одного цвета, медленно несла все это в противоположную сторону зала и еще медленнее начинала складывать и заворачивать их. На третьем мне захотелось сорваться с места и самой унести ей очередную порцию тюльпанов. Но так делать было нельзя. И мне пришлось собрать всю свою нервную систему в большой кулак и терпеливо досматривать это действо.

– Вам в бумагу завернуть? – спросила она по окончании.

– Обязательно – кивнула я в ответ.

«Только не на пол часа еще!» – пробежало в моей голове.

Она так же медленно и неуклюже завернула все пять букетиков в белый лист бумаги и залепила верх скотчем.

– А можно вот тут как-то немного поэстетичнее – указала я ей на геморройную складку вверху.

Она молча с недовольством переклеила верх.

– Оплата картой? – спросила девушка.

– Наличные.

Я рассчиталась и протянула руку за завернутыми цветами. В момент, когда я еще не взяла в руку то, что мне передавали – она отпустила бумагу и она с букетами внутри рухнула на пол.

Я была в шоке. В лучший из дней я бы тормознула и заставила ее все переделать, но не сейчас. Ирина звонила уже через каждые десять минут, с вопросом:

– Наталья, ты сейчас где?

Четыре звонка только за время пребывания в Цветовике.

– Все, Ирина Соломоновна, вызвала такси. Ценник бешеный – почти полтос, но так быстрее будет, мне до остановки со всем этим скарбом быстро не добежать.

– Езжай на такси. Я боюсь, что кто-то уйдет сейчас без моего поздравления, а там выходной.

– Лечу – выпалила я.

Ценник на такси и правда был звериный. Тут ехать минут десять от силы всего. Подъехала машина и я загрузилась вовнутрь.

– Я уже внизу – позвонила мне Ирина.

– Я уже подъезжаю – ответила я.

Улыбка осветила ее лицо при моем появлении в фойе.

– Успела. Достань цветы с конфетами и жди. Я сейчас – засуетилась моя подопечная.

Я положила ей конфеты в отдельный пакет и развернула бумагу, в которой были тюльпаны. Фух. Пронесло. Все целое и невредимое. Девушке из Цветовика значит жить.

– Я к конфетам букеты сложу, чтобы вам нести удобнее было, только вытаскивайте их аккуратно, они очень лебезные.

– Какие? – уставилась Ирина.

– Ну, нежные очень – пояснила я.

– Поняла.

Ирина взяла пакет и пошуршала к лифту своей фирменной с размахом руки походкой.

Я осталась ожидать ее в фойе, чтобы она забрала остаток привезенного мною заказа. Ожидание затянулось надолго – почти час. Оказалось, что Ирина Соломоновна просто не могла самостоятельно достать верхнюю одежду, чтобы выйти со мной на улицу, а из персонала никого не оказалось. Видимо, все ушли на чаек в честь предстоящего праздника.

Ирина наконец-то показалась в проеме вся замученная и потерянная. Не такая, как ушла от меня час назад.

– Наталья, извини, что долго. Я не могла достать одежду и пришлось ждать, кто мне поможет. Представляешь – они убирают одежду под потолок.

Я не придала особого значения ее словам про потолок, решив, что она просто переключилась там на что-то другое, как она обычно это умеет делать.