В один из таких дней Серёжа хорошо получил по носу. Парень, на несколько лет старше Серёжи, так заехал ему по голове, что мальчик невольно сделал несколько шагов назад, прежде чем упасть на спину. Перед глазами вспыхнули искры, сменившиеся кружащими чёрными точками. Мальчик приподнялся на локте, с трудом наблюдая, как свора «зверят» дерётся за свежий мусор. Как к ним подобраться, он не знал, однако сделать это было надо – последний раз его челюсти работали ещё позавчера.

– Вот это встреча, – сказал кто-то. – Что, не досталось еды?

Серёжа поднял глаза и увидел Виктора – тот стоял, засунув руки в карманы куртки, и смотрел на мальчика. Со дня их последней встречи мужчина похудел и сгорбился.

– Да, – буркнул мальчик. – Ерунда.

– Есть, наверное, хочешь?

Серёжа поднялся и уже отряхивался от снега. Услышав про еду, он замер и поднял на Виктора затравленный взгляд, но ничего не сказал.

– Вижу, что хочешь, – продолжал тот. – Пойдём.

Мальчик не двигался с места, не зная, как и реагировать на предложение.

Бесплатно накормить его в последний раз пыталась ещё мама. Земля ей пухом, как говорится.

– Пойдём, пойдём. – Виктор вздохнул. – Я тебе ничего плохого не сделаю.

Я ведь твой должник.

– Чего это?

– Ты мне помог тогда найти этого бомжа. Ну, и с цепочкой тоже… Я бы, в общем, без тебя так быстро не справился. А может, и вообще бы никогда не узнал об этой цепочке. А для меня это важно, понимаешь? Она же дочка моя.

Виктор осёкся и замолчал. Его губы задрожали, и он отвёл взгляд, словно его что-то заинтересовало на другой стороне улицы. Но потом он повернулся обратно и улыбнулся мальчику:

– Ну что, пойдём?

– Пойдёмте.

Серёжа был весь настороже, ведь проявления доброты были в его мире не то, что редкостью, а настоящей фантастикой. Тем не менее, упустить шанс поесть он не мог.

Виктор спустился ниже по улице и остановился у фуд-трака. В красном фургоне хозяйничал китаец, которому мальчик не так давно помог уличить в измене жену.

– Игэ на-хай! – улыбнулся китаец. – Здравствуй!

– Твой знакомый? – спросил Виктор мальчика.

– У меня на улице все знакомые, – гордо ответил Серёжа.

– Ясно. И что этот твой знакомый хорошо готовит? А то я не силён в японской кухне.

– Он китаец.

– В китайской тоже.

– Он готовит шаурму. – Мальчик кивнул на вывески. – У него нет китайской кухни.

– И правда. – Виктор улыбнулся и покачал головой. – Совсем ничего уже не вижу. Будешь шаурму?

– Буду.

– Тогда нам две шаурмы. Мне ещё кофе. Чёрный.

Виктор сел на высокий стул на одной ножке, Серёжа ловко вскарабкался на соседний. Больше посетителей пока не было. И Виктор, и Серёжа молчали, глядя, как китаец готовит. Мальчику было неуютно сидеть вот так, но вид горячей пищи его заворожил. От полной тишины, повисшей между ними, спасал лишь гул машин невдалеке и голос ведущего из телевизора, висевшего на задней стене фуд-трака.

Наконец, еда была готова и на пластиковых тарелочках подана обоим.

Виктор дождался кофе, отхлебнул и поморщился. Серёжа же набросился на свою порцию со всем аппетитом голодного уличного мальчишки. Через минуту шаурмы уже не было, а мальчик собирал грязными пальцами выпавшие из неё кусочки с тарелки.

– На. – Виктор подвинул свою тарелку с нетронутой едой Серёже. – Порции тут небольшие, а ты, я гляжу, голодный.

Беспризорник не стал возражать. Вторую шаурму он ел уже аккуратней. Он помнил, что бывает, если зараз съедаешь много – может стошнить, и тогда пропадёт всё, что съел. А это непозволительно для тех, кто живёт на улице.

– Мне, вообще-то, помощь твоя не помешает, – задумчиво сказал Виктор.

Серёжа насторожился.

– Тогда я так и не нашёл виновных, – продолжал Виктор. – Меня свои же подвели. В психушку на три недели определили. Но есть ещё на свете добрые люди. Нашли тот флайкар, по номеру и твоему описанию. Так что знаю я, где его владелец живёт.

– Тогда что вам от меня нужно?

– Поможешь мне внутрь попасть. Ты маленький, юркий – самое то, что нужно.

– Куда попасть?

– В тот дом. Только внутрь попасть. А дальше можешь идти, куда захочешь.

Я заплачу.

В доказательство своих слов Виктор достал из кармана бумажник, вынул несколько купюр и положил их перед Серёжей.

– Бери, не бойся.

Медленно и осторожно, косясь на Виктора, мальчик взял деньги и убрал их в карман джинсов.

– Ну вот, видишь, всё хорошо, – улыбнулся Виктор. – Теперь помоги мне попасть в дом, и я тебе ещё заплачу. Хорошо заплачу.

– А что за дом?

– В Эгершельде. Сейчас покажу. Давно уже присматриваюсь к нему. У меня машина тут, неподалёку… Поехали сейчас.

Только наевшись, Серёжа понял, что Виктор, поначалу производивший впечатление измотанного и слабого, был не менее опасен, чем при их предыдущей встрече. И, словно загипнотизированный этой опасностью, Серёжа согласился.

– Только сперва заедем кое-куда, – добавил Виктор.

На улице Калинина он остановил машину.

– Посиди пока тут.

Вышел, даже не забрав ключи. Такое доверие по отношению к зверёнышу могло означать только одно: Виктору уже на всё наплевать. А это было плохим знаком. Серёжа понимал, что надо воспользоваться случаем и убежать, пока хозяин машины не вернулся, но тот же страх мешал ему это сделать. Мальчик боялся, что Виктор найдёт его ещё раз, и уж тогда он сбежать не сможет.

Серёжа огляделся и только теперь сообразил, где находится. Через дорогу стоял тот самый ломбард, в котором Виктора повязала полиция. Вскоре изза здания выбежал владелец ломбарда, белый, как мел. Через секунду появился и Виктор с пистолетом в руке – он поднял оружие и выстрелил.

Хозяин ломбарда упал, закричав. Виктор подошёл к нему, и тот заверещал что-то неразборчивое, выставляя перед собой руки. Договорить он, впрочем, не успел – Виктор что-то сказал ему, а потом выстрелил в него несколько раз. После этого он спокойно вернулся в ломбард. Вышел он оттуда только через пару минут. Спокойно подошёл к своей машине, сел за руль. Пока они не уехали с улицы, Серёжа не осмеливался открывать рот, но потом не выдержал:

– Вы ходили за цепочкой?

– Да.

– Нашли?

– Нет.

– А хозяин?..

– Ты всё видел.

Больше вопросов Серёжа не задавал. В полной тишине они доехали до Эгершельда, проехали по гладкому асфальту две улицы и свернули в подворотню между заборами частных домов.

– Это здесь, – сказал Виктор, останавливая машину. – Мне одному через забор не перебраться, не со стремянкой же мне идти. Я тебя подсажу. Тут, я знаю, забор чуть ниже. В общем, пойдёшь к воротам и откроешь их мне изнутри. Ясно?

Серёжа так ошалел, что кивнул, не вдумываясь в услышанное.

– Отлично, – улыбнулся Виктор так, словно они шли покупать мороженое. – Идём.

У ребристого красного забора Виктор сцепил ладони в замок и нагнулся, позволяя Серёже поставить на его руки ногу. Потом выпрямился, поднимая мальчика наверх, подтолкнул – и Серёжа смог ухватиться за край забора.

Подтянулся, перевалился – и полетел с забора вниз.

От удара о землю перехватило дыхание. Сперва Серёжа не мог вдохнуть, но потом у него получилось, и он громко закашлялся. Встал на ноги и увидел выходящего из дома парня лет двадцати в халате на голое тело.

– Эй! – крикнул парень. – Зверёныш! Ты как сюда влез? Стой!

Серёжа собрал свою волю в кулак и захромал в сторону ворот.

– Ты куда это собрался? Свалить вздумал, бомжара поганый? – Человек забежал в дом и почти сразу выбежал со сверкающим револьвером в руке. – Я тебе сейчас покажу, как по чужим домам лазать!

Раздался выстрел, потом ещё один. Мальчика не задело, но он прибавил прыти. Он был уже рядом с воротами, когда подошедший хозяин дома пинком сбил Серёжу с ног.

– Ты куда собрался, спрашиваю? – спросил нависший над беспризорником парень. – На улочку захотел?

В его безумных глазах мальчик не увидел ни капли сострадания.