В конце-концов, все эти сомнения, мысли и переживания просто развеялись стоило ей сосредоточиться на тренировке и осознания простой истины. У Цунаде Сенджу не было одной важной вещи которая была у нее. Наруто «выбрал» ее. Все эти разговоры о жизни, смерти и прошлом позволили ей уловить главный контекст его скрытого послания. Он не мог выбрать «простую» смертную потому, что они быстро умирают не только от разного рода ранений или болезней, а по причине их короткого жизненного цикла. Она более не являлась «обычной» смертной. Да, Цунаде тоже имеет нечто подобное, но ее техника не являлась истинным омоложением и продлением собственного срока жизни. Скорее она наносила с помощи печати вокруг своего тела специальный покров который поддерживал ее данный облик. Что ее Наруто ценит прежде всего? Честность и прямоту. Эта «Цунаде» давно перестала жить так, как живет настоящая и сильная куноичи. После потери своих близких просто погрязла в долгах и выпивке. Весь свой потенциал, способности и возможности этого человека сгорали и пропадали в пустоту, а ее образ жизни медленно, но верно убивал ее. Никто не может вести жизнь вечного «игрока» в казино и пьяницы и считать, что таким образом можно долго прожить в обществе людей. Этот стиль жизни и его итог ведет ее в один конец. В ней больше нет чести и достоинства которые Цунаде имела в прошлом, а это именно то, что Наруто ценит в людях больше всего.

Будь ты жалкий бандит, крестьянин или отброс общества, но если у тебя хватило сил и храбрости встретить свою смерть лицом к лицу и дать последний бой, то он навсегда запомнит этого человека. Именно таких людей он часто видел в прошлом. Он называл их «Викингами». Они были бесстрашными и жестокими воинами, что по описанию Наруто практически не отличались от бандитов, но у них был свой свод правил, ритуалов и традиций которые как раз таки и отличали их от обычных бандитов. Все викинги были обычными людьми, но даже Наруто или лучше сказать «Тор» запомнил их имена не потому, как они жили, а как именно они умерли. Кровавые сражения сравнимые с бойней. Когда один человек убивает сотню лишь за счет своей силы и оружия. Именно такие и становятся Легендами.

* * *

— Это единственное, что тебя сейчас беспокоит? — устало снова вздыхает Саске и свободной ладонью чешит затылок. Ощущает раздражение и злость, но контролирует себя от начала и до конца. — Уклоняйся или Умри.

Мгновенно встает в боевую стойку. Полусогнутые ноги, а правая ладонь готовится в любой момент вытащить лезвие из ножен. Ветер концентрируется и покрывает ножны, а небольшие искры и линии молнии определенно намекали на то, что она готовится высвободить оружие из ножен с применением какой-то техники меча. Мгновение. Горизонтальный взмах выпускает невидимую линию которая в широком и возрастающем радиусе разрушает стены коридоров, двери комнат гостиниц и стену позади них. Очередной взрыв и четверка выбирается наружу из гостиницы. Со стремительным рывком Саске скрещивает свое лезвие меча с лезвием куная Итачи и в недолгом противостоянии отбрасывает ее в сторону к множествам деревьев одного простого леса, что находился неподалеку от гостиницы. Короткий зрительный контакт с Итачи ввело в ее гендзюцу которое искажало реальность своей жертвы и не позволял увидеть ее истинные намерения. Ее старшая сестра заметила, что в этом коротком противостоянии она не только взрослее, но также невероятно сильной, быстрой, а также умело контролировала свои эмоции. Гнев и ненависть не ослепило ее, а наоборот придал больше остроты и опасности. Еще она заметила самое главное открытие, а именно тот факт, что Саске смогла добиться новой формы шарингана. Она все же убила своими руками кого-то близкого ради мести ей и этот факт невольно вызывал некоторую грусть и сожаление, но на безразличном лице не дрогнул и мускул. Итачи знает, что она должна отыгрывать свою роль до самого конца. Скрещенное лезвие их оружия было отбито, а следом за этим последовал рассеченный мгновенный косой разрез, что будто разрубил ее на двое. Правда, ни сама кровь, ни само тело не спешило оседать на землю. Вместо этого развалилось на несколько десятков воронов, отчего перед Саске стояла лишь часть ее тела и голова.

— Хмпф, похоже пока меня не было ты действительно стала сильнее. Это хорошо. Это означает, что тебе пора узнать настоящую причину моего наставления и оставления тебя в живых той ночью. Мангёке Шаринган не последняя эволюционная стадия развития нашего додзюцу. Мангёке Шаринган открывает невероятные техники и возможности, но плата за их использование довольно велика. Пользователь Мангёке обречен рано или поздно ослепнуть из-за частого использования техник данных глаз, но есть один способ устранить этот неприятный минус, а именно пересадить глаза своей сестры или брата. Именно таким образом Учиха Мадара смог добится в развитии Высшей Формы Шарингана, что был им назван Вечным Мангёке. Теперь, ты понимаешь, Саске⁈ Ты — Мой Свет!

Итачи Учиха сорвала маску безразличия и надела новую. Безумное и радостное выражение хищника который был готов собрать урожай своих засеянных плодов. Проблема лишь заключалась лишь в одном. Все происходило слишком рано и слишком быстро. Если то, что сказал Наруто, правда, то Данзо разорвал их соглашение и убил Сарутоби Хирузена. Ей нужно было просто постараться закончить это сражение так, чтобы в процессе Саске не погибла, а после этого направится как можно скорее в деревню. Ее знания в области тайных ходов позволяли ей пройти большую часть защиты и проникнуть в деревню незамеченным. Гендзюцу также помогут стереть следы случайных свидетелям. Если Данзо решил использовать Саске в своих целях, то ей ничего не остается как просто убить его и дать возможность кому-то другому занять его место, а именно Цунаде Сенджу, что по сути и должна была стать во главе деревни. Лишь после этого она готова умереть, зная, что Саске не будет ничего угрожать. Правда, Итачи не учла одной важной вещи.

Саске Учиха уже более не просто ребенок или шиноби ранга генин, а самое настоящее воплощение опасного монстра который смог подчинить и заточить свои навыки до ее текущего уровня. Если и вовсе не превосходя ее в некоторых областях. Саске просто не спешила раскрывать свои козыри и скрывала свою силу и возможности до самого последнего удобного момента.

— И это все⁈ Ты решила уничтожить наш клан, убить наших родителей и отказаться от всего, что у тебя было лишь ради этого? И что же ты будешь делать со всей этой силой, а⁈ Какой в ней смысл если по итогу у тебя не будет ничего, «Онэ-сан»?

Этот спокойный, раздраженный и даже в каком-то смысле усталый тон. Сердце невольно неприятно пропустило удар. Даже спустя столько времени. Она все еще называет ее своей сестрой. Пусть даже в таком саркастичном и издевательском тоне. Всего на какую-то секунду она желала снять маску и открыть правду. Вернуться назад, но она как никто другой знает, что она не может вернуться назад и исправить того, что она сделала. Она не заслуживает этого.

— Ты ничего не понимаешь в этом мире все, что имеет значение, так это сила…! Ничего кроме силы!

Саске устало вздыхает и не выражает на своем лице ничего кроме разочарования.

— И мы должны быть сестрами…?

— Сестрами… Верно.

Время для разговоров закончилось. Саске понадобилось некоторое усилие, чтобы выбраться из иллюзии Итачи, но в процессе на несколько секунд неважно себя ощущала. Тяжелое дыхание и капельки пота стекали с лица. По сравнению с Хатаке Какаши у Итачи гендзюцу совершенно иного уровня. Да и знала она то, что у нее в арсенале есть гендзюцу которая позволяет показывать образы прошлого со всеми вытекающими ощущениеми ее жертв.

Сзади нее Итачи складывает печати знакомой техники ее клана. Итачи знала, что их сражение должно выглядеть убедительно и опасно. Именно так, как если бы они действительно сражались насмерть.

— Катон: Гигантский Огненный Шар!