Клеон невольно вспомнил рассказы известного фантаста, когда в маленькие щели проходили люди, так как знали правильное соотношение геометрических фигур и могли перемещаться в четвертом измерении. Люди при помощи знаний неземной геометрии могли даже посещать другие миры. Клеон встряхнулся. Еще иных миров ко всему прочему не хватало.

Плотный блок скал. Всего одна щель не более двадцати сантиментов.

Как? Он и правда не мог объяснить, как вместе с объемным рюкзаком протиснулся между громадными базальтовыми блоками в просвет размером чуть больше человеческой ладони. Все время, находясь в горах, Клеон отгонял мрачные мысли, понимая, что, если погрузится вглубь таинственных предположений и рассуждений, уже не сможет выбраться на поверхность.

«Странно, внутри намного теплее, чем снаружи, – Клеон с интересом ученого оглядывался вокруг. – Наверное скалы настолько плотно стоят друг к другу, что не пропускают воздух снаружи».

Внутри круга черных скал было невероятно темно.

«Почему так темно внутри? Сверху же открытое пространство? – Клеон пытался привыкнуть к кромешной тьме. – По любому диаметр круга между скалами двести-триста метров, почему вообще нет дневного света?».

Не понимая, почему дневной свет не освещает достаточно широкий круг внутри скал, он достал из рюкзака профессиональный фонарь и включил на полную мощность, планируя осмотреть место, в котором оказался.

Насколько хватало света фонаря, высоко вверх взметались гладкие слишком ровные скалы. Свет отражается от скал, как от зеркала.

«Не могут быть горы зеркальными», – промелькнула мысль, хотя тут же исчезла, так как кроме отполированной поверхности скал вокруг было множество других необъяснимых с точки зрения науки вещей.

Клеон посветил фонариком впереди себя, водя во все стороны. Расстояние внутри между скалами было приличным, оценить в метрах диаметр круга он не мог, и решил идти по направлению к центру.

Какое-то время он шел по абсолютно пустому пространству; характерных для горных пещер камней, сталактитов, обломков не было.

Ничего не было. Нижняя поверхность круга внутри скал, по которому он осторожно ступал, казалось невероятно гладкой, как и поверхность скал.

Кроме поверхности удивляли формы скал. Точнее, отсутствие привычных форм евклидовой геометрии. Внутри круга действовали другие законы.

Геометрия. Диковинная. Неземная. Ассоциации возникали отрывочно. Неизвестное человечеству построение фигур. По всем известным законам таких фигур быть не могло и соединяться они не могли. Но они были. И стояли прочно.

Скалы состояли из тысяч мелких фигур, которые прилегали друг к другу настолько плотно, что со стороны казались гладкой зеркальной стеной.

«Все очень странно, – мозг пытался всеми силами справиться с окружающими странными образами. – Я даже не знаю названия большей части фигур, я никогда в жизни такого не видел».

Клеон не мог объяснить своих ощущений, настойчиво возникали мысли о нарушенных законах геометрии. Казалось, что черные скалы меняют форму и положение, хотя согласно элементарным законам физики такого просто не могло быть. Клеон пытался разглядеть хоть что-нибудь впереди себя, и невольно смотрел по сторонам. Ощущение нечеловеческих пропорций возрастало.

«Ну вот опять. Движутся. Скалы перемещаются. – Клеон несколько раз поворачивал голову в разные стороны и обратно. – Каждый раз камни образовывают разные сочетания, они точно движутся».

Каждый раз, когда Клеон менял направления, скалы внутри образовывали диковинные узоры. Разные. Неестественные. Инородные.

В одно мгновение Клеон четко увидел, как тысячи мельчайших осколков неописуемых острых и круглых форм одновременно быстро перемещаются. В следующее мгновение перед ним были идеально гладкие отполированные скалы.

«Разбитое зеркало. Как будто собираются осколки разбитого зеркала», – мелькнула ассоциация, но он не успел подумать над удивительным феноменом.

Клеон направил мощный свет фонаря прямо вниз, где вертикальная поверхность скал соединялась с нижним основанием. На секунду показалось, что угол, который образовывают скалы – острый, хотя в следующий момент скалы стояли строго вертикально. Как будто стометровые скалы наклонились, а затем резко выпрямились обратно. Ну такого точно не может быть!

Он был уверен, что видит внутри гладких базальтовых блоков движение, между тысячами мелких осколков просматривались громадные черные маслянистые линии. Прямо под поверхностью скал линии, напоминающие жилы живого существа, быстро двигались, перемешиваясь друг с другом, образовывая зловещие узоры. Скалы казались живым клубком гигантских змей.

«Наваждение, не иначе. Наверное, сильно сжатый горный воздух приводит к подобным галлюцинациям», – подумал Клеон, так как много раз читал о странных ощущениях, которые возникают у людей в высоких горах.

Пройдя несколько десятков метров Клеону четко увидел, что скалы действительно состоят из тысяч странных фигур. Кроме разбитого зеркала возникла ассоциации с калейдоскопом. Пока Клеон медленно продвигался вперед к центру круга, положение и сочетание фигур постоянно менялось.

Сильный мозг ученого настойчиво пытался найти логичное объяснение, подавляя подсознательное ощущение об измерениях, выходящих за рамки человеческого. Геометрические характеристики окружающих скал в виде неуловимых углов и диких симметрий вызывали животное чувство страха.

Треугольники внутри скал казались образованным из трех острых углов, а параллельные прямые параллелепипедов расходились друг с другом.

Да что это такое? Пристальный взгляд на гладкие базальтовые блоки не помог развеять сомнения, а только усилил. Скалы и правда состояли из тысяч мелких осколков неизвестных человеку форм. Безумных очертаний.

Нарушение евклидовой геометрии. Усеченные треугольники, отрезанные ромбы, перекрученные параллелепипеды. Мозг физически не мог не только назвать, но и уловить очертания фигур. И кроме того, формы менялись. Постоянно перемещались. Двигались, сливались, разъединялись.

Клеон несколько раз открыл и закрыл глаза, присел, встал, глубоко вздохнул и помотал головой из стороны в сторону.

«Да, скорее всего кроме сжатого воздуха, внутри пещеры наверное и сильные токсичные испарения, – мозг ученого не сдавался в поисках логичного объяснения. – Я, наверное надышался газами, вот и мерещится нечто».

Клеон медленно продолжал идти вперед, не переставая удивляться странному устройству скал. Такого просто не могло быть. Должен был встретиться хоть один камешек под ногами, хоть какие-нибудь скальные образования. Вся площадь огромного круга внутри стометровых гладких черных скал была абсолютно пустой. Искусственность происхождения подобного сооружения настойчиво перечеркивала другие логичные объяснения.

Что же это такое? Клеон понимал, что отполированная до блеска нижняя поверхность не могла быть природным образованием. Но не это пугало больше всего. Сердце сжималось от тщательно подавляемого вопроса:

«Кто или что мог до полного блеска отполировать нижнее основание?».

Мысли о чудных механизмах неизвестных пришельцев, о которых постоянно говорили сторонники альтернативной истории, почему-то не появилось. Ощущение же, которое возникло, нельзя было пропускать в сознание.

Подобной гладкости можно было достичь в результате бесконечных перемещений громадных скользких маслянистых существ.

Клеон еще раз закрыл и открыл глаза, набрал воздух и глубоко вдохнул.

«Господи, ну откуда подобные мысли? Что за странное сочетание фантастики и многочисленных теорий пришельцев, – Клеон пытался убедить собственный разум вернуться в русло научного мышления. – Скалы же открыты сверху, возможно постоянные дожди и снег, возможно из-за разницы температур и других природных явлений скалистая поверхность за сотни лет и приобрела такой гладкий вид. Странно конечно, но всему должно быть объяснение».

Неожиданно Клеон остановился.

Неясные ощущения опасности пробились в разумную часть мозга.