Можно попробовать и в доме отсидеться… Но местные лазать умеют, как оказалось. И уж точно догадаются полезть в разные окна, а там нас зажмут и выпотрошат подчистую.

На улице, тем временем, все продолжался болезненный визг. Я рискнул выглянуть, оценить обстановку.

Подожженная мною хреновина задорно так носилась кругами под нашими окнами. Горела, воняла, но упорно ж под окном держалась, не уходя никуда. «Строителям» вообще плевать было, они внимания не обращали и с очередным фонарем возились, успев до него дотопать.

Так, ладно. Пока выбегать наружу не стоит. Слишком велик шанс лицом к лицу столкнуться с местными жителями, которые сейчас сюда на всех парах бегут.

А вот, кстати, и они. Сперва по поперечной дороге невнятная херобора примчалась, которую я описать могу только как «гнилостно-зеленый краб из кусков людей». Примчалась она, разумеется, боком. И стала наворачивать круги вокруг горящей твари, явно собираясь ею перекусить, но пока не решаясь из-за огня. Или просто смотрела, мне-то откуда знать?

Затем, и пары минут не прошло, еще появились. Все из глубины города. Натурально какие-то хреновины из ночных кошмаров после въедливых ужастиков. Все как бы люди… из человечески запчастей так точно, но все неправильные.

Одно из них, фигура с гребаной костяной пружиной вместо грудной клетки, не стала ждать, пока ужин приготовится. Сразу, с ходу на горящую тварь накинуться попыталось. И, так-то, успешно. Кусман отхватило от той части, на которую топливо не попало.

После этого зашевелились и остальные. Сразу активнее стали. Наверх они не смотрели, о нет — всеми движениями неправильных тел они выказывали внимание к подожженной твари. Поближе, вон, подобрались…

— Как там? — негромко спросил я у Альфы.

Твари шумели громко, но моя девочка услышала:

— Пока никого и ничего.

Отлично. Вполне можно отстреляться, раз уж местные жители так опрометчиво столпились прямо под нашим окном, предвкушая, как будут каннибалить одно из своих…

Щелкнул зажигалкой. Почти поднес уже огонек к пропитанному топливом фитилю Молотова.

А там то вытянутое нечто появилось. Неторопливо, совсем не так, как обычно по улице носилось. Ярко-красная плоть поблескивала влагой, на месте лица, как и всегда, широкая улыбка из сплошных зубов.

И снова… Словно встретились взглядами.

Тут уж вместо инстинкта «бежать» врубился инстинкт «сражаться». Всеми методами. Лишь бы выжить.

Вспыхнул фитиль. Резкий бросок — бутылка умчалась в самую гущу тварей, аккурат на землю. Разбилась. Липкое пламя окутало всех, кто рядом был. Следом пошла вторая, чуть в сторону, чтобы и других задело. А затем моя рука поскреблась по пустому месту.

Все, кончился заготовленный боекомплект! Остальное мы упаковали! Ну да ничего, у меня еще и арбалет есть!

Пока внизу творился настоящий пиздец, полный воплей, визгов, чавканья, да еще и вонючий до ужаса, я этот самый арбалет взводил. Нельзя его постоянно напряженным держать, все такое. Как взвел — выглянул снова.

Натуральная… Ну, не мясорубка. Просто хаотичная, огненная драка. Они горели, но еще и умудрялись друг с другом сражаться, заживо рвать! Но скотины они какие-то очень уж живучие, потому что никто еще не валялся без движений, все носились и били чего под руку попадется.

Важный момент — меньше их не становилось, но и больше тоже.

Участия в драке не принимало… Ну да, только то неправильное вытянутое существо. Ходило-бродило себе спокойно, будто бы разглядывало происходящее. Головы не поднимало — и ладно. А еще рядом с ним, абсолютно не обращая внимания, «строители» готовились очередной фонарь зажигать.

Вот по ним и пальнул. В надежде спровоцировать. И даже попал, точно в макушку того, что наверх лез. Снаряд будто бы застрял, но видимого ущерба ровным счетом никакого. Да, «строитель» покачнулся, ухватился за столб, чтобы устоять, ну да и все. Открыл фонарь, стал возиться внутри. Гаденыш.

Но это ладно. Не сработало, пусть, не особо-то важно.

Важно то, что выстрел мой заметила эта херовина. Ну да, все та же, цвета свежего красного мясца, у которой вытянуто по вертикали все, что можно и нельзя, да еще и неравномерно. Ну, шустрая и без глаз, только с пастью. Вот оно, да, долбившее мне по зловещей долине словно отбойный молоток в пять утра.

Вот оно снаряд увидело. Сперва на «строителей» глянуло. Затем неторопливо так голову повернуло в нашу сторону, в наше окно.

Я-то успел вглубь комнаты отскочить, сразу после выстрела. Только волне животного страха это не помешало вот совсем.

Оно поглядело показавшееся вечностью мгновение, за которое у меня на всем лице холодный пот выступил, затем перевело взгляд на носившихся тварей, схватило первое попавшееся, чего-то размером с ребенка… И с легкостью это напополам перекусило. И принялось жевать неторопливо, держа в руках часть тушки с обмякшими конечностями.

Примерно с такой же меланхоличностью какой-нибудь уставший заводской работник жует свой тормозок, уставившись в стену и медленно двигая челюстями. Один в один.

— Уходим, — приказал я. — Давай в обеденную.

Мы торопливо спустились на первый этаж. На пути никого не встретили — вот и чудненько. Дальше обеденная, кухня, выход в тесный переулок меж бетонных стен. И, раз уж все окрестные твари дружно отвлеклись на веселый, горячий каннибализм…

— Бежим так быстро, как только можем. Вглубь города. Я надеюсь проскочить, раз такой момент выдался. Может, сразу до цели доберемся.

— Как скажешь, — кивнула Альфа, перекидывая топор поудобнее. — Постараюсь слушать на ходу, но ничего не обещаю.

— Главное — не споткнись.

Выглянул из-за края здания. Монстры все еще заняты чадом кутежа и весело горят. Солнце уже совсем низко, повис сумрак, так что видно их было чудесно, а вот мы более-менее прикрыты. Визуально. Хрен его знает, чем там они окружающий мир чувствуют.

Ладно. Раз нас выгнали, раз отвлеклись, раз есть возможность. Надо действовать.

— Двинули.

И мы двинули. С места в карьер, и я ведущий — не давая волчице бежать с ее максимальной скоростью. Но я хорошенько поднажал, а тут и местность удобная. Дорога ровная, это не лес и гребаные кусты.

Дорогу пересечь вышло легко и без проблем. Занятые друг другом и огнем твари нас не заметили — да и «строители» не успели еще здесь фонарей зажечь, так что мы были просто мелькнувшими в сумерках тенями.

Дальше явно будет посложнее — там, где свет уже есть. Справимся.

На другой стороне дороги удобного переулка не было, тут здания опять вплотную примыкали. Так что по стеночке, подальше от местных и к следующей дороге, ведущей вглубь леса. Быстро-быстро. Там вновь повернули — и вперед, раздвигать туман.

Туман послушно рассеивался впереди, не сгущаясь позади. Ну, это пока видно его было. Сумерки-то быстро темнели, тут освещения нет, и стабильно болтавшаяся в трех квартала впереди пелена растворялась в темноте.

Путь я мерил теми же кварталами. Один миновал, другой, четыре и пять. С каждым последующим, здания выглядели все лучше и лучше, насколько разглядеть получалось, порой прибавляли в высоте. Уже и верхние этажи больше не зияли темными провалами оконных рам. Теперь там были темные, собственно, окна. Красивости всякие появлялись на стенах, рюшечки. Даже вывески, разбирать которые не было времени…

Пока из сокрытого поздним вечером тумана не вынырнул он. Красный крест. Он светился, вертелся вокруг своей оси, на высоте этажа дак четвертого-пятого.

Ну, моя собственная логика подсказывала, что «ни живое, ни мертвое создание», способное вылечить Эльзу, должно сидеть где-то там. Медицинское ж учреждение… Наверно.

Я вскинул руку, затормозил у стены очередного здания. Сзади остановилась волчица, фыркнула едва слышно и втянула в себя воздух.

--- Что-нибудь в округе? --- спросил я негромко.

--- Никого. Все они там, --- ответила Альфа.

--- Хорошо.

Я обернулся и потрепал ее по голове. С одной стороны, чтобы похвалить, с другой же… Немного паранойи. А вдруг это красная тварь ее по пути сумела схватить и теперь голос имитировала, а?! Стоило перестраховаться и посмотреть.