Я уже решаю, что это просто мясной мешок, не способный оказать серьезного сопротивления, но как только столбец жизней оппонента падает до 75%, ситуация резво меняется.
Во-первых, он перестает стоять на месте, и начинает, постепенно ускоряясь, приближаться к нам.
Во-вторых, из ран в его теле поднимается дымчатая взвесь, подозрительно похожая на ту самую паразитическую водоросль. И количество ее все увеличивается.
В-третьих, скорострельность его орудия увеличивается, превращаясь практически в пулемёт.
В-четвертых, эта падла начинает регенерировать, восстанавливая по полсотни хитов в тридцать секунд.
Пулемет, наконец, оказывается в руках, и я выдаю длинную очередь, благо, тварь подошла достаточно близко, чтобы видеть его и из комнаты. Брызги его псевдокрови заляпывают все вокруг, лента на триста – это вам не десяток одиночных попаданий из гаусс-пистолета. Наш робот добавляет к этому фейерверку еще и свои два автомата, расстреливая в противника увеличенные до пятидесяти патронов магазины.
Кто другой под таким градом свинца уже бы извинился и отправился на респ, но не Кэнон – понимаю, почему он так бесил Шамаила, живучая тварь. Здоровье опускается едва до половины, и противник внезапно ускоряется, нанося мне мощнейший удар правой рукой, ставшей похожей на кувалду, только увеличенную в десяток раз. И еще один, и еще один. Третий удар я перехватываю двумя руками, и начинаю пытаться его заломать. Дохлый номер. Он сильнее, то бишь в характеристике сила у него явно больше девяти. Охренеть! Я тоже так хочу, и желательно прямо сейчас: у меня уже половина хитов ушла, а этот долбаный куст все шевелится. Приложить бы его чем тяжеленьким… Жаль, но АМ1 мне сейчас ничем не поможет, я просто не нанесу урона. Хм…
Кстати. А вот в левой руке остались интегрированный импульсный пистолет. Он ПОЧТИ не наносит урона его плоти. Но броне-то должен, ей не с чего рассеивать энергетические попадания. Может, в условиях стандартных так и не выйдет, но ведь мы уже выяснили, что аномальные правила генерируются вокруг вещей Рокатански и их носителей. Я тут недолго, но может и сработать.
Разряжаю пистолет, целясь цепочкой импульсов в бронированную часть его руки-пушки. Пятьдесят импульсов. Половиной просто промазал, уж очень неудобная позиция для боя, еще часть рассеялась без вреда – те, что попали в кожу-кору, просто растворились в ней. А вот то, что попало в металл, испарило его к чертям, как и должно быть со старенькой броней против сверхсовременного пистолета. Уровень его здоровья прыгнул вниз сразу же на пару сотен пунктов, и я даже успел порадоваться… и тут Кэнон нанес ответный удар, демонстрируя, что не один я такой умный и с встроенным оружием. Из его тела ударило сразу пяток мощных растительных жгутов, два из которых принялись отрывать мое оружие, еще два – пробили бронескафандр и пригвоздили меня к полу. Ощущение было, что внутри щупалец кислота, и она сейчас начала разъедать мое тело. Последнее не смогло пробить мою броню и теперь принялось шарить по ее поверхности, отыскивая слабое место.
Столбик моих жизней убывал ещё быстрее, чем у противника: еще пара минут и бой для меня закончится. Основной сложностью было количество навешанных дебаффов. Они снизили мне здоровье на сорок процентов, силу на две единицы. А вливаемая кислота разрушала мое тело внутри брони, не давая восстановится. Стимпак, стимпак, стимпак, стимпак, стимпак. Всё… никогда не таскал их с собой много. Восстановлено четыреста пятьдесят хитов. Вот только они моментом поползли вниз, агрессивные щупальца продолжают торчать во мне, из-за них никак не могу никак избавиться от противника, он держит меня мертвой хваткой. Похоже, что придется рискнуть. Я, конечно, заражусь, но будет два часа на решение этой проблемы. А так я сейчас просто погибну.
Делаю глубокий вдох и убираю доспех в инвентарь, моментально проваливаясь вниз. За счет этого маневра массивный кулак противника врезается в пол над моей головой. А я уже вооружен Мстителем, и он обрубает пригвождающие меня щупальца одним легким движением. Перекатываюсь по полу, разрывая дистанцию.
У меня остается меньше двухсот хитов, у противника четыреста. Никаких решений. Кроме последнего аргумента. Двадцать выстрелов, говорите? Ну, значит осталось девятнадцать. Отпускаю рукоять топора, и материализую в руках дробовик Рокатански. Легендарное оружие, способное убить кого угодно, игнорируя любые защиты, и навсегда – если находится в руках Воина Дороги, то есть моих. Мне не хотелось применять этот аргумент, но других выходов больше не осталось. Навожу ствол на Кэнона, и палец уже потянулся нажать на спуск, когда внезапно со всех сторон зазвучал голос:
ОСТАНОВИТЕСЬ! ВОИН ДОРОГ, Я ПРИЗНАЮ ПОРАЖЕНИЕ, ОСТАНОВИ БОЙ!!! ТЫ ДЕРЕШСЯ НЕ ЗА ТУ СТОРОНУ!!! ПРОШУ, НЕ СТРЕЛЯЙ!
Охренеть. Голос звучал из… цветов? Из недобитого противника. Из мха.
– Есть только одна проблема, – палец от спускового крючка я всё-таки убираю, раз уж мы перешли к переговорам, да и Кэнон замер, не пытаясь атаковать. Но недалеко. – В данную секунду я умираю от ран, нанесенных твоим солдатом, Иган. И не вижу причин, почему бы мне не прикончить его. Времени на решение – меньше десяти секунд.
Я ГОТОВ ИЗЛЕЧИТЬ ТЕБЯ, ЕСЛИ ТЫ ДАШЬ МНЕ СВОЕ СЛОВО НЕ ПРОДОЛЖАТЬ БОЙ, ПОКА НЕ ВЫСЛУШАЕШЬ!
– Я даю тебе свое слово. Если обманешь – я вернусь. И выжгу здесь все. Начиная с леса. Клянусь системой.
В ту же секунду из окружающих нас растений посыпалась странная пыльца. Щупальца Кэнона мгновенно съёжились, перестав выделять кислоту, и опали на пол, распадаясь на частицы и втягиваясь в мох. Края моих ран запульсировали приятным теплом, стягиваясь, а столбик здоровья пошел вверх. Так же исчезли и все эффекты дебаффов, включая перебор с применением ускорения. Черт, я тоже хочу такую дурь… Кстати, исчезли и иконки дебаффов и отравления со штурмовиков, хотя их здоровье и осталось на прежнем уровне. Меня тоже вылечило отнюдь не полностью, здоровье остановилось на уровне примерно половины, но этого было более чем достаточно. Регенерация и так дотянет его вверх.
Кэнон, иконка которого из красной внезапно стала для меня серой – молча развернулся и побрел по коридору, призывно махнув нам конечностью с кулаком. Переглянувшись и пожав плечами, мы последовали за ним. Я сейчас был АБСОЛЮТНО уверен, что впереди – не ловушка. Потому что пока я не выслушаю Игана, а только он и мог быть источником такого вот чудовищного перерождения всего вокруг, ничего опасного с нами не случится. Слово Воина стоило здесь тысяч банковских гарантий.
Собственно, идти нам далеко и не нужно было. Метров через пятьдесят обнаружилась еще одна комната, из которой тянулись наиболее толстые жгуты растительных волокон. Кадавр в броне молча показал нам на дверь и, не оборачиваясь, пошел в обратную сторону. Просто перетекая внутри брони лицом в обратную сторону.
Ну, раз приглашают, да еще и столь гостеприимно, надо зайти. Внутренняя обстановка комнаты напоминала сад, в центре стояла беседка, с двумя лавками и столом – все, понятное дело, выращенные из местных растений. За столом нас уже ждал … ну, наверное, человек. Ног у него я не увидел, он вырастал прямо из пола, туловище человека начиналось на уровне плеч. Сильно подозреваю, что такой вид он принял только чтобы пообщаться, маловероятно, что повелитель растений антропоморфен. Над его головой светилось имя – Иган, фитоморф. Уровень 300. Босс локации.
– Добрый день, господа. Я очень давно не общался с людьми, поэтому прошу простить, но никаких напитков и еды предложить не могу, а все, что есть у меня, для вас сверхтоксично. Либо смертельно, – по лицу пробежала какая-то гримаса, и я не сразу понял, что это была попытка улыбнуться. – Меня зовут Иган Спеджер, и я был когда-то главой этой лаборатории. Не всего комплекса, а именно этой, разрабатывающей нейросвязи между человеческим мозгом и растениями. Но мое имя вы знаете, так что предполагаю, что вас прислал мой несостоявшийся деловой партнер, Самуил Израилевич? И прислал он вас, используя сказку о злобных лесных мутантных растениях, поглощающих людей и не позволяющих жителям города собирать съестные припасы?
