И насвистывая под нос, капитан неспешным шагом двинулся прочь с полигона.

– ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ТРЕВОГА!

Громкий набат системы оповещения вырвал меня из сна. За стенкой слышались маты парней. Кто-то из них от неожиданности упал с кровати. Кто-то дернулся в сторону выхода и напоролся на койку соседа. Я же, чертыхаясь, выскочил за дверь, чтобы прекратить этот бедлам.

– СМИРНО! – крикнул я во всю мощь своих легких, чтобы перекричать систему оповещения.

Парни тут же прекратили метаться и застыли как суслики, повернувшись ко мне.

– Выходим по одному. В шкафчиках одеваем полевую форму, не забываем рюкзаки и выходим строиться в общий коридор. На выполнение – две минуты, время пошло!

В отличие от парней я знал в чем дело. Пару дней назад Павлинов «обрадовал» нас, атаманов, что ожидаются ночные тревоги. Естественно точное время нам никто не сообщал – элемент обучения. Норматив на сборы – пять минут. Через это время ватага должна стоять перед кубиком на плацу в полевой форме с рюкзаками, укомплектованными согласно инструкции.

В указанное мной время парни не уложились. Зато на плац мы выбежали одними из первых, одновременно с ватагой Миши. Остальные три ватаги опоздали почти на минуту. Капитан уже ждал нас, лениво перекатываясь с пятки на носок и демонстративно посматривая на секундомер в своей ладони.

– Семь минут, тридцать шесть секунд, – подвел он итог, когда последний боец из ватаги Каменева занял свое место, и пять выстроенных в два ряда команд замерли перед офицером. – Плохо. Не уложились. Значит, будем бегать. Травин, Каменев – вам и вашим ватагам отбой. Остальные за мной.

– Но господин капитан, – не выдержал кто-то из ватаги Миши, и обиженным голосом возмутился. – Мы ведь успели, а ватага Каменева – последними пришла!

– А-тставить разговорчики в строю! – нахмурился Павлинов. – Мезенцев! Завтра вечером устрою твоим бойцам проверку на знание субординации. Понял?

– Так точно! – гаркнул Миша.

– Тогда чего ждем?

Я тут же скомандовал своим бегом по одному отправиться в кубик. Судя по всему, пятая ватага Каменева тоже проходила задание, как я с Горюновым, и победила соперников. Что придумали для оставшейся без «пары» ватаге не знаю, но сомневаюсь, что и у них не было шанса добыть себе возможность «отмазаться» от маршброска.

Уже укладываясь в кровать, подумал, что не повезло Мише на говорливого подчиненного. О том, что он Мезенцев, парень рассказал в первый же день нашего знакомства. Тогда же и сказал, что получил задание от деда сблизиться со мной. Такая откровенность мне понравилась в парне и от дальнейшего общения с ним я отказываться не стал. Да и умный он. Ведь правда бы о реальных целях его интереса ко мне все равно бы всплыла. И могла серьезно ударить по нашим отношениям, если бы мы к тому моменту уже стали друзьями. А так он заранее «купировал» эту угрозу. Ну ничего, уверен, к вечеру его ватажники субординацию Школы будут знать на отлично.

Утром Горюнов, Рыльский и Мезенцев за завтраком откровенно клевали носом. Потом Миша встряхнулся и решил прогнать сон разговором.

– Слушайте, а как вы смогли полосу препятствий пройти на «отлично»? Это же нереально сделать с первого раза!

– Мы не проходили, – буркнул Рыльский.

– Ага, – с довольным видом закинул ложку каши в рот Каменев. – Я отмутузил Валерку, забрал артефакт и получил право на день без маршбросков.

– У вас личное сражение было? – тут же с интересом спросил Игорь, недобро покосившись в мою сторону.

– Не, – мотнул головой Егор Каменев. – Задание для ватаг: войти в дом, найти артефакт и доставить его капитану.

– Ты поступил бесчестно, – буркнул Рыльский.

– Чего это? – удивился Егор.

– В дом не заходил, подсторожил меня на выходе и отобрал артефакт. А всю работу сделал я!

– Это называется стратегия! – вскинул палец Каменев. – Зачем ходить по дому, подставляя под ловушки своих бойцов? Если все равно тебе мимо меня было не пройти.

– Я так понимаю, – посмотрел на меня и Игоря Миша, – у вас было нечто похожее? И победил Саня?

– Да, – кивнул я.

А то Горюнов решил отмолчаться, с надменным видом уставившись в тарелку, словно его здесь нет.

– Понятно, – вздохнул парень, и на этом разговор затух, и над столом снова наступила тишина, прерываемая стуком ложек.

После завтрака первым занятием была тактика. Наши ватаги снова забрали, но на этот раз не Павлинов, а его коллега штабс-капитан Раевский. Насколько я знаю, кроме физухи бойцов ватаг обучали еще и рукопашному бою, ножевому бою и давали знания о стрелковом оружии. Последнее – пока в теории.

Наша же пятерка сидела в классе и молча ждала разноса. А в том, что он сейчас будет, не сомневался никто. И наши ожидания оправдались.

– Ну что, зачатки офицера? Чего такие хмурые? – с притворной бодростью начал Вадим Семенович. – Чувствуете, что провинились? Пра-авильно. Это ж надо, так феерически позорно выполнить простейшие задания! Начнем с нашего солиста, – посмотрел он на Мишу. – Атаман Мезенцев!

– Я! – тут же подскочил парень, встав из-за парты.

– Вам было дано простейшее задание – пройти со своей ватагой из точки А в точку Б. Да, вы были ограничены временем, но все же. Ничего сложного. Что вам помешало? Почему вы не уложились в норматив?

– Осмелюсь доложить, путь был усеян ловушками и препятствиями. Пара бойцов в результате получили переломы, из-за чего их пришлось нести на руках, что и привело к задержке.

– Ага. А еще их пришлось лечить дорогими медикаментами и артефактами, чтобы они уже к ночи смогли встать в строй, – кивнул Павлинов. – И задание не выполнили, и убытки школе принесли. Ты мне лучше вот что скажи – почему не проверил маршрут? Не провел разведку? Что тебе мешало выслать вперед наиболее подготовленного бойца, который бы предупредил товарищей о ловушках?

– Виноват, не догадался, – смутился Миша.

– А должен был! В бою ты тоже буром вперед попрешь? Так и положишь всю ватагу, до врага не добравшись. Садись, атаман. Идем дальше.

Капитан перевел свой взгляд на Каменева с Рыльским.

– Боевые петухи! – изрек он. – Вот вы кто. По-другому охарактеризовать ваш «бой» я не могу. Да и до того, Каменев!

– Я!

– Почему проигнорировал задание? Ну-ка, повтори его.

– Зайти в дом, найти артефакт, принести его вам.

– Так почему твоя ватага осталась снаружи? Игнорирование прямого приказа?

– Господин капитан, разрешите объяснить.

– Ну попробуй, – хмыкнул Павлинов.

– При получении задания, мне было известно о втором исполнителе. А также о конечной точке, куда должен был быть доставлен объект поиска. Чтобы минимизировать риск для ватаги, я принял решение перехватить объект на конечном отрезке маршрута. Так я сохранил силы своих бойцов, и не дал противнику достичь собственной цели.

– Шпаришь почти как по писаному, – усмехнулся куратор. – Только туфта это все. А если бы твой противник подсунул тебе обманку? Или разделил свои силы. Пока одна часть задержала твоих бойцов, вторая унесла добычу, и все. В конце концов, на месте хранения объекта могли быть иные интересные для руководства вещи. Или люди. В жизни разное случается. Вот нашел твой противник, о котором тебе известно, объект, а тот с секретом! Открыть можно только зная код. И код тот знал человек, который хранил объект. Противник этот код узнал, хранителя уничтожил, а потом ты объект у него перехватил, да толку то? Код-то ты не знаешь! И я могу привести множество самых разных причин, почему ты обязан был лично со своей ватагой войти внутрь, как и было приказано, а не ждать трусливо в сторонке.

Рыжий Егор покраснел от стыда и уставился в пол. Кулаки парень сжал от злости, но перечить капитану не стал.

– Теперь с тобой, – повернулся Павлинов к Рыльскому. – Почему не догадался разделить свои силы? Вооружиться, в конце концов? Я уж не говорю про то, сколько глупостей совершили твои бойцы в самом доме. Разведка где? На обратном пути – про боевое охранение забыл. Да просто мог своих бойцов врассыпную пустить! Откуда бы Каменев тогда узнал, какой боец бежит с артефактом? Его размеры вполне позволяли спрятать его в карман. Позор! Никакой даже самой примитивной тактики.