– Снова грустишь? – нежно поинтересовалась она.

– Без тебя как-то не хочется веселиться, ты же моё солнце сегодняшнего вечера, – хитро промурлыкал Рома не без удовольствия отмечая, как покрываются румянцем щеки девушки.

Лика, приняв своё поражение, переключила внимание на оставшегося в одиночестве Кирилла, который час назад разругался с Настей, и ему было не по себе. Настя же только что уехала с Андреем, демонстрируя свой буйный норов.

– Хватит в моей жизни страдания, больше не хочу, а мечтаю побыть один, – жаловался он Петру и Фёдору, пока мужчины медленно потягивали пиво за столиком.

Лика мешала Кириллу погрузиться в себя, но парень надел маску дружелюбия, чтобы доиграть жизненный спектакль под названием «Я спокоен» до конца.

Александр же воспользовался моментом сбора, занял место возле Кати.

«Мне нравится твоё упорство и уверенность в себе», – подумала она.

Музыка заполнила помещение и Александр, пронзая Катю взглядом, магнетизируя и не позволяя потерять визуального контакта с ним, начал отходить от круга танцующих друзей вглубь, куда-то, где никого не было, где ещё веяло холодом от только что закрытых дверей; туда, где они могли быть одни. Он манил её следовать за ним. Девушка подчинилась. И вот взаимная мечта сбылась – они снова вдвоём и никто не мешает.

Парень и девушка неотрывно наблюдали друг за другом, и танцевали то, что чувствовали. Мир вокруг растворился в ритмичной музыке, друзья исчезли.

Она была счастлива, просто от того, что смотрела в его задорные глаза и танцевала. А он терял ощущения реальности, возле такой соблазнительной девушки.

Нос приятно щекотал запах керосина, и девушка даже представить себе не могла, что будет с таким наслаждением вдыхать этот аромат.

В момент достигнутого понимания, ей захотелось слегка подшутить и, оказавшись возле него так близко, чтобы он мог расслышать её слова, с улыбкой произнесла:

– Ммм, какой у тебя французский одеколон.

Он, блеснув лукавым взглядом и спрятав улыбку, быстро ответил:

– А это не от меня! – а потом, подумал, что девушку может раздражать запах, приблизился и спросил. – Ничего, что керосином пахнет?

Катя засмеялась:

– Нет! А что?

– Ну, может, тебе неприятно. Бывает же, что люди брезгуют.

– Нормально. Я почти не замечаю.

Он кивнул. Они оба отдались музыке, танцам, взаимопониманию на уровне интуиции и взглядам, уносясь в ритмах быстрых и волшебных мелодий. Никогда Катя не танцевала так, как с ним; не старалась придать движениям незначительный оттенок эротизма при довольно ритмичных движениях, отвечая на его движения. Она впервые танцевала в паре и чувствовала его, как себя, раскрывалась навстречу всем движениям и подхватывала его новые идеи. Девушка себя такой не знала.

Музыка изменилась, когда Александр вдруг подошёл настолько близко, насколько это было возможным. В глазах Кати потемнело от охватившего тело горячего потока, и она перестала видеть, а только ощущала лёгкий керосиновый аромат, смешанный с ароматом его кожи; чувствовала, как он проводит свои губы возле её губ: как будто хочет поцеловать, но не решается. По венам забурлила кровь, будя спящие желания, а на губах от его нерешительности оставалась теплота дыхания. Медленно и мучительно его губы проходят возле Катиных, едва касаясь, поднимаются к щеке и также едва касаются её, но жар, исходящий от его губ и от него оставляют на её коже чувственный танец.

На миг исчезло последнее, что могли они видеть вокруг, им не принадлежало ничего и в то же время они управляли целым миром. Его щека прикоснулась к её щеке, пронзая значимостью момента, его рука едва гладила её шелковистые и ароматные волосы. Девушка, опасаясь потерять равновесие и желая удержать необыкновенный момент, подняла руку и удержала его за пояс. Между ними не было объятий – только чувственная страстность.

Катя поймала себя на мысли, что хочет попробовать вкус его губ, прильнуть и раствориться в нём и в моменте. Но он отошёл, пытаясь танцевать, как и прежде, на расстоянии. Пока она опьянённая наблюдала за ним. Но не было больше желания завораживать друг друга фантазией и заряжаться энергией на расстоянии. Голова кружилась, темнота в глазах не рассеивалась. Одурманенная им, девушка хотела вновь почувствовать его тепло возле себя. Хотела в нём утонуть. Она смотрела на него сквозь пелену тумана и его взгляд был также затуманен, едва уловимый под светом софита, а лёгкие движения вдруг объяла тягучесть желания и страсти.

Они переменились: её тянуло снова оказаться возле него так сильно, что девушка едва справлялась с собой. Теперь танцевать на расстоянии друг от друга было мучительно и больно.

Александр не хотел сдерживать порыва, и всего через несколько секунд разлуки, он снова оказался возле загадочной девушки-магнита. Пара продолжила исследовать то, какие чувства они друг в друге пробуждали.

Его губы снова были близко, опаляли жаром, но не целовали. Щёки соприкасались, создавая ощущение сладкой истомы, пронзая тонкими иголочками тело. Девушка забыла, как дышать, а парень потерял чувство реальности, едва сдерживая страстные порывы прижимать её и исследовать губами.

Мир вокруг растворился и замер в немом познании друг друга, словно два мира встретились, чтобы создать один на двоих.

Едва проведя щекой по её щеке, он хрипло прошептал ей на ухо:

– Слышишь, как медленно играет музыка? Сейчас этот кусочек прервётся, и я отойду.

Девушка только и смогла кивнуть, надеясь, что он быстро вернётся.

Он медленно отстранился от Кати, зазвучало что-то ритмично-быстрое. Его глаза заволокло туманом желания.

«Как ты вообще умудрился услышать музыку? Потому как я потеряла связь с реальностью настолько, что в моём мире пропали даже звуки. Значит, ты контролируешь себя лучше, чем я», – невольно подумалось ей, но не успела она рассмотреть пришедшую в голову отрезвляющую мысль, как он снова подошёл ближе к ней. Теперь пара выбирала только те движения, где можно было касаться друг друга.

Впервые, девушка делала то что хотела и как она выглядит со стороны – ей было наплевать.

Утонула в нём.

Утонул в ней.

Два тела пронзённые жаром едва сдерживались, касаясь и опаляя друг друга.

И вдруг зал захватила тишина.

Алекс и Катя отстранились, но продолжали растерянно смотреть в глаза друг другу. Оба не знали, что дальше говорить. А хитрый DJ Славик, не без «злого» умысла, с желанием помочь, объявил:

– Последний танец, – и включил медленную мелодию.

Но молодые люди продолжали растерянно смотреть друг на друга. И хотя на расстоянии друг от друга находиться было больно, без таких одурманивающих прикосновений, пронзающие тело каждого током желания и страсти.

Девушке стало неловко в плену его взгляда, и она дала себе несколько секунд, чтобы стряхнуть головокружительное оцепенение и посмотрела в сторону зала, где, как она помнила, были друзья.

К романтичной паре уверенными шагами, но не слишком быстрыми, приближался покачивающийся от выпитого спиртного Петя. На секунду Катя испугалась:

«Драгоценное время уходит безвозвратно и я вот-вот оказалась лицом к лицу с реальностью. А мне безумно хочется обратно, в ту нереальность, в его объятия, из которых я только что вынырнула», – мелькали непокорные мысли в её голове.

Девушка посмотрела на Алекса и снова уловила его нерешительность. Он медленно протянул руку и негромко произнёс:

– Ну, может, мы дотанцуем?

Свою радость и облегчение Катя не скрыла. Она сча́стливо заулыбалась и вложила свою руку в его широкую горячую ладонь. Никогда раньше девушка так не радовалась простому приглашению потанцевать.

Александр будто приобрёл почву под ногами, получив её молчаливое согласие на львиную долю того, что придёт в его безумную голову.

В ту же секунду он притянул её в свои объятия и властно и, на сей раз, уверенно откружил подальше от всех, к более просторной площадке, где кроме них двоих больше никого не будет.