– «А кто говорил, что мы понятные? Вот и я считаю – странно».

И Александр, чтобы поддержать общение, как в камин дров подкинул тему:

– «Что готовишь?»

Катя в статусе поставила «поварской» значок, но забыла об этом, и удивилась прозорливости парня.

– «Макароны с подливкой. По крайней мере, начинала готовить их – сейчас может уже что другое. Не знаю, нужно сходить, посмотреть», – с улыбкой ответила она.

– «Приколистка! Я так однажды суп картофельный варил. В интернете пока торчал, получилось, что картошку с мясом стушил», – широко заулыбавшись и устроившись в мягком кресле поудобнее, ответил он.

Катя громко расхохоталась. Из соседней комнаты раздался обеспокоенный голос Ксанки:

– Ты чего там?

– Да, так! Потом расскажу.

– «И как? Вкусно хоть было?» – широко улыбаясь, поинтересовалась она.

– «А то!» – самоуверенно прислал он ответ.

– «Верю. Представляешь, всего пять минут назад, у меня настроение было, ну прям как у тебя – хохочущий смайлик вниз головой. А теперь улыбка до ушей!», – Катя ерзала на мягком пледе и не могла сдержать радости от веселого общения.

– «А у меня и не было плохого настроения – это так, для отвода глаз. Учиться неохота. А настроение у меня хорошее», – поменяв позу в уютном кресле, написал Александр, тяжело вздохнув.

Эмоции девушку переполняли, и ей казалось, что на той стороне было тоже весело. Она подскочила на диванчике, и, перепрыгивая через подушки, бегала по нему то в одну, то в другую сторону. Спрыгивала на пол и снова запрыгнула на диван. Девушке хотелось смеяться от внутренней радости, и стало жарко. Останавливалась Катя, чтобы написать ответ и принималась дальше прыгать. Ксанка прибежала на шум:

– Ты чего тут? – удивилась она, заметила, что Катя радуется, заулыбалась и, махнула рукой. – А, понятно, балуешься от радости,– ушла опять щёлкать пальцами по клавиатуре.

– «Ага, значит, схема простая. Педагоги заходят вечером в интернет, осматривают студентов, сидящих онлайн, и у кого смайлики грустные – они на занятиях не спрашивают, потому что они точно что-то учили. Так? Это настроение – странная штука. То оно есть, то его нет, а потом снова есть!»

Девушке хотелось шутить и получать от него ответы, радоваться вниманию, которое он ей уделил.

– «Тебя после каждой встречи всё больше узнаёшь. Ты прикольная», – задумчиво напечатал Александр, продолжая смотреть в светлый экран монитора, тем временем, как во всей его квартире царил полумрак.

– «А я тебя тоже немного другим представляла».

– «Разочаровалась?» – прищурив зелёные глаза и в ожидании посмотрел на отображающийся карандаш, символ того, что она набирала сообщение.

– «Нет! Как ты мог так подумать? Стоп! А почему мне кажется, будто ты сейчас сидишь там и хитро улыбаешься?», – она замерла в ожидании на середине комнаты.

– «Ты что! Нет, конечно. Я очень серьёзен. Кстати, у тебя там не подгорает?», – самодовольно заулыбался он, продолжая расслабляться в большом кресле, получая удовольствие от общения.

Катя посмотрела на плиту, опомнилась, подскочила, выключила ароматный подлив, закинула макароны в бурлящую воду, посолила и тут же написала:

– «Сгорели уже. А чего это ты за мои макароны беспокоишься?» – тут же отшутилась она.

– «А это секрет. Как повар повару говорю – макароны не проворонь, а то невкусно будет».

Катя засмеялась в голос и первую же пришедшую мысль отправила ему:

– «Как повар – повару отвечаю: макароны не просорочила, т. е. не проворонила – вытянула их из воды, откачала и спасла».

Александра захохотал, прочитав ее ответ, впервые за этот долгий день.

– «Тебе в камеди-club надо».

– «Если бы я всегда такая весёлая была – я бы задумалась о таком варианте. А я же не всегда такая», – задумчиво села она обратно на мягкий плед.

И в повисшей паузе между ними она занервничала, решила:

«Пришло время раскланяться, и уйти, пока это может получиться красиво».

– «Кстати, спасибо тебе… Хм, не буду говорить за что!» – написала она, а про себя подумала:

«И всё-таки и в интернете может быть интересное общение, если оба включены в беседу», – и девушка вышла в скрытый статус.

Его ответ не заставил себя долго ждать:

– «Ты про что?»

Отвечать девушка не стала, лишь подумала:

«Попался, – и вышла из интернета. – Оставаться для тебя понятной не хочется. Я так себя чувствую, будто тебе это должно понравиться», – думала она и улыбалась.

– И учиться теперь не получается. Слишком много эмоций, – смеялась Катя, чувствуя душевный подъём. – Влюблённость так окрыляет, – радостно выдыхала она.

А потом включила музыку и принялась кружиться по комнате под звуки R&B мелодий. Ксана заглянула на кухню, прислонилась к косяку и засмеялась:

– Мне нравится тебя такой видеть.

Глава 8. Сегодня в клубе

Катя

Свет прожекторов ослеплял. На плечи давил страх и груз ответственности. Декорации отражали только часть яркого света – остальной растворялся предательским блеском на лицах актёров.

– Не мажьте много вазелина на лицо, иначе будете блестеть, – предупреждала молодая жена Ибрагима Михайловича.

И актёры не мазали, но пот ручьями стекал по лицу.

У каждого была отточенная на репетициях роль, а героиня Кати выбивала девушку из привычных сжатых рамок: распущенная, навязчивая и стервозная. Кате было неловко играть этого персонажа. Но режиссёр, не без злого умысла, заставил принять то, что она считала недопустимым, тем самым расширив границы ви́дения мира. Катя недолго сопротивлялась и согласилась играть этого персонажа.

И вот сегодня состоялась премьера.

Спектакль о спящей царевне на новый лад длился более часа. Катя стояла на сцене под жарким светом прожекторов, среди сценического запаха декораций, разгорячённых тел и не видела зрителей. Сказка с непредсказуемым, но счастливым финалом произвела фурор.

Ксана, лучшая подруга, написала сообщение, сразу после того, как разошлись зрители:

– «Я и не знала, что ты умеешь так глазками стрелять. Все парни были твоими», – Катю её похвала согрела, и хотя из зала она периодически ловила взгляды нерешительных парней – комплимент самых дорогих людей был важной оценкой.

– Вау! Екатерина, вы непревзойденны! – произнесла Анна Станиславовна, режиссер соседнего театра, и обняла девушку.

– Я смотрю на Даньку, а он от Катьки глаз отвести не может. Говорит: «Катька такая классная», – смеясь, поделилась Мария Николаевна, хореограф университета.

– Екатерина, вы так сексуально падали в обморок, – сообщила улыбчивая мимо проходящая неизвестная девушка, а Катя поддержала комплимент довольным смехом.

На спектакль пришёл Илья с двоюродным братом, верным попутчиком во время «отношений без любви». Кате было грустно увидеть Илью. Он не отходил от неё до последнего зрителя, оберегал от чужого внимания. Спрашивал, о делах и всячески пытался подобрать тему, чтобы побыть рядом с девушкой подольше. Катя смотрела на него и испытывала неприятный холодок совести и тоски.

Среди зрителей Катя так и не увидела Александра.

Через несколько минут все артисты, и герои собрались в гримёрке, и планировали отметить успешную премьеру спектакля.

Ибрагим Михайлович был доволен игрой актёров. Миниатюрная и тонкая супруга режиссёра не уставала одаривать всех комплиментами и отмечать сильные стороны каждого. При этом она покачивала на руках двухлетнего сына и успокаивала, чтобы мальчику было комфортно среди незнакомых ему людей.

Вокруг царила атмосфера дружелюбия и спокойствия, только Настя шипела на Кирилла в углу и омрачала радостный всплеск эмоций артистов:

– Как ты смеешь! Да, ты в этом спектакле сыграл почти главную роль, а мне ни одной не досталось! Но это не повод задаваться! – шипела покрасневшая от злости девушка.

– Настя, ну, что ты придумываешь! Я не хвастался перед тобой ролью. Тебе в следующий раз, наверное, главная достанется. Что ты начинаешь опять! Давай, просто отметим премьеру и не будем ссориться, – и парень крепко обнял маленькую, но взбешенные девушку. Та вырвалась из его объятий, но к столу подошла с натянутой добродушной улыбкой.