— О будущем. О нашем с вами будущем.

Вакедо недоуменно глянул на Датэ.

— Кичиро, что вы имеете ввиду?

— Господин Вакедо, пока нас никто не видит, давайте будем откровенны друг с другом?

— Давайте, — растерянно ответил тот.

— Я очень долго работаю на вас, работаю на совесть и ко мне не было никогда замечаний.

— Верно, не было, — кивнул Вакедо. — Только я не понимаю к чему вы ведете.

— Я веду к тому, что вы не цените этого. Ваше отношение к работникам, особенно к тем, кто действительно важен для телекомпании, весьма спорно. Вместо того, чтобы поощрять их, вы делаете весьма спорные вещи.

— Это какие же?

— Разве вы не понимаете? — холодно усмехнулся Датэ. — Ну хорошо, я скажу открыто.

Он выждал паузу, а потом произнес:

— Акиро.

— Акиро? А что Акиро? — не понял Вакедо.

— Вы даете ему такой шанс и возможность стать ведущим новой программы. Не слишком ли много чести для него? К тому же он даже не профессиональный журналист, простой осветитель!

— Какой шанс и какая возможность? — удивленно спросил Вакедо.

— Он проходит отбор на роль ведущего в программу…

— Отбор? Боюсь вы немного напутали. Это не лотерея и не проверка, господин Датэ. Акиро не нужно проходить отбор, он уже утвержден на должность ведущего. Вот и все.

Датэ удивленно раскрыл рот.

— Не знаю откуда вы узнали про это, ведь проект пока секретный. Но я приказываю вам не распространяться от этом больше ни с кем.

И не успел Датэ ответить хоть что-то, как дверь лифта открылась и Вакедо вышел, оставляя его наедине с не самыми светлыми мыслями.

* * *

Это день настал. Съемки. Моей. Собственной. Передачи.

Сказать, что я волновался — ничего не сказать. Я понимал, что у меня нет шанса на ошибку, все должно быть идеально, потому что первый выпуск покажут президенту компании. И именно он даст заключение — предоставить передаче зеленый свет и пустить в эфир, или положить на полку и забыть. Ну а мне вновь вернуться к основной работе осветителя и забыть обо всех амбициях. Я хотел, чтобы сыграл все же первый вариант. Потому нервничал, суетился и бегал, как ужаленный.

Хайнако, проходившая мимо, прекрасно считала мои эмоции, остановила меня, сказала успокоиться. Спасибо ей конечно, но это помогло слабо. И только когда сходил в столовую и выпил чая, то немного пришел в себя. До времени съемок оставалось еще пару часов, но музыканты уже все собрались, и собравшись в уголочке студии, тихо репетировали. Было видно, что они уже успели сдружиться и сейчас получали искреннее удовольствие, музицируя. Рядом с ними, на задних лапках танцевал Томагавк — собачка Йоши.

Глядя на них, я окончательно успокоился. Отчего-то пришло осознание, что все будет нормально.

Однако Хайнако, вдруг появившаяся в студии, выбила шаткое равновесие подо мной.

— Акиро! — выдохнула она, округлив глаза.

— Что-то случилось? — насторожено спросил я.

— Случилось, — кивнула та. — Я сценарий не могу нигде найти.

— Положила наверное куда-то, — отмахнулся я.

— Я не кладу такие важные документы «куда-то»! — с обидой в голосе произнесла Хайнако. — Он лежал у меня на полке, а теперь там его нет. А в этом сценарии все диалоги! Мы его писали четыре дня! Каждую фразу оттачивали до идеала.

Хайнако едва не плакала.

— Успокойся, найдем. Наверное, кто-то по ошибке взял. Сейчас узнаем.

Я принялся обходить всех статистов и спрашивать не видели ли они сценарий. Но все отрицательно качали головами. Это был практически провал, потому что документ и в самом деле был важный. Каждая фраза придумана хитро, подводя к гостю, ситуации, началу и окончанию передачи.

С одной стороны, я успел его прочитать несколько раз и многое запомнил, но привык всегда держать под рукой шпаргалку, как талисман.

— Бесполезно, — выдохнула Хайнако, безвольно опустив голову. — Его нигде нет.

— Послушай, у меня такое иногда тоже бывает, — стараясь держать себя в руках и не поддаваться панике, сказал я. — Когда нервы и волнение, то я могу взять какую-нибудь вещь и переложить ее, а сам не заметить этого. Просто на автомате. Хайнако, может быть и ты переложила сценарий на видное место и не помнишь этого?

Девушка посмотрела на меня так, что я понял — она точно этого не делала. Но другой версии пропажи сценария у меня не было.

— Акиро! — раздался голос режиссера из рубки. — У нас полчаса до начала съемок. У тебя всё готово?

— Практически всё, — ответил я, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия.

— Акиро, нужно переносить съемки! — пропищала Хайнако. — Все пропало!

— Нет, — твердо ответил я. — Переносить передачу нельзя!

И на то были причины. Момо. Она бы и согласилась на перенос, но вот ее продюсер вряд ли бы нашел пару лишних часов в ее очень плотном графике. И если мы не снимем Момо сейчас, то потом уже вряд ли получится.

— Съёмкам быть! Шоу должно продолжаться..

— Но как⁈ — едва не начав рвать волосы на голове спросила Хайнако.

— Будем… — я глянул на музыкантов, которые не замечали суеты вокруг и играли в свое удовольствие. — Будем импровизировать!

— Импровизировать? — недоуменно повторила Хайнако.

— Да, — кивнул я.

Импровизация — это одна из главных вещей, которой учат в театральном институте. Когда забыл слова роли, когда не помнишь, что идет дальше — импровизируй. Погрузись в роль, стань частью атмосферы — и тогда слова сами придут к тебе. Вот и сейчас я хотел использовать этот непростой инструмент. Буду импровизировать.

— А ты можешь? — немного успокоившись, спросила Хайнако.

— Могу ли я импровизировать? Конечно! — кивнул я. — Не переживай. К тому же сценарий я успел прочитал, кое-что все же осталось в голове. Ты лучше отправь наших музыкантов в гримерную. Пора уже им переодеваться.

Хайнако немного успокоилась, пошла к музыкантам. Я тоже направился в гримерку. Еще вчера мне удалось отыскать в костюмерной неплохой строгий костюм, который смотрелся на мне просто идеально. Переодевшись, я поглядел на себя в зеркало, удовлетворенно кивнул. Сделал глубокий вдох. Ощущения были знакомыми — чувство легкого волнения, когда выходишь на сцену. Пора идти на сцену.

В коридоре я встретил Момо и ее продюсера господина Тэно.

— Акиро! — увидев меня, девушка обрадовалась.

Я обратил внимание, что она направилась ко мне, чтобы обнять, но строгий взгляд продюсера заставил ее остановиться и протянуть руку.

— Привет!

— Добрый день! — улыбнулся я, принимая приветствие.

Наши взгляды встретились и в них проскользнула теплота. Девушка едва заметно кивнула в сторону продюсера, я понял ее и без слов. Нужно держать дистанцию, начальство рядом.

— Знакомьтесь, это Тэно, — представила она своего спутника.

Продюсер был невысокого роста, с заметным брюшком и взглядом едким и пронзительным.

— Акиро, — произнес я.

— Наслышан о вас! — сказал Тэно, пожимая мне руку.

— Надеюсь только хорошее? — улыбнулся я.

— Не переживайте, только самое положительное. Момо рассказала, как вы спасли ее с поломавшейся туфелькой. Да и знаменитый выпуск передачи «Страницы истории» посмотрел в интернете. Признаюсь, понравилось. Кстати, особо отметил я вашего гостя. Кажется, его зовут Йоши?

— Да, — кивнул я.

Тэно хитро улыбнулся.

— Есть у меня к нему один разговор.

— Так он тут, в студии, — ответил я. — Он будет играть сегодня в передаче в качестве приглашенного музыканта.

— Что, правда⁈ — оживился продюсер.

— Тэно хочет предложить ему контракт, — сказала Момо.

— В самом деле? — настала пора удивляться уже мне.

— Момо, ну я же просил пока никому ничего не рассказывать!

— Акиро никому не скажет! Ведь правда? — она вопросительно посмотрела на меня.

— Не скажу, — кивнул я с улыбкой.

— Признаться, Йоши зацепил меня своим пением и игрой на гитаре, — сказал Тэно. — На его песню, кстати, даже ремикс сделали. Вы слышали? Прямо из вашей передачи вырезали звук, наложили танцевальный ритм и запустили в интернете. Молодежь пищит от удовольствия. Думаю, пока Йоши в тренде, нужно пользоваться моментом. Мне кажется, можно организовать несколько концертов. Репертуар конечно не широкий, всего одна песня, но в сборный концерт, скажем с той же Момо Ямахой, можно поставить.