Не давая врагу опомниться, зная что он обезоружен и растерян, подбегаю к нему вновь и одной рукой обхватываю его ногу с внутренней стороны бедра, а другой талию, прижимая к себе. Попался. Я без труда поднял его — мятежник был ростом немного ниже меня и к тому же очень худой — и развернув боком к земле что есть мо́чи кинул об каменную кладку. По моим подсчётам, башкой он приложился будь здоров.

Убедившись, что этот крендель не двигается, я развернулся и на ходу шурша рукой внутри сумки в поисках зелья лечения подбегаю к лежащей на спине Джессике, падая на колено.

— Куда ранили?! — спрашиваю словно на допросе, наконец достав нужную склянку.

— П-плечо, — морщась простонала девушка, держась за вышеназванный участок тела.

— Ну-ка, дай посмотрю, — я осторожно убрал руку Джессики и осмотрел повреждения. И о чудо, ранение оказалось вовсе не ранением.

Под плащом Джессики на ней была кожаная броня, я осмотрел нужное место и заметил на наплечнике, состоящим из нескольких лоскутов прочной кожи, в районе бицепса глубокую борозду. Видимо, меч напоролся на защиту и не сумев её пробить прошёл вскользь. Я на всякий случай провёл по порезу пальцами, убеждаясь, что крови нет.

— Сильно болит?

— Да не то что бы... — Джессика приняла сидячее положение и попыталась подвигать рукой, из-за чего шикнула, но сделать она это смогла. — Скорее всего ушиб, потом посмотрю, что там.

— Как скажешь, ты медик, тебе виднее, — выдыхаю с облегчением. Прекрасно что не перелом — заживать будет фиг знает сколько, а нам ещё надо как-то испытание закончить.

— Он убегает! — Джессика вдруг указала мне за спину здоровой рукой. Я обернулся и увидел как тёмный силуэт в лице недавно валявшегося мятежника удаляется прочь по переулку. Вот непробиваемый, два раза ведь по башке получил с такой силой, что после такого некоторые вообще уже никогда не встают!

— Будь тут и жди остальных! — скороговоркой сказал я и всучив девушке не пригодившееся зелье лечения побежал вслед за мятежником. Думает, что чуть не прикончил меня, и может спокойно свалить? Хрен там плавал!

Мятежник побежал по тому маршруту, по которому мы сюда шли, поэтому я уже было подумал, что у меня будет отличный шанс поймать его, но увы, он почти сразу свернул в незнакомые мне места. Плевать, всё равно от него не отстану. Я следовал за ним по пятам, поворот за поворотом, изо всех сил стараясь не упускать из виду — ему достаточно на секунд пропасть из моего поля зрения, и я его могу уже не отыскать в куче тёмных петляющих переулков и улиц.

К слову, удары по голове возымели эффект, ведь мятежник то и дело время от времени спотыкался, путался в ногах и бился плечами об косяки стен. Или же это из-за мрака? В любом случае, мне это только на руку.

Я выбежал на улицу, где в паре сотен метров стоял блокпост с дежурившими солдатами, однако сообщить им о беглеце времени не было, поэтому тут же нырнул в следующий переулок на другой её стороне вслед за мятежником. Этот район, где проходила операция, был реально здоровым, раз мы уже столько тут бегаем и до сих пор не вышли за его пределы, где нас бы встретили окружившие его бойцы.

Забежав в очередной поворот, видя как в него юркнул мятежник, я споткнулся об кучу мусора и влетел в препятствие в виде стены, очень некстати оказавшуюся так рядом. Наспех подставляю руки и использую их как амортизаторы дабы уменьшить силу удара, однако виском об неё я всё равно приложился не слабо, чувствуя как по лицу начала стекать кровь. Такое неприятное событие не могло потушить мой праведный гнев, а потому я, секунду приходя в себя, побежал дальше.

Мне показалось, что я упустил мятежника, но снова повернув за угол — а больше никуда нельзя было убежать — я увидел его, зажатого в тупик и пытавшегося открыть дверь. Он сначала её пытался выломать, затем немного побарабанил, и снова стал в неё бить ногой. Дверь же держалась молодцом, не пуская за порог незванного гостя.

— Тебе никто не откроет, все по ту сторону двери скорее всего уже мертвы, — злобно скалюсь, упиваясь его безвыходным положением, попутно зажимая рукавом кровоточащую рану.

Мятежник услышал мой голос и обернулся.

— Вы ещё заплатите за всех погибших, — сквозь зубы процедил он, впиваясь в меня самым ненавистным, на который вообще способен человек, взглядом.

— Ага, конечно, подскажи банковский счёт, я тебе всё до копейки переведу.

Несмотря на боль в виске и злость продолжаю сыпать шутки. Надо ведь как-то снимать стресс.

— Как вообще могут существовать такие моральные уроды, как вы?! Захватчики и убийцы! Вас всех ждёт кара, мы сотрём вас с лица земли!

О, кого-то знатно так прорвало. Ну да, если наконец впервые за столько лет выдался шанс, то почему бы не высказать тому, кого ненавидишь всем сердцем, всё что ты о нём думаешь. Правда, с адресом он ошибся, поэтому пусть побережёт свой словесный понос для кого-нибудь другого.

— Прекращай свой спектакль и сдавайся, иначе снова по морде получишь, — говорю уверенно, так как знаю, что свой меч он оставил там. Как и я свой, кстати.

Вообще-то, мне очень даже повезло, что мятежник, пока я был занят Джессикой, решил просто сбежать, а не всадить мне его в спину. А ещё повезло, что не прихватил его с собой.

— Уверен? — он нехорошо так улыбнулся и засунул руку в сапог. — Я не смог защитить свою семью, поэтому мне больше нечего терять. Убью вас как можно больше, прежде чем умру.

У мятежника в руке оказалось что-то вроде заточки, и тут вся моя уверенность испарилась, словно и не бывало. Насколько бы ты не был крутым мастером рукопашного боя, сражаться голыми руками против вооружённого человека — полнейшая тупость. Самым верным решением будет бегство, ведь я не главный герой какого-нибудь боевика чтобы врагов штабелями класть. Сделал шаг назад, и этот тип сделал шаг вперёд. Ясно, так просто он меня не отпустит.

Я хотел уже резко развернуться и дать дёру куда глаза глядят, но замер, когда на мятежника сверху стремительно опустилась тёмная человекоподобная фигура, роняя его под собой на землю и прибивая к земле двумя длинными отростками. Мгновенно убив цель, существо выпрямилась, и я обомлел рассматривая его внешность, освещаемую луной.

Оно имело привычное для людей тело, одетое во всё чёрное, очень сильно напоминая стереотипных ниндзя. Из нечеловеческого в нём была кожа, ведь даже в полумраке видно, какая она тёмная, а также голова. О-о-о, голова это отдельная тема. Из-за маски были видны лишь глаза существа, а именно восемь, мать их, красных круглых глазок, немного отличавшихся друг от друга по размеру. Судя по тому, как была приподнята маска в районе рта паука-ассасина — это без сомнения был он, — под ней скрывались самые настоящие хилицеры. Боже, как хорошо что он носит маску, а то я бы прямо тут в обморок упал, хотя и уже увиденного хватало, чтобы я так и сделал. Пауки! Опять чёртовы пауки!

Ну и напоследок особого внимания заслуживали шесть пар длинных отростков в виде паучьих лап, растущих из спины существа. Они были покрыты каким-то тёмным металлом и имели заострённые концы, и я прекрасно понимаю, для чего они нужны. Паук-ассасин, подтверждая мои слова, выдернул из трупа две лапы, перепачканные в крови. Судя по таким же следам на других, этот человек был далеко не первой жертвой.

Именно эти страхолюдины должны были вырезать спящих мятежников и вообще всех, кто мог нам помешать. Кажется, один из таких и был тем существом, которого я в темноте увидел в том доме с тремя трупами, и тогда попался он мне на глаза только по той причине, что я типа свой. Будь я тем же мятежником, то точно бы оттуда живым не ушёл.

— А, это, спасибо за помощь, — запоздало поблагодарил я, закончив изучать паука-ассасина.

— Миссия завершена, все мятежники в этом районе ликвидированы, — прозвучал очень хриплый, стрекочущий голос, а под его маской заметно зашевелились хилицеры. Так и знал, что это именно они.

— Понятно, — кивнул я и развернулся к пауку-ассасину боком, смотря назад и вспоминая, каким путём сюда бежал. — Слушай, а ты не подскажешь...