Посещая бутики, которые я раньше не могла себе позволить, продавщицы перешептывались, лишь взглянув на меня: «Это та модель, которую недавно все обсуждали? Мне казалось, она выглядит по-другому… но, Боже, она выглядит так стильно!» Всё это наполняло меня гордостью. Моя жизнь, некогда простая и скромная, теперь была окружена лицами и именами, которые раньше были лишь фоном. Появлялись новые знакомые — фотографы, визажисты, стилисты, модели. Каждый из них был маленькой историей. Например, Грета, опытный визажист с розовыми волосами, всегда шутила о том, что мне не следует «слишком задирать нос», ведь мир моды непредсказуем. Грета стала для меня ироничным, но тёплым наставником, а Лора — верным другом.

На одной из съемок я познакомилась с Адамом, фотографом из Швеции, известным своей строгой манерой работы. Он осмотрел меня долгим, задумчивым взглядом, а потом сказал: «В твоих глазах есть что-то особенное. Как будто ты видела больше, чем просто подиумы и съемки. Надеюсь, ты не изменишься под давлением индустрии.» Его слова удивили меня и даже слегка взволновали, будто он сумел заглянуть в самую душу.

Постепенно я начала замечать, что даже самые обычные моменты, как прогулка по городу или поход в магазин, привлекают внимание. Люди оборачивались, некоторые сдержанно улыбались, кто-то пытался сделать фото на телефон. Я всё ещё не привыкла к этому вниманию, но понимала, что моя жизнь уже никогда не будет прежней. И всё это было благодаря Райану…

Телефон постоянно разрывался от сообщений и предложений о съемках. Моё имя всё чаще мелькало в светской хронике, а известные бренды начали присылать приглашения на свои закрытые мероприятия. Слишком быстро все закрутилось, и я не успевала уследить за этим вихрем…

На своём пути я встретила также многих других моделей, таких как Амелия — высокую, стройную мулатку с яркими чертами лица и большими глазами. Она была довольно известной, но мы с ней сразу не поладили. Все наши встречи были полны едва заметных комментариев с её стороны, пытающихся подорвать мою уверенность. «Надеюсь, ты понимаешь, что минутная слава не делает из тебя профессионала?», — проговорила девушка с притворной улыбкой на одной из фотосессий. Я же молча улыбнулась в ответ, стараясь не обращать внимания на её высказывания. Подобное стало для меня привычном. Вслед за славой шла критика, и для меня же было лучше стараться не зацикливаться на этом.

С каждым шагом я чувствовала, как моя уверенность растёт, но одновременно ощущала странную отстранённость от этой новой жизни. Иногда Райан приглашал меня на семейные мероприятия, ведь я служила ему щитом, гарантией занятости для других женщин, и всё конечно же заканчивалось очередным скандалом с его матерью. После чего мы молча снова расходились….

Это привычный цикл порой казался таким выматывающим…

Трещина

После одного из насыщенных дня съемок, я стояла смотря на ночные огни города. Райан подошёл ко мне и протянул бокал вина.

— Моя семья устраивает торжество. Хочу, чтобы ты пошла со мной, — сказал он, глядя на тот же вид.

Я кивнула. Мы привыкли коротко и по делу говорить с друг другом. Те дни, когда мы часами проводили время вместе канули в небытие…

— Очередной приятный прием от твоих родителей. Жду не дождусь!

Он улыбнулся, будто это было для него забавным.

— Уверен, ты уже привыкла…

— Как долго это будет продолжаться, Райан? — Я повернулась к блондину, — Мы играем в эти игры уже слишком долго. Разве этого не достаточно? Ты же знаешь, твои родители никогда не смирятся… — он неторопливо глотнул вина, а я продолжала игнорировать чувства, которые всё еще поднимались, разрывая меня изнутри, стоило Райану оказаться рядом.

— До тех пор, пока железная хватка на моём горле не перестанет перекрывать мне кислород, — ответил он, с явным раздражением.

Я прекрасно понимала его. Каждая встреча с семьей была не только попыткой отстоять свое право на выбор, но и холодной войной с его младшим братом.

Когда я впервые встретила Леона, то не могла избавиться от ощущения, что он был полностью противоположностью старшего брата. Его коротко стриженные тёмные волосы, яркие голубые глаза и холодное выражение лица создавали почти хищный образ. Он выглядел так, будто никогда не улыбался.

Когда на одном из первых званых ужинов Райан представил меня своей девушкой, где в помещения торжества также находился Леон, его взгляд сразу же прошелся по мне, не проявив ни малейшего интереса. Его холодные глаза оценили меня без каких-либо эмоций, а потом на лице мелькнула едва заметная ухмылка, которая только добавила в атмосферу напряжённости. Он даже не посчитал нужным со мной поздороваться, вальяжно выпивая бокал шампанского, которое держал в руках и не обращая на меня никакого внимания.

Но всеми фибрами души я чувствовала его неприязнь к своему старшему брату. Подобно зверю он не сводил с Райана глаз, даже держась столь отдаленно.

Это была настоящая ненависть, холодная и жестокая.

Меня поразило, насколько они были разные. Райан был внешне практически копией своего отца. И несмотря на всю свою решимость, в его глазах всегда было нечто тёплое, что мне хотелось запомнить. В то время как Леон, казалось, был одним большим ледяным блоком, созданным, чтобы лишь отражать и держать в страхе. Я ощущала, что мне, возможно, никогда не удастся понять этого человека. И к моему счастью большую часть мероприятий Леон пропускал.

Вечером на торжестве, устроенном семьёй Локвуд, я снова ощутила ту холодную атмосферу, скрытую за роскошью и светом, к которой уже привыкла за это время. Когда мы вошли, Райан держал меня за талию, а лица его родителей моментально омрачились, но тут же взяли себя в руки перед другими гостями, не желая показывать свои слабости. Я почувствовала, как моё присутствие здесь было совершенно нежеланным.

Вечер был в разгаре, когда к нам подошли и Райана попросили пройти в одну из комнат для «важных семейных дел». Его отец, не ожидал увидеть меня рядом с ним. И в отличии от Виктории, которая сразу же взорвалась от того что Райан привел меня в их казалось бы личную драму, холодно сказал:

— Ты понимаешь, что это должен был быть знаковый вечер для нашей семьи? Мы строили этот образ годами, а ты с такой лёгкостью пытаешься его нарушить. Это не просто ужин, это подтверждение нашего положения, твоего будущего!

Мать добавила, едва сдерживая раздражение:

— Все важные люди здесь, а ты… снова с этой моделькой! Даже не предупредил! Ты понимаешь, какой это удар по нашей репутации?

— Моделька? Мама, Вэлория не просто модель, она талантлива и целеустремлённа. И смею напомнить. Она также моя девушка! Прошу, перестань так о ней говорить. — сказал Райан с яростью, сжимая мою руку.

— Талантлива и целеустремлённа? Райан, будь серьёзным. Мы говорим не о её мечтах, а о нашем наследии. Ты должен найти партнёршу, соответствующую твоему положению.

— Виктория так и кипела неприязнью: — Пойми наконец, что твоё будущее — это не личные капризы, а обязанности перед семьей. Ты должен выглядеть достойно. Люди смотрят, и на тебя уже возлагают большие ожидания. И если ты будешь появляться с… — она указала на меня в пренебрежительном жесте — такими девушками, как она, то все наши старания пойдут насмарку!

— Почему вы не можете дать мне шанс выбрать самому, с кем мне быть? Выбирать как мне самому жить? — Прокричал Райан. Жевлаки на его челюсти ходили ходуном.

Послышался громкий шлепок от удара. Метью застыл, смотря на сына глазами, полными ярости.

— Ты говоришь, как мальчишка! Ты должен думать стратегически, а не позволять чувствам затуманивать твой разум. Ты — будущий глава, Райан, и твоя жизнь не принадлежит тебе одному. Ты обязан соблюдать правила, которые ставит перед нами наше положение! Хочешь ты того или нет.

— Вам важна только внешняя картинка и то, как нас будут оценивать "важные люди". Но, знаете, я не марионетка, чтобы подстраиваться под ваши планы и менять свою жизнь в угоду вам, только ради имиджа компании, — твердо проговорил блондин. Щека горела, но он даже не шелохнулся.