Его добрые карие глаза… Бин видела в них грусть, причину которой узнать ей не давали.

Она всматривалась в них и не понимала, что сломало этого человека настолько сильно. И какие незажившие раны он не хочет показывать, лишь бы его не считали слабым.

Смотрела до тех пор, пока в теплых глазах не вспыхнули алые искры.

Телефон выпал из руки Джесси. Стукнувшись об пол, покрылся сеткой трещин. И тут же зазвонил.

Сердце Бин, кажется, тоже треснуло. В мгновение ока она трясущимися руками подхватила телефон, перехватила руку двинувшегося в сторону двери Джесси и, заключив его в объятия, больше похожие на захват, подняла трубку.

– Джесс, я в порядке... Так что… Не волнуйся…

Голос Яна прерывался, словно бы от помехов, но Бин знала. Знала, что от того, что ему не хватает дыхания от боли.

– Это Бин. Ян, пожалуйста, вышли свои координаты. Только продержись, слышишь? Мы придем за тобой!

Ален на это заявление издал смешок.

– Прости, – выдохнул он. – За то, что избегал. Прости.

И отключился.

Через казавшиеся вечностью несколько секунд на телефон пришло сообщение. Бин пробила расположение места по картам, в панике позвонила в скорую, кое-как объяснила, где найти пострадавшего. Хорошо, если помощь приедет до них – им нужно еще капельку времени, которого у них не было.

– Смотри на меня, – Бин поймала алые искры в чужих глазах в клетку. – Все будет хорошо. Просто положись на меня и не тяни все только на своих плечах. Вместе мы справимся. И Ян тоже будет в порядке, слышишь?

Алые искры рассыпались на осколки, которые впились Джесси в мозг. Он зашипел от боли. Попытался вырваться, но Бин держала крепко.

Она не отпустит. Ни за что и никогда.

Будет держать столько, сколько нужно.

Когда Джесс наконец осознал, что делает, тут же замер. И поднял на Бин уже чистые карие глаза. Полные ужаса.

Он отстранился, глядя на расцветающие на руках Бин алые полосы, что скоро станут синяками.

– Какой кошмар. Прости. Прости меня. Пожалуйста, прости.

***

Когда они прибыли на нужное место, Яна уже забрали в ближайшую больницу. Нашли его в практически бессознательном состоянии – как и просили, до прибытия помощи он продержался, а потом силы все же иссякли, и он потерял сознание. Однако рана пусть и была глубокой, к счастью, серьезной не оказалась. Потому он довольно быстро пришел в себя.

Чтобы тут же увидеть два смотрящих на себя обеспокоенных лица.

– Ты ополоумел? – первым подал голос Джесс.

– Я спас человека, – получил он ответ.

И все. На этом спор закончился.

Мак сжал его ладони в своих. И уткнулся в них лбом.

Вся уверенность и твердость в нем держатся только потому, что есть люди, которые ему дороги. Стоит им пропасть, и он сам вряд ли сможет это пережить.

Пережить еще раз.

Бин стояла чуть в стороне. И, наблюдая за ним, вспоминала его недавние слова о звездах.

Звезды, на которые Джесси смотрит по ночам, они только внутри, в душе. Кроме них на небосводе сияет только та, за которую он сейчас хватается руками, сходя с ума от беспокойства.

И та, что стоит невдалеке. Сияющая пока еще тусклым неуверенным светом, но жаждущая сиять хоть как-то. Стать для него еще одним смыслом.

– Все в порядке, – произнес Ян, высвобождая одну ладонь из захвата и протягивая ее в сторону Бин. – Не стой в стороне. Подойди ближе.

И Бин подошла. Крепко сжала его запястье обеими руками.

И окончательно поклялась себе, что останется с Джесси и Яном навсегда.

Акт LVII. Закопанное

Правило клуба O(r/d)dinary №77: Раскапывать закопанное действительно очень плохая идея

Когда Яна выписали, он, как ни в чем не бывало, в первый же день умудрился ускользнуть на миссию. Правда, старался не увлекаться – происшествие, в котором за короткий полет в сторону земли он успел попрощаться с жизнью, неплохо отрезвило ум. Он одаренный, а не бессмертный, и пусть его тело восстанавливается чуточку быстрее, это не повод перегибать палку.

Твари стали умнее. Пока Ян чувствовал себя не в форме, старался избегать встреч с ними. Хоть и со скрипом в сердце, ему пришлось признать, что он не может спасти всех нуждающихся. Его едва хватает на тех, до кого он может дотянуться. Справедливо ли это по отношению к остальным страдающим, ждущим помощи? Конечно, нет. И от этого было очень больно.

День проходил за днем. Рана потихоньку затягивалась, а теплая осень покрывалась тонкой корочкой прохлады.

Ян сидел на крыше Странного клуба и впервые за все время пребывания в этом ужасном городе рисовал перевернутые многоэтажки. Криво, косо, даже не стараясь, а просто потому, что они его уже достали – бестолково блестеть своими огнями и приносить так много проблем.

В нем действительно живут люди. Только чем живут, как живут и зачем вмешиваются в историю их земного мира – не найти ответа.

Ян вырвал лист, на котором рисовал, сложил из него самолетик, запустил его в небо.

Ветер подхватил бумагу и понес далеко-далеко. Возможно, ко второму Яну, что жил на другой стороне и, может быть, сейчас так же сидел на крыше.

– Бред полнейший, – выдохнул Ален в ответ на свои мысли. И обратил взгляд уже на любимый город, который так привык спасать в последние годы. Который стал действительно своим.

Как раз вовремя, чтобы заметить вышедшую из здания Бин, зачем-то бредущую в сторону автобусной остановки.

Вариант первый, наименее вероятный – пытается совершить побег. Второй – отправляется на поиски чего-то интересного.

И судя по тому, как она нервно оглядывается по сторонам, ее при выполнении секретного замысла заметить ну никак не должны.

Значит, что-то раскопала.

Ян раскрыл крылья и опустился рядом с остановкой так тихо, что ни один опавший листик на земле не дрогнул. Прикрыл себя иллюзией отвода глаз, подождал, пока Бин не поймала нужный автобус, и вошел в салон следом за ней.

Сел на сидение рядом. Наблюдал за сменяющимися эмоциями на ее лице – испуг, раскаяние за то, что поступает неправильно, любопытство. И так по кругу.

Пока она металась в эмоциях, Ян успел незаметно заплатить за билет, зарисовать сидящего напротив пассажира в шляпе поло, заскучать и приступить к прослушиванию любимого плейлиста.

Когда они миновали центр города, Ян начал понимать, что Бин направляется куда-то на окраину. Потому снял с себя невидимость и, подперев щеку рукой, все же спросил:

– Никак не могу понять, куда именно мы едем? Может, намекнешь, чтобы я хотя бы начал придумывать, как вытаскивать оттуда наши задницы?

Ален на себе почувствовал, что Бин от звука его голоса будто ледяной водой окатило. Девушка сначала замерла, уставившись в его ледяные глаза, а потом уткнулась лицом в ладони и издала протяжный стон.

– Твой план был идеален. Только в следующий раз, если надумаешь сбегать, не забудь смотреть не только по сторонам, но и вверх, – с искренней поддержкой похлопал ее по плечу Ян. – Давай, не раскисай, рассказывай. Готов поспорить, Джесс о твоей разведке не знает.

– Ты тоже не должен был знать. Я всего-то хотела проверить одно предположение, которое не дает мне покоя. Но все пошло коту под хвост, – Бин убрала руки от лица, но не знала, куда деть глаза со стыда.

– Значит, ты правда что-то нашла. Это же отлично, разведаем вдвоем, – Ян же наоборот, воодушевился новостями.

– Да если Джесс об этом узнает, он мне голову оторвет.

– Пытались планировать за моей спиной, да? – Ален иронично заулыбался, ни капли не обидевшись. – Вот и причина твоего провала – Джесси с такими вещами вечно не везет. Вселенная не дает ему врать, потому сегодня подкинула тебе меня в роли соглядатая. Рассказывай.

Понимая, что деваться некуда, Бин достала из рюкзака распечатки старых фотографий.