— Я из деревни Яблонько. Может, слышала о такой? В шестидесяти километрах от города.

— Не-е, — снисходительно улыбнулась блондинка, — я по деревням не специалист.

— Вот там мы и встретились. Я подрабатывала сиделкой у его бабушки. — ответила я и задала вопрос, который с самого утра не давал покоя. — Таш, а кто такая Оля?

После моего вопроса в воздухе повисло молчание. От меня не скрылся огонёк волнения, блеснувший на дне холодных зрачков девушки, которая нервно стала отбивать пальцами трещетку по стеклянной поверхности стола. Впервые за время нашего знакомства Наташа избегала смотреть в глаза. Устремив взгляд поверх меня, она о чем-то задумалась. Затаив дыхание, я стала ждать ответа, чувствуя, как напрягается тело от зарождающегося внутри не хорошего предчувствия. Только вот блондинка, казалось, не собирается отвечать на мой вопрос, мучая затянувшимся молчанием. Не выдержав, я нарушила тишину:

— Хорошо, тогда другой вопрос. Почему именно ты стала моим гидом в мир моды? Что вас связывает с Лешей?

Этот вопрос тоже не давал покоя. Услышав его, Таша заметно расслабилась и не дрогнувшим голосом ответила:

— Работа. И не более того.

Глава 11

За последние две недели после свадьбы я ничуть не продвинулась в поисках ответа, кто такая Оля. Спрашивать у Леши боялась. Шестое чувство подсказывало, что это не лучшая идея, потому что у всех без исключения, кому я задавала данный вопрос, начинался ступор. Прислуга дома утверждала, что ничего ни о какой Оле не знают. Но их выдавали глаза, которые при упоминании этого имени излучали самый настоящий неподдельный страх. Наташа тоже так ничего и не рассказала. Зато при последней встрече попросила забыть это имя и не копаться в прошлом, объяснив тем, что так для всех будет лучше.

Вот только мой не на шутку разыгравшийся интерес не желал так просто все забывать. Я не понимала, почему это имя наводило на всех ужас, от которого порой и мне становилось страшно. Где-то глубоко внутри боялась раскрыть секреты этого дома, но в то же время, узнав, что они существуют и очень тщательно скрываются всеми здешними обитателями, не могла спокойно сидеть на месте и продолжать наслаждаться семейной жизнью, которая в итоге оказалась не такой красивой, какую рисовало моё воображение.

Леша все чаще стал задерживаться на работе, объясняя это тем, что за четыре месяца, которые он провёл со мной, накопилось слишком много проблем, дел и прочего, отчего теперь он просто физически не успевал со всем справляться. Я верила. Я на самом деле верила ему. Работа есть работа. Он пахал за нас двоих, чтобы я ни в чем не нуждалась. Разве имела я право за это упрекать. Для себя решила, что нет. Поэтому каждый раз (если получалось дождаться, не заснуть) встречала его с улыбкой на губах и поцелуем в губы.

— Аля у себя? — услышав любимый голос, я не поверила своим ушам. Впервые за последние дни Леша пришёл с работы так рано. Шесть часов вечера. Неужели сегодня мы ужинаем вдвоём?!

— Нет, Алексей Вениаминович. Алевтина Сергеевна в гостиной. — ответила монотонным голосом Джей, которая по прошествии дней стала напоминать мне одно из тех приведений, которые охраняют свой дом от чужаков и присматривают за всеми, кто в нем живёт.

— Хорошо, Джей. Скажи, чтобы сделали кофе. Я в гостиной.

Подскочив с дивана, поспешила навстречу к мужу и, когда он вошёл, прильнула к его груди. Вдыхая любимый запах кожи и муската, я подняла глаза на лицо супруга и встретилась взглядом с чуть приоткрытыми губами. Встав на носочки, приблизилась к ним вплотную и еле слышно, чтобы мог услышать только Алексей, прошептала:

— Я соскучилась, милый.

А потом накрыла его губы своими. Но муж не дал долго наслаждаться моей властью над ним. Взяв инициативу в свои руки, он прижал меня к себе и ворвался жадным на ощущения языком в мой рот, перекрыв доступ к кислороду. Поцелуй был влажным и горячим. Когда, Леша его разорвал, я почувствовала лёгкое головокружение и, чтобы устоять на месте, снова прижалась к его груди.

— У меня есть новости, сладкая. Сядь, поговорим.

— Что-то случилось, — немного взволновано поинтересовалась я, когда устроилась на кожаном диване.

— Думаю, тебе понравится.

Обрадовавшись этому, я удивлённо приподняла брови и улыбнулась.

— Тогда рассказывай. Не мучай.

На журнальный столик полетела папка, которую Алексей достал из кожаной сумки. Посмотрев на неё, выгнала брови сильнее прежнего и подозрительно спросила:

— Что это?

— Посмотри, — коротко ответил Алексей и взял с подноса принесённый кофе.

Взяв папку в руки, почувствовала легкое смятение. Посмотрев ещё раз на мужа, который внимательно следил за моими плавными движениями, улыбнулась и раскрыла секретную папку, надеясь, что это как-то связано с Олей. Вот только внутри лежало совсем не то, что я планировала увидеть.

— Я не понимаю, — растерянно заговорила я, когда мои пальцы достали из папки школьный аттестат. — Что он здесь делает?

— Все просто, сладкая. — Как ни в чем не бывало ответил Алексей и сел в кресло напротив. — Теперь ты моя жена. Поэтому тебе не обязательно учиться.

— Но… — хотела возразить я, пораженная его поступком, но Леша резко поднял руку вверх, заставляя замолчать.

— Прежде, чем что-то скажешь, советую подумать. Аттестат в твоих руках, заявление об отчисление на столе директора колледжа, поэтому не вижу смысла закатывать истерику. Все уже сделано. И ничего не изменить.

— Но, мы же договаривались, что я доучусь. Заочно, но доучусь… — предприняла жалобную попытку его разубедить.

— Это было до свадьбы, малыш. Теперь ты моя, а этот статус ко многому обязывает. Я не хочу приходить домой и видеть уставшую и измотанную работой жену. Ты должна встречать меня на пороге нашего дома, как подобает любой жене. Поэтому повторю ещё раз, жена Алексея Громова не будет учиться в захудалом колледже, а работать школьным учителем тем более.

Голос Алексея был подозрительно спокойным. Он смотрел на меня так, словно пытался испепелить. Отведя от него взгляд, сглотнула. Внутри просыпалась настоящая обида за то, что, не посоветовавшись со мной, он принял такое решение. Я не собиралась бросать учёбу. И с ним это неоднократно обсуждалось. Он никогда не был против колледжа, тогда почему изменил своё мнение? Почему позволил себе решить за меня, доучиваться мне или нет. Ведь, кем бы я ему не приходилась, в первую очередь я оставалась человеком, который, как и все, имел право выбора.

— Как я объясню это родителям? — озвучила мысли вслух, совсем забыв, что не одна.

— Ты не обязана никому ничего объяснять.

— Лёш, все не может быть так просто. — грустно заметила я, отметив про себя, с каким спокойствием его губы прикасаются к горячей кофейной кружке. — Нельзя вот так взять и забрать документы из колледжа, даже не спросив моего мнения.

— Это ты меня упрекаешь? — выгнув бровь, удивился Алексей.

— Нет, но… — не в силах подобрать слова, чтобы рассказать о бушующих внутри чувствах, решила, что вечер и так испорчен, ни к чему портить ещё сильнее. — Ладно, что сделано, то сделано. Пойду, скажу, чтобы накрыли на стол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Единственным желанием было — побыть одной. Поэтому дав Джей указание, я поднялась наверх и, закрывшись в ванной, разрешила слезам, которые душили изнутри, вырваться наружу.

Я не верила, что это происходит со мной. Наверное, я изначально была рождена жертвой. В родительском доме мать не давала спокойно дышать, навязывая каждый раз своё мнение. Теперь, когда думала, что вырвалась из-под родительской опеки, история повторяется. Только на этот раз, лишив меня права выбора, моим судьборешителем стал муж.

***

Наревевшись, умылась холодной водой, постояла ещё немного у закрытой двери и только потом спустилась вниз. В гостиной было пусто. Оглядевшись по сторонам, нашла взглядом Джей и подозвала к себе.