Сегодня и был крайний случай.

Я открыла аптечку и схватила тайленол, затем осмотрела грузовик в поисках бутылки с водой, которую купила в магазине ранее. Из стопки чистой одежды я вытащила последнюю салфетку для мытья посуды. Мы с Арией планировали пойти завтра в прачечную, чтобы я могла постирать остальные.

— Я собираюсь остаться с ним, — сказала я, спрыгивая на землю.

— Хочешь, я тоже пойду?

Я покачала головой.

— Не можем же мы все заболеть.

Она вздохнула, скрестив руки на груди.

— Ненавижу это.

— Я тоже. Запрись на ночь дома. Я буду спать в палатке.

— Будь осторожна. Позови, если понадоблюсь.

— Я так и сделаю. — Я бросилась обратно к Карсону и нашла его именно там, где оставила.

Все его тело дрожало, а лицо было мертвенно-бледным.

— Вот. — Я открыла бутылку с водой, затем открыла крышку с лекарством. — Ты можешь сесть?

Это заняло у него некоторое время, но он открыл глаза и приподнялся на локте, чтобы взять таблетки из моей руки и запить их глотком воды.

— Еще. — Я поднесла бутылочку обратно к его губам.

Он покачал головой.

— Еще, — настаивала я, и только когда он сделал большой глоток, я позволила ему лечь обратно. Я вылила немного воды на полотенце для мытья посуды. Оно было не холодным, но все же прохладным. Затем я приложила его к его лбу.

— Спасибо, — пробормотал он и открыл глаза, чтобы оглядеться. — Где мое одеяло?

— Вот. — Оно было прислонено к стене у его ног. Я схватила его и встряхнула, убедившись, что между складками нет паука или другого насекомого. Затем я накрыла им Карсона, наблюдая, как он прижимает его к сердцу.

Я откинулась на спинку стула и наблюдала. Подействует ли тайленол? А что, если нет?

— Думаю, мне следует позвать Лу.

— Нет. — Карсон потянулся ко мне и, взяв мою руку, прижал ее к своему подбородку.

Усы на его подбородке щекотали мне костяшки пальцев, но даже сквозь них его кожа казалась слишком теплой.

— Карсон, мне нужно позвать Лу.

— Со мной все будет в порядке. Просто… посиди со мной.

— Хорошо, — согласилась я, но, если он не перестанет дрожать в ближайшее время, я начну нервничать.

Я придвинулась ближе, скрестив ноги. Затем я высвободила свою руку из его и убрала ткань с его лба, переворачивая ее снова и снова, чтобы она была прохладной.

— Лу подарил мне это одеяло. Я тебе об этом говорил? — Глаза Карсона закрылись. Его слова были тихими и невнятными.

— Да.

Мы все знали, что это одеяло особенное.

Возможно, Ария все-таки была права, и Лу действительно любил нас.

После того, как Карсон убежал из дома, он некоторое время бродил по Темекьюле. Каким-то образом он случайно наткнулся на дорогу, ведущую к свалке, надеясь найти место для ночлега, например, на скамейке или под деревом.

Он подошел к свалке и заметил костер. Лу сжигал деревянные обрезки в металлической бочке. Или, может быть, это был мусор. Лу сжигал большую часть своего мусора, хотя Карсон сказал мне, что это незаконно. Лу просто клал сверху дров, чтобы спрятать мусор.

Свет от костра привлек внимание Карсона, осветив боковые ворота. После того, как Лу зашел внутрь, Карсон распахнул их и проник внутрь. Затем он устроился на заднем сиденье старого грузовика во дворе.

Он возвращался в течение месяца, почти каждую ночь.

— Напугал меня до смерти, — пробормотал Карсон. — В ту ночь он вышел с одеялом. Я думал, что был таким умным, раз приходил и уходил без его ведома. Потом он набросил на меня одеяло, и я понял, что он все это время знал.

Я грустно улыбнулась ему.

— Ария думает, что он любит нас.

— Любит. По-своему. — Дрожь Карсона стала еще сильнее. На его щеках выступил пот, а дыхание было прерывистым.

— Карсон, я думаю…

— Останься. Я в порядке. Не уходи, Клара. Пообещай.

Тьфу. Это было глупо, но это не помешало мне прошептать:

— Обещаю.

И я осталась. На всю ночь. Пока рассвет не коснулся горизонта и солнечные лучи не просочились сквозь щели в стенах палатки. Пока у Карсона не спала температура.

Я оставалась с ним, пока он не открыл глаза и не улыбнулся.

— Мне приснился самый сладкий сон.

— О чем?

— О тебе.

Я вздохнула, облегчение разлилось по моим венам. Он был в порядке.

— Флиртуешь.

Глава 4

Клара

— Клара. — Чья-то рука коснулась моего плеча, разбудив меня.

Я вздрогнула и резко села на кровати. Мои пальцы потянулись к ножу, лежащему рядом, и я схватилась за рукоять, готовая резать.

— Ого. — Карсон поднял руки и попятился. — Клара, это я.

— Оу. — Мое сердце снова забилось где-то в горле, и я быстро заморгала, прогоняя сонный туман. — Прости.

— Ты спишь с ножом в руке? — Его взгляд метался между моим лицом и оружием.

Я пожала плечами, чувствуя, как смущение заливает мои щеки. Боже, я чуть не ударила Карсона. Спокойно, Клара.

— Это, эм, на всякий случай, понимаешь?

Между его глазами пролегла морщинка.

— Да.

Я откинула волосы со лба и прислонилась к стенке грузовика. На улице было светло, и жара, как и каждый день после полудня, начала проникать внутрь. Мой дневной сон, должно быть, продлился дольше, чем я планировала.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Карсон.

— Да. — Я зевнула. Пребывание рядом с ним, пока он обливался потом из-за лихорадки, вымотало меня. — Просто устала.

— Спасибо. За прошлую ночь.

— Конечно. — Я пожала плечами. — Как ты себя чувствуешь?

— Лучше. Я как раз собирался идти на работу. Моя смена начинается в два.

— Ты уверен, что тебе стоит работать?

— Я буду в порядке. Всего на несколько часов подменю одного из парней до закрытия.

Он выглядел неважно. Его кожа была бледной, а в карих глазах отсутствовал обычный озорной блеск. Какую бы инфекцию он ни подхватил, она его доконала.

Карсону нужен был отдых, но вместо этого он шел в город пешком и работал на автомойке. В нашей жизни не было такого понятия, как больничный. Мы работали всегда.

Поэтому сегодня днем он будет мыть все приезжающие машины, и к тому времени, как он закончит, его джинсы промокнут почти насквозь. Карсон всегда шутил, что ему не нужно стирать, хотя он все равно относил свою одежду в прачечную самообслуживания. В такую жару джинсы высохнут, хотя и станут жесткими, к тому времени, как он вернется.

— Я пойду с тобой в город. — Я подвинулась и подобрала свои ботинки, которые сбросила раньше.

— Тебе не обязательно.

Я улыбнулась.

— Мне сегодня больше нечего делать. Кроме того, скоро здесь станет невыносимо.

Ближе к вечеру в грузовике становилось душно. Я засунула нож в карман джинсов, затем натянула ботинок. Когда я подняла глаза, Карсон смотрел на карман.

— Ты спишь с этим.

Я опустила взгляд.

— Да.

— Как долго?

— Всегда. — С тех пор, как мы сбежали. Ария тоже украла один у нашего дяди.

Мы добавили ножи к нашей коллекции рюкзаков, фонариков и дождевиков. Технически мы не крали их у нашего дяди, хотя, конечно, украли деньги, на которые их купили. Когда мы притащили свой улов к кассе в магазине спортивных товаров и отдали пригоршню наличных, продавец как-то странно посмотрел на нас.

Но поскольку Крейг украл все у нас, все у наших родителей, эти деньги принадлежали нам, и мы могли их потратить.

— Готов? — спросила я Карсона, надевая вторую туфлю.

Карсон кивнул, но не сдвинулся с места.

— Ты… э-э… с ножом? Это из-за Лу? Или… из-за меня?

— Что? Нет! Конечно, нет. — Я ненавидела себя за то, что он подумал, будто я боюсь его. Или Лу.

— Тогда почему?

За все годы, что мы прожили здесь, я никогда не рассказывала неприятных подробностей о том, почему мы ушли от нашего дяди. Мы с Арией бегло рассказали настоящую историю.

Мы сказали Карсону и девочкам, что наши родители погибли в автокатастрофе. Мы сказали им, что нас отправили жить к нашему дяде. И, что он был ублюдком, из-за которого жить под его крышей стало невозможно, поэтому мы сбежали.