Так что же могло повлиять на парня?

Ничего.

Из этого следует вывод, с Микой определенно происходит что-то странное.

– Такого не могло быть, – не поверила Ясмин подруге.

Мика лишь пожала плечами в ответ.

Пусть не верит.

Это ее право.

Главное: девушка сама знает все события вчерашнего дня. И присниться такое ей явно не могло.

***

Влетев в здание, как ошпаренные, Мика вместе с Ясмин наспех переоделись и поспешили в кабинет Оливии Харрис. Из-за мечтательности одной из них они чуть не опоздали на пары. В кабинет они не вошли, а в прямом смысле ввалились.

Их группа оживленно гудела, обсуждая будущий поход. И они настолько сильно были увлечены этим занятием, что даже не услышали звонка, а на, вошедших в класс, девушек никто и внимания не обратил. И Ясмин совершенно не понравилось такое отношение к своей персоне.

Сначала Мика…

Теперь еще и ребята решили не обращать на нее ни малейшего внимания?

В попытке привлечь к себе хоть какое-то внимание девушка хлопнула со всей силы дверью. И ее попытка удалась на славу. Одногруппники замолчали. И теперь все внимание было приковано к Ясмин и ее эффектному появлению.

Этим и воспользовалась Оливия Харрис, сидящая за учительским столом.

– Ребята, – обратилась она к студентам, – отдайте мне разрешения, подписанные вашими родителями или опекунами. По очереди!

На последнюю фразу, естественно, никто не обратил внимания. Все гуськом столпились возле учительского стола.

Мика, умело воспользовавшись суматохой, быстренько проследовала к своему месту и, кинув на пол сумку, плюхнулась на стул. Но девушка не могла усидеть и минуты на стуле. Она хотела прыгать от радости. Адреналин то и дело выбрасывался в кровь. Казалось, что, спрыгнув с крыши, она станет исключением и вместо того, чтобы упасть и разбиться, она взлетит и упорхнет, словно птица, к звездам.

Девушка взяла бумагу, подписанную ее теткой и направилась к учительскому столу. В какой-то момент, замечтавшись, она не успела затормозить и врезалась прямо в спину Ясмин.

– Ай! Мика, ты что творишь? – прошипела та, но тут же смягчилась, вновь заметив то самое «нетипичное» состояние подруги. – Ладно, сегодня тебе это прощается.

Мика не обратила внимания на вопли подруги. И вообще, казалось, забыла о том, что врезалась в нее несколько секунд назад. Может быть, телом девушка и находилась к аудитории, но мыслями она была очень далеко отсюда.

Мика посмотрела в окно, и ей в глаза больно ударил солнечный свет. Девушка чуть сощурилась, но не перестала улыбаться, а, наоборот, ее улыбка стала еще шире.

Такого чудесного расположения духа у нее еще никогда не было. Хотелось плакать от того, что ты испытываешь это непривычное, но приятное ощущение. Одна за другой волны эйфории накрывают тебя, но тебе на все наплевать.

Тем временем толпа постепенно рассасывалась, и у стола, наконец-то, оказалась и Мика. Она аккуратно положила свою распечатку во всеобщую стопку и почувствовала легкое прикосновение к своей руке. Повернув голову, девушка чуть не упала в обморок. Совсем рядом с ней стоял Орландо. Он наклонился к ее уху и шепотом поинтересовался:

– Не болит?

Видимо, он спрашивал про ладонь. Мика замотала головой из стороны в сторону, давая ему понять, что все нормально. И что боли она уже не чувствует. Орландо улыбнулся и положил свою распечатку в стопку.

– Извини меня.

Он сейчас шутит что ли?

Как вообще можно обижаться на мечту всей своей жизни?

– Ты меня прощаешь? – так и не дождавшись ответа, переспросил он еще раз.

– Д-да… Ты же ведь не знал, что я стою за дверью. Все в порядке.

Щеки Мики покрыл румянец.

Надо же!

Он о ней заботится. Думает о ней. Беспокоится. Черт возьми, а ведь, оказывается, что это очень даже приятно!

– Голубки! Может, вы соизволите, уйти с поля зрения короля?

В глазах Пола можно было прочитать безобидную насмешку, и Мика только сейчас заметила, что на них большими глазами смотрел весь класс, напрочь забыв про все свои разговоры.

Теперь цвет лица девушки напоминал спелый помидор. Даже Ясмин сидела с открытым ртом. Но Оливия Харрис взяла ситуацию под контроль и быстро разрядила атмосферу.

– Сегодня вы освобождены от занятий. Но, я так понимаю, что никто из вас не соизволил пробежаться глазами по правилам, которые необходимо соблюдать в походе, в ваших электронных дневниках. Я права? В любом случае, я напомню. В лесу строго запрещено уходить "по делам" или внезапно отлучаться, не предупредив хоть кого-нибудь из взрослых. Далее, все спят строго в палатках по четверо человек. И никаких «мальчик-девочка»! Девочки спят в палатках с девочками, а мальчики с мальчиками. Я, надеюсь, это понятно? Никакого пива, вина, шампанского и любого другого спиртного напитка. Далее: дома обязательно повторите правила безопасного поведения с огнем…

Оливия Харрис настолько увлеклась, что даже не замечала того, что все перестали ее слушать сразу же после замечания о совместном житии девочек и мальчиков. Потому, что все стали бурно обсуждать одну "очень интересную" тему. И все же в какой-то момент она это заметила.

– Вы можете не переживать. Ваши подписи и подписи ваших родителей и опекунов стоят в разрешениях, которые вы принесли. Эти бумаги подтверждают, что нам не имеют право предъявлять претензии и выдвигать какие-либо обвинения, если кто-то совершенно случайно забеременеет в ходе похода или же заразится СПИДом. Мы к этому не будем иметь совершенно никакого причастия. И за вашу половую жизнь ответственности нести не будем. Идите домой и собирайтесь в поход. Автобус прибудет к воротам колледжа в шесть утра!

Мика, собрав свои вещи, которые выложила из рюкзака по неведомым причинам, поспешила покинуть класс. Тем самым она пыталась скрыть свое смущение от недавней сцены с Орландо.

Глава 6.

Вечером, когда Мика тихо и мирно попивала чай с малиной и щелкала по каналам, в поисках программы, которая помогла бы ей отвлечься от множества мыслей у нее в голове. На самом деле, девушка пыталась выкинуть из головы сегодняшний инцидент. Вернулась тетя Мия. Уставшая на работе, она буквально проползла мимо Мики и села рядом с девушкой в мягкое кресло.

– Какой прекрасный день! – в сердцах воскликнула тетя. – Какой-то напыщенный хам пытался запудрить мне мозги, чтобы самому бесплатно проскочить в отель и поселиться на халяву! Нет, ты представляешь!?

– И что с ним после этого произошло? – спросила Мика, поближе придвинувшись к тете.

– О! Он теперь получит по полной программе! – Мия потерла ладоши как последний заговорщик, ей-богу! – Полиция плотно взялась за него, а начальство выдало мне премию за поимку мошенника! Так что в пакете на кухне тебя встречает трофейный пирог!

Обрадованная, Мика отбросила все мысли в сторону, поспешила на кухню и увидела свой любимый черничный пирог. Поставив чайник на плиту, девушка взяла две кружки и поставила их на стол. Вооружившись ножом, она начала нарезать пирог и невольно провела языком по губам. Наклонившись и вдохнув сладкий аромат, Мика зажмурилась.

Как хорошо!

Мика очень любила печь пироги, и по словам Ясмин, они всегда получались обалденными! Но, к сожалению, сама повариха не была довольна своими приготовлениями. Так, наверное, было у всех людей, у которых есть хоть какое-нибудь хобби. А для Мики печь торты, пироги, ватрушки и пирожные было как раз-таки хобби.

Мия вошла на кухню и вспомнила ту маленькую девочку с высокими хвостиками и в ярком сарафанчике.

Это был первый день, когда Мика получила отлично по истории. Ей тогда было лет десять, не больше. Она прибежала вся радостная и стала кричать о своем успехе, обнимая и целуя тетю. Мика тогда выглядела настолько счастливым ребенком, что невольно удивляешься тому, что написано в книжках про несусветные богатства и тонну любви. Для кого-то хватает и такого счастья.

Мие захотелось тогда как-нибудь поощрить свою племянницу, и она пошла купить черничный пирог. Когда та вернулась и показала Мике ту самую вкуснятинку, о которой говорила, в ее глазках заблестел несусветный интерес.