— Трындел слишком много и не по делу, — отмахнулся я от Пушистика. — Выруби лучше его регистратор и телефон на всякий случай. Не хочу, чтобы он потом на меня заяву накатал.
Дракон взял под козырек, но, как всегда, слишком переусердствовал. Он вырвал пол торпеды вместе с регистратором и вышвырнул их в окно, когда мы проезжали в узком переулке мимо большого мусорного бака. А телефон водилы вдруг начал левитировать по салону и последовал за регистратором. Причем оба девайса сразу вспыхнули синим пламенем и быстро превратились в два комка расплавленного пластика.
— Нифига ты отчебучил номер! — я удивленно посмотрел на Пушистика. — Уже и предметы на расстоянии научился поджигать?
— Угу, — хмуро буркнул дракон. — А вот если бы мы с тобой не просрали туеву хучу наших способностей, то я еще и не такое бы тебе показал.
— Ничего! Способности — дело наживное! Успеешь еще покрасоваться, — успокоил я дракона. — Скоро все вернем.
Через десять пять минут мы подъехали к моему дому. Я приказал таксисту ждать, а сам помчался на четвертый этаж. Когда я на цыпочках влетел в квартиру, то конкретно офигел. На кухне меня ждала взволнованная Катя, а на столе стоял только что приготовленный завтрак.
— Саш, если ты по делам уезжаешь, то просто сообщи, что с тобой все в порядке. Я сто раз тебе звонила! Всю ночь не спала — переживала: вдруг с тобой что случилось? — срывающимся голосом проговорила она.
Я посмотрел на телефон и только сейчас заметил Катины пропущенные вызовы.
Твою ж мать! Это конечно чертовски приятно, когда тебя так любят, но, блин, я вообще не привык перед кем-то отчитываться, типа, где я, и что со мной. Походу, придется переучиваться… или Катюху переучивать.
— Прости, милая, — я подошел и, нежно обняв Катю, поцеловал ее в губы. — Я совсем об этом не подумал. В следующий раз обязательно сообщу.
Она, посмотрела на меня своими большими доверчивыми глазами и легонько улыбнулась.
— Ну ладно, иди кушай быстрее, а то на учебу опоздаешь.
— Спасибо, милашка, — я еще раз чмокнул ее в губки и, сев за стол, накинулся на еду.
Завтрак был нереально вкусным. Так круто умеет готовить только Катя. В этом отношении, как, впрочем, и во всех других, мне с ней очень повезло. А вот ей с таким раздолбаем, как я… явно, не очень. Ладно, что есть — то есть. Сейчас некогда насчет этого рассусоливать. Я быстро, уже на ходу, допил кофе, отдал пустую чашку Кате и прошептал ей на ушко:
— Ты у меня такое золотце. Порой мне кажется, что я тебя не достоин.
Она игриво глянула на меня из-под опущенных ресниц, улыбнулась и, ущипнув меня за пятую точку, весело сказала:
— Иди уже, подхалим!
Улыбнувшись ей в ответ, я бросился к себе в комнату, быстро переоделся в форму академии и, схватив заранее собранную сумку, выбежал из квартиры. До начала занятий оставалось полчаса. Первым уроком у нас должна быть трансфигурация у профессора Пирогова. Кабинет номер 36К. Эту информацию я вчера вызубрил в приемной комиссии, пока ждал возвращения тщедушного Валентина Прохоровича.
Впрыгнув в такси, я крикнул водителю:
— Трогай, да побыстрее! — и назвал ему адрес академии.
Тот резко дал по газам и, как заправский спиди-гонщик, помчался по Питерским улицам, то и дело срезая через какие-то закоулки и дворы.
До академии он домчал меня за двадцать минут. Ну вот и красава! Я приказал таксисту забыть все, что связано со мной, и возить всех бесплатно, пока не закончится действие печати подчинения. Ее на такого хитрожопого хмыря больше, чем на два часа, конечно, не хватит, но хотя бы так, и то ладно.
Я глянул на часы. До звонка чуть больше пяти минут. Я со всех ног припустил к зданию академии, которое, к слову говоря, сегодня выглядело совершенно обыденно и через магическое зрение, и через обычное. Удивляться этому было некогда, и я просто принял, как факт, что сегодня никаких исчезающих лестниц и коридоров внутри, по идее, быть не должно.
Влетев в заполненный студентами холл, я побежал к большой стене напротив, где было вывешено огромное расписание всех курсов и факультетов. Надо было убедиться, что я правильно запомнил список сегодняшних уроков, а заодно поискать информацию о расположении кабинета 36К.
Минуты через две я наконец-то нашел расписание первого курса факультета боевой магии. Первым уроком шла трансфигурация, далее — история магии, потом — защитные заклятия и последним — занятие по фехтованию и рукопашному бою. Отличный набор для первого дня! Скучно точно не будет. Ну, пожалуй, не считая второго урока по истории магии.
Я суетливо начал шарить глазами по огромному информационному стенду в поисках сведений о расположении нужного мне кабинета, но так ничего и не нашел. Вокруг все еще стояло много студентов и я, увидев рядом с собой высокого светловолосого парня с надменным выражением на утонченном лице, спросил его:
— Уважаемый, вы не подскажите, как найти кабинет 36К?
Белобрысый смерил меня презрительным взглядом и, отвернувшись обратно к расписанию, холодно ответил:
— По той лестнице, — он указал в дальний угол зала, — вниз, в цокольный этаж, правое крыло, идешь до конца коридора, потом налево до небольшого холла. Там в левом углу — черная дверь. Пароль — стрелец.
Ну и чмо заносчивое! Ладно, хрен с ним, некогда сейчас письками меряться — до звонка осталось меньше двух минут. Я побежал в указанном направлении и, пулей сбежав вниз на четыре пролета, сиганул направо. Пробежав длинный коридор, я повернул налево и через метров двадцать вбежал в холл. Студентов нигде не было видно. Вероятно, все к этому времени разошлись по кабинетам. Неужели урок уже начался? Тут вообще звонки дают?
Я подскочил к обитой металлом тяжелой черной двери и выпалил пароль:
— Стрелец!
В следующую секунду я услышал щелчок открывающегося дверного замка. Дернув, что есть сил, на себя дверь, я влетел в плохо освещенное помещение и замер, ожидая, когда глаза привыкнут к окружающему полумраку. Внезапно я услышал за своей спиной громкий звук захлопнувшейся двери.
И тут в меня через силу вторглась личность графа Суворова, которую в последнее время я погрузил в глубины подсознания и почти не использовал.
— Идиот! Доставай оружие, иначе сдохнешь! — истерично где-то глубоко внутри меня заорал граф.
Дважды мне повторять было не нужно. Молниеносно сработал инстинкт, выработанный годами боевых походов с моими верными друзьями в прошлом мире: я выхватил из хранилища огненную катану и призвал Пушистика. И, не успев еще толком сориентироваться в окружающей обстановке, я почувствовал, что мой дракон уже вступил в бой.
Кто же там, мать твою за ногу⁈ Я переключился на магическое зрение дракона. Сказать, что я охренел от увиденного — это ничего не сказать. Я просто, мать вашу, охренеть, как охренел!
Передо мной простирался приличных размеров зал с чем-то вроде арены посередине. Так же, как и на Марсовом поле, она была посыпана красноватым песком, на котором через магическое зрение виднелись наспех присыпанные кровавые разводы и другие большие пятна непонятного происхождения. Недалеко от меня у невысокого бортика валялась оторванная лапа какого-то насекомого-переростка.
Вдруг на высоком потолке зажегся яркий свет, и я, с непривычки, на миг зажмурился. Когда я открыл глаза, то наконец смог полностью оценить всю масштабность помещения и весь объем той задницы, в которую меня угораздило попасть. Вытянутая овалом арена была вся покрыта небольшими ямками и рытвинами. На ней тут и там виднелись останки каких-то чудовищных монстров. По двум ее сторонам стояли ряды поднимающихся ступенями скамеек, а в дальнем конце виднелся огромный проход, который, по идее, должен быть перегорожен массивной стальной решеткой.
Но сейчас этот гигантский черный зев, ведущий, по всей видимости, в какое-то адское гнездо мерзкой нежити, был открыт, и из него на меня выбегали приличных размеров пауки, щелкая острыми ядовитыми жвалами. А за ними уже показала свои три головы огромная гидра, которую, похоже, подталкивали сзади другие монстры, желающие побыстрее присоединиться ко всеобщему веселью.
