– И мы ещё надеемся успешно провести здесь важные деловые переговоры…! – недовольно высказался Маклуски, глядя на торчащее из тарелки с салфетками ухо непрошенного гостя.
– Этот тип нам тут совсем ни к чему! – поддержал его Доддс, – Он храпит, как стадо слонов; от него за версту разит спиртом; ко всему прочему, он занял стул, на котором должен был сидеть глава нашей делегации… Вести деловые переговоры в подобных условиях не представляется возможным. Наверно, нам стоит позвать администрацию забегаловки и попросить её удалить куда-нибудь этого назойливого субъекта?
– Боюсь, администрация нас не поймёт, – трезво взглянул на ситуацию Баннистер, – Посмотрите вокруг: Половина посетителей забегаловки ведёт себя ничуть не лучше, чем этот тип! Если мы начнём возмущаться, нас точно примут за каких-нибудь склочных дебоширов. И как бы нас тогда самих отсюда не выставили… Пересядем лучше за другой столик – вот и все дела!
Все трое оперативно перетащили свои стулья к соседнему столику (последнему, который ещё не был занят в этом заведении), оставив проспиртованного типа в гордом одиночестве с ухом в тарелке. А тот всё продолжал молодецки похрапывать и распространять вокруг себя алкогольный аромат…
– Ну как же громко он храпит! – выразил недовольство Маклуски, – И как же сильно от него разит…!
– Но вот он отвернул голову и прикрыл рот, – блеснул наблюдательностью Доддс, – Теперь весь запах уходит в другую сторону, а храп значительно ослаб… Пожалуй, сейчас условия для переговоров можно считать вполне сносными, – вынужден был признать он.
– Вот и я вам про то же! – подтвердил Баннистер.
В этот момент в забегаловку зашёл Лодердейл. Заметив своих коллег, он направился к их столику… Уже на самом подходе он вдруг обратил внимание на незнакомца с головой в тарелке и резко остановился. На его лице появилось настороженное выражение. Он с неприкрытым подозрением покосился на затылок и выставленное вверх левое ухо непрошенного соседа… (Правым тот уткнулся в тарелку с салфетками.)
– Не беспокойтесь: Он пьян в стельку и ничего не соображает, – заверил его Баннистер.
Однако бдительного Лодердейла отнюдь не удовлетворило подобное объяснение. Осторожно обойдя соседний столик по полупериметру, он протянул руку и аккуратно снял чёрные очки с носа похрапывающего посетителя.
– Ну вот, я так и знал! – воскликнул глава «Боевого щита», – Хафтон, это – вы?
Посетитель перестал храпеть, поднял голову и ошарашенно уставился на своих соседей по столикам.
– Вот так встреча! – произнёс он вполне трезвым голосом, – Лодердейл, и вы – тоже здесь? Никак не ожидал встретить вас в этой зловонной дыре!
– А теперь потрудитесь объяснить, какого чёрта вы тут делаете? – вскричал Лодердейл, весь кипя от возмущения.
– Уверяю вас: Я прибыл сюда по совершенно постороннему делу! – начал оправдываться Хафтон, – Мне и в голову не пришло, что я наткнусь здесь на вас…
– Ну и чудеса! – не смог удержаться от комментария Баннистер, – Он говорит внятно и без заиканий – но от него по-прежнему разит спиртом… Когда же он успел протрезветь?
– А он и не трезвел! – ответил за Хафтона Лодердейл, – Ему этого и не требуется – он всегда трезв, как стёклышко! Перед прибытием в забегаловку он специально прополоскал себе горло спиртом, чтобы сойти за пьяного… (Между прочим, его хитрости мне давно уже известны.) Хафтон, так с какой целью вы тут всё-таки ошиваетесь?
– Выйдем на улицу – там и поговорим! – предложил внезапно протрезвевший посетитель, резко поднимаясь из-за стола.
– Не хотите говорить при свидетелях? Ну что ж, я вас прекрасно понимаю… – хмыкнул Лодердейл, – Баннистер, будьте добры, подождите ещё минут десять! Сейчас я побеседую с этим типом на улице и сразу вернусь…
– Мы пойдём с вами! – уведомил его Доддс, уже успевший принять стоячее положение.
– Нет-нет, ваши любопытные уши нам совсем ни к чему! – попытался было возразить Хафтон.
– Не волнуйтесь: Мы с Доддсом не имеем ни малейшего отношения к охранному предприятию «Центурион»! – заверил его Маклуски, мгновенно уловив причину беспокойства собеседника.
– Да-да, они оба прибыли со мной из «Боевого щита», – подтвердил Лодердейл.
– Тогда я ничего против них не имею, – согласно кивнул головой Хафтон.
Оставив Баннистера одного за двумя столиками, все четверо оперативно вышли из забегаловки и остановились возле глухой стены соседнего здания.
– Доддс и Маклуски, позвольте представить вам моего давнего знакомого Хафтона из детективного агентства «Пинкертон»! – произнёс Лодердейл, возвращая своему давнему знакомому чёрные очки, – Надеюсь, я ничего не перепутал? Хафтон, вы ещё не поменяли место работы?
– Нет, – ответил тот, убирая уже ненужные очки в нагрудный карман своей кожаной куртки, – Всё жду и не дождусь, когда же наконец этот «Пинкертон» протянет ноги…
– Хафтон, мы очень рады с вами познакомиться, – проявил присущий ему такт Доддс, – Только хотим попросить вас: Пожалуйста, не разевайте рот слишком широко! От вас настолько разит спиртом, что мы опасаемся за нашу противопожарную безопасность…
– Постараюсь учесть, – пообещал Хафтон, почти не разжимая губ, – Похоже, сегодня я немного перестарался, когда полоскал горло… (Но не беда: Ещё час-другой – и пары обязательно выдохнутся!) А теперь я готов открыть перед вами все свои карты: Моё агентство «Пинкертон» дало мне задание проследить за Баннистером. (По счастью, он не знает меня в лицо.) Я должен был выяснить, с кем он встречается и о чём переговаривается… Конечно, мне и в голову не могло прийти, что он ведёт переговоры с вашим «Боевым щитом»! Когда вы подъезжали к забегаловке, ваша машина показалась мне знакомой – но не более того. Лодердейл, вы в тот раз из машины не вылезли, а через боковые стёкла мне вас разглядеть не удалось… Не стану скрывать: Для меня стало большим сюрпризом столкнуться с вами лицом к лицу в присутствии Баннистера!
– Так вы, оказывается, собирались шпионить за фирмой «Центурион»? – Лодердейл неодобрительно покачал головой, – Хафтон, а вам не кажется, что с морально-этической точки зрения ваше поведение никуда не годится?
– Истинная правда! – поддержал его Доддс, – Если бы вы честно и открыто укокошили Баннистера где-нибудь в тёмной подворотне, никто бы вам и слова дурного не сказал. Но шпионить за коллегами по профессии – это, выражаясь языком дипломатов, свинство высшей марки! Если бы Баннистер догадался, какими делами вы занимаетесь в этой забегаловке, он бы имел полное право дать вам в морду при всём честном народе…
– Мне и самому порой бывает неловко за своё поведение, – вздохнул Хафтон, – Но что поделаешь: Работа есть работа! Начальство дало мне задание – вот я его и выполняю…
– Ваши трудности нам хорошо понятны, – заверил Лодердейл, – Поэтому мы не станем выдавать вас Баннистеру… Но только при одном условии: Вы должны раскрыть нам все подробности задания, которое вы получили от своего «Пинкертона»! – проявил присущее ему профессиональное любопытство он.
– Не стану от вас ничего скрывать! – пообещал Хафтон, – Дело заключается вот в чём: На днях к нам обратился наш постоянный клиент Кеван. (Он всегда обращается к нам, когда попадает в сложную жизненную ситуацию.) Он попросил нас выбить один небольшой должок из одного его знакомого. Мы с радостью ухватились за это дело, поскольку в последнее время мы, мягко говоря, не избалованы вниманием клиентов. Итак, Кеван заключил с нами договор на обслуживание долгов, и мы приступили к работе… Мы начали напрягать знакомого Кевана с целью добиться уплаты требуемой суммы; но этот тип оказался не лыком шит – он обратился за помощью в тот самый «Центурион»… Сперва наши контакты с другой стороной продвигались неплохо. Мы провели несколько раундов переговоров и в целом добились кое-какого прогресса в поисках компромиссного решения. А переговоры со стороны «Центуриона» вёл как раз Баннистер… Но в последние несколько дней у нас начало складываться впечатление, будто «Центурион» намеренно увиливает от контактов с нами. Мы заподозрили, что эти хитрые ребята ведут какую-то двойную игру с намерением оставить нас с носом… Поскольку в последнее время я, мягко говоря, не перегружен работой, мне и было поручено проследить за Баннистером, чтобы выяснить, с кем он контактирует и какие новые махинации замышляет. Этим делом я и занимался в этой забегаловке, пока вы меня не рассекретили…
