— Поздравляю с окончанием школы сын! Куда будешь поступать?

— В медицинский…

Вот так вот, а ведь начиналось все со скульптуры и комка глины.

— Хороший выбор.

— Я знаю…

Поступил без проблем, скорее было бы более странным если б не поступил. Ставку сделал на лечебный факультет, втайне стремясь выбиться в хирурги. По этому делу даже записался в анатомический кружок. Скальпель держать научили. В союзе умеют учить. Анатомию знал так, что латынь отлетала от зубов, благо это мое второе обновление уже изученной ранее латыни.

Шесть лет пролетело как одно мгновение, и красный диплом по специальности «лечебное дело» в кармане. Параллельно по окончании ВУЗа и военной кафедры — получил звание лейтенанта медицинской службы запаса. Так называемый «березовый офицер».

Следующие два года пришлось отдать армии, куда меня призвали без лишних разговоров. Отправили служить в миротворческие экспедиционные войска в Анголу. Вот, где практики было столь много, что оторванные руки и ноги снились мне каждую ночь. Через два года мне присвоили звание капитана медицинской службы. Видать, посчитали необходимым наградить за успешное прохождение службы.

По окончании 3 года уговаривали остаться, но я твердо решил вернуться к учебе. Хотелось окончить ординатуру по хирургии. Вернулся домой красивым и подтянутым, климат в Африке засушливый, и что называется стройнит. На плечах гордо красовались нашивки — «Миротворческие силы ООН». Хм, вот помню что в прошлых жизнях такого не было, были одни лишь наблюдатели в миссиях от союза. А тут вот участвуем в совместных операциях с клятым западом, интересно одним словом.

Два года ординатуры пролетели мимо, будто их и не было. В последнее время я как-то странно ощущаю окружающий пространственный континуум. Бывает мир вокруг смазывается в мазок безумного художника, бывает обретает невыносимую четкость.

— Будете поступать в аспирантуру?

— Буду…

Еще три года жизни в режиме нонстоп, в Европе говорят лет семь не меньше занимает послевузовское образование, у нас в этом смысле гораздо легче. Терапия, все виды патологий, акушерство, гинекология, травматология, и много всего, что способно ввести в смущение неискушенный разум.

В свободное время читал медицинские журналы, стремясь узнать для себя полезное и новое. Врач обязан учиться всю жизнь, без остановки. Долго думал куда приложить свои силы, и в конце решил выбрать богатую практику…

— Рады тебя видеть Олег!

Да, я вернулся в состав миротворческих войск, подписав конракт на 10 лет. Служилось сразу скажу не плохо, все же на тот момент я уже был в чине капитана медицинской службы.

Жизнь крутила по планете как юла — Ангола, Вьетнам, Комбоджа, Индонезия, Северная Корея, Алжир, Египет, Израиль, Тунис, ЮАР, Конго, Нигерия, Мозамбик, Морокко, Судан, Ливия, Никарагуа, Колумбия, Куба, Боливия, Винесуэла, Мексика, Канада, Австралия…

Не везде шли боевые действия, чаще всего просто переводили по военным базам ООН, приходилось участвовать в международных учениях, медицинских треннингах и семинарах. Проходил годовое обучение даже в пресловутом Вест-Пойнте. К концу десятилетия хотел продлить контракт еще на десять лет. Но к этому времени СССР внезапно распался. Возращаться домой не тянуло, поэтому подал документы в Иностранный Легион. И что удивительно, меня приняли, не взирая на солидный уже возраст. Конкурс был щадящий. Рекомендации знакомого генерала из корпуса миротворцев открывали все нужные двери как по мановению волшебной палочки.

К мирной жизни я не стремился, поэтому подписал контракт сразу на 15 лет. Работы было много, Легион бросали в такое пекло, что диву давался, в бытность миротворцем все было куда как менее кроваво. В добавок к солидной заработной плате, присвоили звание подполковника медицинской службы. Под моим командованием никого не было, отказался — все же я больше хирург, чем командир, но все равно приятно.

Танзания, Берег слоновой кости, Мали, Сирия, Западная Сахара, Бенин, Буркина-Фасо, Гамбия, Гана, Гвинея, Либерия, Нигер, Мавритания, Сенегал, Сьерра-Леоне, Того, Габон, Камерун, Чад, Бурунди, Джибути, Кения, Руанда, Сомали, Уганда, Эритрея, Эфиопия, Ботсвана, Намибия, Лесото, Свазиленд. География наших боевых действий потрясает воображение. Франко-германский союз при помощи Легиона устанавливал собственную власть силой оружия и насилием. Я не воевал и не убивал, но косвенно также нес свою степень вины.

Мы погрузили этот регион, целый континент в сумерки цивилизации. Все человеческое здесь умерло, все сознательное утопло в теплоте соленой человеческой крови.

В свободное от работы время держал уши и глаза открытыми. Сколько кухонь и незнакомых блюд мне довелось испробовать. Сколько живописных мест удалось увидеть собственными глазами. Увидев как богата Африка на языки, бросил это дело так и не подступив к нему всерьез. Ограничился изучением истории каждой страны и алфавита. Выучил разговорник ООН по каждой стране пребывания, на этом и успокоился. Такого свободного времени, чтобы от души отдаваться языкам всерьез — не было. Ну и ладно.

На пенсию вышел с солидной денежной суммой во франках. Банковский счет радовал взгляд. Прикупив домик в пригороде Парижа, настоящий француз Пьер Вебэр отдался дегустации возвышенной и тонкой кулинарии.

«Грешен… каюсь…»

Поесть я любил. Французская кухня это я вам скажу что-то с чем-то. Прожить еще жизнь без этого чуда вряд ли возможно. С новым паспортом — весь мир был у моих ног. Выслал часть денег домашним, я им и так все время помогаю, но мне одному не нужно столько денег. Посетил Англию, Шотландию, Ирландию. Побывал в Швеции, Дании, Финляндии. Прокатился с ветерком по Испании, Португалии и Италии. А какая там кухня… это песня, а не кухня.

Балканы, Турция, те самые наглые Штаты. Новая Зеландия и вся Австралия. В прошлый раз не удалось разгядеть Австралию во всех мелочах, все же военная база ООН это режимный объект. Аргентина, Бразилия, Чили, Мексика. Мои кулинарные туры по земному шару вели меня все дальше и дальше от уже родного Парижа. Интересно, как много миль я намотал на самолетах вокруг экватора?

В этот раз к 80 годам я был все еще бодреньким и крепеньким старичком. Похоронив родственников как то полагается, помогал племянникам чем мог. Мелкие часто приезжали в гости. Один так и вовсе учился в парижском университете. Жизнь не таила никаких неожиданностей.

— Эй старичок, дашь закурить!?

Группа молодежи арабской и негройдной наружности нагло перекрыла мне проход по узкой парижской улочке.

— Мусье, вы хоть понимаете кому вы это говорите?!

Похоже пришло время вспомнить мои старые навыки с муай тай.

— Да ты вообще страх потерял старый пидор…

Как это и происходит в жизни. Мы можем только предполагать свое будущее. Тайский бокс мне не помог, он вообще мало что может противопоставить быстрой пуле.

— Азиз ты чего, неужели грохнул старика?

— Будет знать как выеживаться…

— Валим отсюда…

Не знаю, смог бы я сам спасти такого пациента. Рана была плохая, слишком близко от сердца.

«Африка блять… какого хрена мы несли им цивилизацию…»

Бегали бы с копьями, и был бы жив. Конечно шутка, но грустно. В этой жизни мне многое нравилось, слишком многое. Кто знает, что таит в себе незнакомое будущее. А потом была смерть…

— Давай в танчики…

Игровая приставка «Сега Мега Драйв 2» — это что-то новое в индустрии развлечений человечества.

— Может в «Мортал комбат»?

— Давай!

Каюсь, я впал в детство, вновь…

— Мы должны закончить перестройку, — вещал с экранов телевизоров президент СССР, товарищ Шеварднадзе.

«Эти точно закончат, давно пора», — простите мне мой сарказм, но после стольких жизней и миров, не могу воспринимать окружающее по-настоящему всерьез.

— Завтра не пойду в школу, — заметил между делом Илья, единственный в этой реальности мой друг и приятель.

— А чего так?