Он поднялся и опустив ей в руки клочок бумажки на котором записал свой телефон ушел. Вера на ватных ногах дошагала до палаты и войдя тяжело опустилась на стул у кровати сына.
Свекровь только глянув на Веру испуганного подскочила обняла ее спросив,– что случилось девочка на тебе лица нет, ты с доктором говорила…
Вера плакала, и никак не могла остановить поток слез льющийся ручьем из глаз, если бы рядом был папа или Андрей, или мама, а как решать ей. Она не справляется с такой тяжелой ношей, тем более понимая, что свекровь пойдет за ней, а если это обман, то они погибнут все, но и отнять даже призрачный шанс у своего ребенка она не могла.
Успокоившись она тихо произнесла,– поговорила с тем фантазером и знаешь мама мне кажется даже если нас троих закопают где-то в лесу это будет проще чем потерять единственный шанс на …
Она не договорила. Свекровь и так ее поняла прекрасно. Смотреть как умирает самый – самый дорогой им человечек они не могли. Лидия Петровна последние дни каждый день завидовала покойной Валентине Федоровне, та умерла быстро от удара не пережив внука, а им это еще предстоит. Они все еще не могли решится… а этой же ночью состояние Илюши ухудшилось. Мальчика увезли в реанимацию и по взглядам медиков они поняли, что все совсем плохо.
Доктор выйдя из реанимации на их расспросы долго крутил головой и выдавил,– состояние мы стабилизировали, завтра переведем его обратно в палату, но … он посмотрел в сторону и добавил,– неделя две больше он не выдержит. – Вы можете его навестить в реанимации.
Часики тикали и женщины глядя на тающего на глазах Илью решили заключить договор … и будь что будет, так далеко они не загадывали. Пусть они полные дуры и умрут потеряв все, но жить без Илюши тоже у них смысла не было. Приняв решение они как-то ожили, теперь нужно успеть доставить Илюшу в новый мир если он существует и попробовать хоть как-то обеспечить себя там на будущее.
Все вокруг них закрутилось очень быстро. Петр Иванович приехал сразу после звонка Веры и объяснял, что как не странно это звучит, но проход на «землю Надежды» находится рядом с Тамбовом их родиной и там работает другой куратор который их встретит и оформит все документы и подскажет что нужно с собой брать, а он поможет здесь с выпиской Илюши и необходимыми лекарствами на две недели. Ехать им нужно срочно, там тоже есть хороший врач и помнить, что им лучше всего уйти с первой партией переселенцев, а с проходом на землю «Надежды» иногда все решают часы.
Перед выпиской зашел в палату лечащий врач Ильи, лощеный, щеголеватый доктор в накрахмаленном, белоснежном халате.
Он уселся у кровати мальчика и пока его осматривал тихо произнес,– думаю у вас нет другого выхода. – Если бы здесь был хоть один шанс, то я бы вас отговорил. – И я приготовил вашему сына лекарства на пару недель, надеюсь он продержится, простите что не помог.
… А земля «Надежды» она есть, или…, – дрожащим голосом спросила Вера.
– Надеюсь есть,– пробормотал он,– мне передавали рисунки детей повзрослевших, которые ушли от нас в более тяжелом состоянии чем Илюша. – Но это сами понимаете не гарантия. – Мм… не должен вам говорить иногда оттуда передают необычные лекарства, … вам они не подойдут, но некоторым пациентам они спасают жизнь. – Они необычны,– повторил он,– и на земле таких нет точно, понимаете, это единственное доказательство.
Вера выдохнула,– хоть такая надежда.
– У меня к вам еще просьба, каждый раз, когда кто-то туда уходит я прошу взять с собой еще одного ребенка,– устало произнес врач. – Обычно люди соглашаются, говорят там детей охотно разбирают в приемные семьи, но в этот раз не смотря на то что собирают большую группу … и люди в общем то уходят обеспеченные … все отказались, а у меня три ребенка в терминальной стадии.
– А их родители как же, ну этих детей,– растерялась Вера,– они что вот так отправляют в неизвестность детей одних.
– Не совсем, дети из детских домов тоже болеют. – Вы не подумайте дети нормальные, они попали в детский дом из семей у них истории похожи на вашу, они в одной палате там дальше по коридору … если хотите можете к ним зайти… выбрать.
Веру передернуло от слов доктора, выбрать ребенка как вещь.
– Вы нам любого ребенка дадите или есть какой-то выбор,– пробормотала еще растерянная Вера, она никак не могла поверить, что им вот так просто еще отдадут малыша.
– Мальчик чуть старше вашего и две девочки двух лет и полугода.
– А если их никто не возьмет?
– Тогда без шансов.
– А, мы можем забрать всех троих? – Я не смогу спокойно жить зная, что я выбрала одного, а двое …
Доктор усмехнулся,– если вы согласитесь, то думаю мы это устроим, и даже вам их привезут уже перед уходом. – А ваша мама согласится?
Лидия Ивановна как раз уехала в магазин за коляской для Илюши. Малыш сам ходить не мог, а таскать его было неудобно, все-таки он довольно высокий для своего возраста и еще у него все болело, а так если положить его аккуратно в коляску и везти все же проще и им тоже.
– Думаю мы с ней решим этот вопрос положительно, -твердо пообещала Вера, ей показалось что отказываться от чужих детей сейчас это напугать удачу.
Она бы и десяток других детей взяла с собой лишь бы это спасло Илюшу.
– Как я уже сказал важно доставить их туда … если вам будет тяжело их содержать там… их усыновят, но одних отправлять нельзя. – Все попадающие на «Надежду» какое-то время находятся в карантине, а младенцы сами за собой ухаживать не смогут. – Если решитесь позвоните и их привезут к вам в Тамбов перед вашим уходом.
Врач быстро написал на бумажке телефон и ушел из палаты, а Вера лихорадочно стала собирать вещи. Она с недоумением держала в руках платье, которое взяла с собой в больницу непонятно зачем, тем более такое откровенное. Долгое время она вообще не понимала откуда оно, и только через какое-то время до нее дошло что в той прошлой жизни, когда она не знала о болезни ребенка на работе они собирались что-то праздновать, и она купила это платье специально что бы удивить подчинённых, а получилось, что оно болталось в сумке, когда она поехала с работы в больницу к Илюше. … А дальше все как в тумане мама умерла, а она даже с ней не простилась. Вера помяла в руках платье и без сожаления выкинула дорогую тряпку в урну с такой злостью как будто оно виновато во всех ее несчастьях. Вытерла накатившие слезы и принялась яростно утрамбовывать вещи. Последнее время она не вылазит из удобных спортивных костюмов, таскать Илюшу, перекладывать его нужно в удобной одежде. Они со свекровью долго решались, а теперь уже даже с каким-то отчаянием пытались все успеть и уже взяли билеты на вечерний поезд в Тамбов и пропускать его нельзя. В поезде под перестук колес женщины уложив спать Илюшу несмотря на усталость проговорили почти всю ночь.
Лидия Ивановна узнав про детей не колебалась не секунду,– если нам суждено вырваться из этой передряги и спасти Илюшу, то мы с тобой вытянем и еще троих детей. – Это как знак вселенной и отказываться нельзя, может я заумно говорю, но еще нам трех детишек предлагают, как компенсацию за …,– и она испуганно заткнув себе рот обеими руками замолчала.
Они до сих пор не верили, что все что с ними происходит правда и о будущем пока не мечтали и не говорили боясь сглазить удачу. Порассуждав что им может понадобиться в диком мире где нет промышленности, производства и техники они стали составлять список чего им может понадобится и где им все это купить. Иван Петрович сказал им что он работает вербовщиком на землю «Надежды» по Москве, а в Тамбове их встретит и будет сопровождать другой человек который им поможет не только расстаться с недвижимостью, но и закупить все нужное для жизни там, а может что и посоветует. Проход туда работает нестабильно и им нужно уложится с покупками и оформлением дел буквально в неделю. У уходящих людей из Москвы расценки другие, а там все рядом и дешевле и выбор больше, тем более если они берут трех детей, то будут скидки, какие он тоже не знает в каждом регионе своя тарификация. … И чем ближе к переходу люди живут, тем дешевле им будет стоить переправить вещи. Иван Петрович заверил что все что они оплатят из вещей туда дойдет до них обязательно, может только с опозданием, ведь стараются в первую очередь отправить людей. Советовать он не имеет права такое условие живущих на «Надежде» аборигенов. Они считают, что люди которые к ним идут должны сами решать, что им брать, почему так он не знает. Вера сразу почему-то решила, что это своеобразный тест на выживаемость, если человек не думая перейдет в новый мир, то он не жилец. Здесь то у нас есть все для жизни, и мы привыкли к комфорту и особо не задумываемся о завтрашнем дне. Некоторые люди, когда у них случается беда быстро меняются стараясь справится с проблемами, а некоторые деградируют и скатываются по социальной линии на самое дно.
