– Опухоль мозга, ориентировочно глиобластома. – Выживание двенадцать – пятнадцать месяцев после установления диагноза, рубил врач короткими фразами надежды женщин на хороший исход.
Валентина Федоровна услышав диагноз внука упала замертво и спасти ее не смогли, сердце не выдержало новой беды. Врачей вокруг было много, и они старались ее завести, но… Вера считала, что мама просто не захотела больше жить. Так на нее обрушилось сразу двойное горе. Лидия Ивановна с трудом удержалась на ногах понимая, что если она также сдастся у внука не будет шанса на выздоровление. Вера одна не вывезет. Она взяла на себя все заботы о похоронах Валентины Федоровны, а Вера поехала с Илюшей в Москву в детский онкоцентр надеясь на чудо даже не попрощавшись последний раз с матерью. Повторное обследование Илюши подтвердило диагноз тамбовских врачей. Первую операцию провели через пару дней срочно и вроде как удачно. В голову малыша сразу вживили катетор и стали капать химию. Состояние малыша тут же ухудшилось, препарат заменили, но… лучше ему не становилось. Лечение меняли дважды, а сколько было консультаций врачей из других клиник не сосчитать. Вера даже дышать забывала от страха за сына, и сделать ничего не могла. Если бы нужны были деньги или за границей смогли бы ему помочь лучше, чем в Москве, но нет. Здесь для малыша все сделали правильно, вовремя и никакая операция в Германии или Израиле не дала бы лучший результат. Лидия Ивановна тем временем похоронила Валентину Федоровну и тут же приехала в Москву к внуку. Она сняла рядом с больницей квартиру и теперь приходила ежедневно в больницу посидеть рядом с внуком и Верой. Илюша не кричал, не плакал, лежал молча как маленький старичок и когда ему было больно он крепко сжимал руку матери или бабушки. Говорливый, подвижный, развитый не по возрасту мальчуган буквально сгорал на руках у двух любящих его женщин, и они ничем не могли ему помочь. Беспомощность убивает и женщины умирали вместе с ним. Лидия Ивановна иногда откровенно завидовала быстрой смерти Валентины Федоровны, гораздо страшней вот так было сидеть у постели внука и понимать, что ты ничего не можешь сделать. Они если с ним что случится не переживут обе и это она тоже хорошо понимала, запас прочности иссяк. По разговором врачей женщины догадывались что дела у Илюши плохи и что даже года как они надеялись он не проживет и … надеялись на чудо даже боясь обсуждать состояние ребенка между собой. В один из таких мрачный пасмурных дней к ним в палату заглянул странный невзрачный человек ну с очень неприметной внешностью и долго расспрашивал женщин о состоянии ребенка, а затем вызвал на разговор Лидию Ивановну. Вера подумала, что это новый врач интересуется состоянием ребенка. Иногда безнадежных детей набирали на экспериментальные лечение и это давало хоть призрачный шанс на будущее. Свекровь отсутствовала очень долго, а когда вернулась была встревоженной и какой-то растерянной.
– Кто этот человек мама,– спросила Вера, обеспокоенная состоянием свекрови.
У них и так одни проблемы и вроде уже куда еще больше и на этом фоне расстройство свекрови выглядело угрожающе.
– Думаю, что это шарлатан,– выдохнула Людмила Ивановна,– такого мне наговорил, я конечно старая и всю жизнь прожила за широкими плечами мужа, но не наивная дурочка.
Вера удивилась, такой разраженной свекровь она еще не видела. Она взяла ее за руку и прижалась к ней.
– А, что он такого сказал или это тайна.
– Да что ты девочка моя,– свекровь тоже обняла Веру и не удержавшись заплакала, без всхлипов, слезы просто против ее воли текли ручьями по ее измученному лицу. – Он сказал, что здесь на земле Илюшу не спасти, но можно нас всех переселить в параллельный мир или другой. – Он сказал, что рядом с нами их существует много и в одном из них как раз такие болезни тут же излечиваются.
Она высморкалась и вздохнула,– и я просто ушла даже не стала его дослушивать.
Теперь растерялась Вера,– а что нужно что бы туда попасть?
– Да как обычно … отдать все квартиры, сбережения. – Он сказал туда можно взять часть вещей с собой, там вроде как людей совсем мало и мир дикий, но можно там купить дом, скотину и жить почти с удобствами. – Боюсь такие мошенники выманивают деньги у доверчивых и растерянных дур в сложных жизненных ситуациях как наша и … просто пускают их в расход. – Ты же видела его лицо, он неприметный, а за нас теперь и заступится некому и совета спросить нам тоже не у кого.
Вера вздохнула они всегда жили дружно своей семьей это правда. Родственники дальние были, но они с ними общались не часто и без особой теплоты, как-то не сложились отношения. Друзья семей конечно были, но спрашивать у них совета, да еще по такому поводу глупо. Все вопросы с Илюшиным лечением решать только им.
– Знаешь если бы точно можно было за все наши деньги и квартиры купить ампулу с лекарством и спасти Илью я бы не колебалась ни секунду,– продолжила разговор свекровь, – мы бы выжили по любому, лишь бы малыш был здоров … больше нам ничего не нужно, а так.
Больше они этой темы не касались целых два дня. Вера конечно не могла этот разговор просто так выбросить из головы. Она знала их сейчас обмануть легче легкого. Не так давно после страшного теракта в учебном заведении погибло много школьников разного возраста, и мошенник со страшной фамилией «Могильный» ухитрился на горе женщин потерявших своих детей сколотить состояние не боясь закона. Он ведь даже с экранов телевизоров что-то вещал и его никто не останавливал и даже вроде после шумихи и доказательства его вины … его просто отпустили. Он наверняка и сейчас охмуряет людей создав новое учение только уже не так громко. Наверняка ушел в тень и так же охмуряет доверчивых дурочек пользуясь тем что они от горя соображать не могут. …А как бы было здорово сбежать даже в дикую страну, если бы там можно было вылечить Илюшу. Они бы и там выжили, ерунда. Люди везде приспосабливаются, но скорее всего это еще один развод на деньги. Чем темней становилось на душе, тем чаще Вера мечтала хоть как-то спасти сына и если бы она знала, что этот вариант настоящий не колебалась бы ни секунды. Малыш сгорал на ее глазах, а она находясь рядом мучилась от своей боли и беспомощности. Вера старалась выкинуть этого мошенника из головы и тут же выйдя из палаты в общий коридор как назло увидела этого неприметного мужчину, разговаривающего с их лечащим врачом и ее это поразило. Если бы люди с детьми пропадали бесследно, то, наверное, все равно кто ни будь забеспокоился. Ведь не могут в центре столицы в крупном медцентре так в открытую ходить убийцы, и шарлатаны и она решилась сама поговорить с этим странным человеком, надеясь на то что свекровь в таком же как у нее состоянии просто что-то недопоняла. Она дождалась, когда он закончит разговор и собрав всю свою решимость в кулак подошла к нему.
– Простите я хотела с вами поговорить, вы разговаривали с моей свекровью, меня зовут …
– … Вы Вера и я вас помню. – Что вы хотите узнать,– ответил мужчина устало, мельком поглядывая на часы.
Он не выглядел мошенником, хотя Вера головой понимала, что такие люди как раз и выглядят обычно, и располагают к себе.
– Хочу услышать, что вы говорили Лидии Ивановне, сама лично от вас без посредников,– неожиданно для себя выпалила она.
– Мальчик сейчас с ней…
Вера махнула головой,– у меня есть час поговорить с вами.
– Меня зовут Петр Иванович,– он снова взглянул на часы,– не хочу показаться невежливым … со временем у меня как раз сейчас туго, но минут пятнадцать есть. – Не будем терять время.
Они уселись тут же на небольшой диванчик в углу. Вера смотрела на снующих по коридору врачей, таких же как она мамочек с детьми или без и боялась услышать … и отказ … и явную насмешку над их ситуацией и откровенный лохотрон что не сразу поняла, о чем он вообще говорит все его слова доносились до нее как сквозь вату.
– … Ну что сказать, кроме нашего мира есть еще несколько, не буду их перечислять. – Последние годы с нашей земли уходит много людей по разным причинам, но меньше всего на землю «Надежды». – Так мы ее называем. – Туда уходят безнадежные больные, одни и с семьями. -Там тяжело выживать тем более вам женщинам, ведь больше у вас никого нет. – Вам я не хотел предлагать боясь даже если ваш сын там вылечится вы все погибните, поймите это дикий аграрный мир. – Мы с людьми с мира Надежды можем общаться письмами, обратной дороги нет и если решитесь … вам придется поверить нам на слово… доказательств у меня нет. – Если что я просто откажусь от своих слов. … и еще у вас на обдумывание только неделя. – Проход туда нестабилен и откроется через как раз через полторы – две недели и там собирается большая партия людей, а вам еще нужно оформить документы купить необходимые вещи …, и ваш мальчик может умереть раньше. – Сожалею, но прогноз у него плохой, так что решайте сами.
