Прости, Миледи, так надо! Это лучше, чем Лосяра пойдет тебя искать и ты опять уедешь кататься на Скорой помощи. Прости, Игорек, ты в командировке в Питере, и мой рассказ никак не проверить!

— Что ты гонишь? — он резко вспыхивает и у меня сразу же начинают трястись коленки, — Что за херню ты мне тут несешь?

— Говорю, что знаю… Сам же просил! Да отвяжись ты уже от меня! Ты понимаешь, что у меня ребенок на холоде стоит с воспиталкой? Не веришь, иди поднимись, поспрашивай, хер знает, расскажут первому встречному или нет…

— Номер ее у тебя есть? — шипит очень злобно и раздувает ноздри.

— Должен быть, минуточку.

Залезаю в самый дальний карман и специально пододвигаюсь к Лосю поближе, чтобы ему было хорошо видно экран моего мобильного. Ищу в справочнике контакт с именем «Секретарь 2 этаж» и протягиваю трубку чертиле.

— На, записывай, только не говори, что я дал. Мне вообще никакие проблемы не нужны. Зашел, блин, за круассанами, на свою голову, — очень недовольно бурчу под нос.

Лось клацает по экрану и возвращает мне трубку.

— Спасибо, — говорит мрачно.

— Да иди уже, у меня там Зайка мерзнет!

Дылда вываливается и я быстро газую, собираю десять тысяч светофоров и страшно нервничаю, так и не терпится проверить второй телефон, но боюсь, что если начну отвлекаться, обязательно во что-нибудь впишусь. Только припарковавшись у Лехиного сервиса, достаю из заднего кармана пассажирского сиденья вторую трубку, стоявшую на беззвучном режиме. Уже четыре пропущенных, писать смс Лось пока не додумался, но скоро додумается.

Крепко сжимаю в руке телефон, вздыхаю и выхожу из тачки.

В гараже бешено долбит бас, Леха вымазанный машинным маслом, копается под капотом очередной тарантайки. При других обстоятельствах я бы с радостью отвесил ему пендаль, но я не в настроении, поэтому просто хлопаю его по плечу.

— О, гном! А ты чего тут? — разворачивается, вытирает руки об старые джинсы и орет.

— Звук убавь! — я недовольно мощусь.

— Сейчас! — Леха шлепает к колонке и вырубает Макса Коржа, — Я сегодня буду долго, Костик, у меня сроки горят.

— Да я по делу…

Смотрю на дебильного очень серьезно и нервно поджимаю губу.

— Лелик, у меня для тебя задание, умоляю, не изговняй! От этого зависит моя счастливая семейная жизнь…

Зуев ведь предлагал мне свою помощь, время пришло, а довериться мне все равно больше некому.

— Что такое? — спрашивает взволнованно.

— Вот возьми, — я протягиваю ему телефон, — Слушай и запоминай! На него будут звонить, поднимать трубку нельзя ни в коем случае, ни с каких номеров. Даже, если это я звоню, понял? Даже если я напишу: это Костик, возьми трубку- ты просто игнорируешь. А когда пойдут смс, читаешь и посылаешь в жопу. Что-то игнорируешь, на что-то отвечаешь посыланием нах*й, ты это любишь и умеешь…

— А что происходит? — Леха очень недоверчиво на меня косится.

— Папаша нарисовался, — говорю грустно, — Случайно встретили его на улице, выкрутил Андоленко все руки, пытался в тачку затолкать, она потом всю ночь рыдала, даже скорую вызывали. Короче, он думает, что это ее номер. Ей с ним контактировать никак нельзя и так лежит на больничном. Я бы сам, но так рисковать нельзя, Миледи все время рядом, да и чучело может обыскать…

— Во дела… — Зуев удивлено чешет репу, — И что тебе это даст?

— Пусть оклемается немного, Алине сейчас стресс не нужен, пусть чертила думает, что он с ней общается, а я пока выиграю время, чтобы еще что-нибудь придумать.

— Ладно, — Леха подозрительно быстро соглашается.

— Только без самодеятельности, пожалуйста! Читаешь- посылаешь!

— Не учи ученого, мелкий! Пошлю от всей души и от чистого сердца!

— Спасибо, отец!

— Костик… — опять смотрит на меня немного прищуриваясь, — Ты же не собираешься что-нибудь нах*евертить? Они же поговорят между собой, как взрослые люди, когда Андоленко поправится?

— Естественно! — я уверенно киваю.

— Ладно тогда…

Вот ведь голова, два уха… Святая простота! Игошин свое не отдаст никогда в жизни! Этот Лось не заслуживает ни такую шикарную девушку, ни ребенка, которого не хотел. Надо только качественно обмозговать, что сделать, чтобы черт скрылся со всех радаров и мы снова зажили спокойно.

Глава 12

Два дня прошло, а великий Игошин все еще дергается, хотя вроде как все идет по плану. Алина тоскливо лежит у телевизора, поглощает литрами томатный сок и смотрит всякую чушь. Зуев отчитался, что послал Лося три раза, а он все пишет и пишет. На работу ко мне он так и не сунулся, а я жутко переживал, что он пойдет перепроверять мою легенду. Это мало вероятно, но если он выцепит Петренко или пойдет на прямую к Аркадичу, чтобы узнать какие контакты указала Алина при устройстве, мне конец…

Не знаю, как перестать об этом думать. Сижу в нашем офисе, гоню от себя все мысли и слушаю монотонный стук по клавиатуре, раздающийся со всех сторон. Офисный планктон работает, один Игошин, как обычно, очкует. Внезапно раздается громкий хлопок двери, не свойственный кому-нибудь из наших и я навостряю уши. Вдруг это Лосяра!

— Кто тут Роман Аркадьевич? — помещение разрезает звонкий девичий голос и я покрываюсь мурашками.

Нет, это не Лось! Хуже! Это ведьма прилетела на своей метле! Испуганно высовываю голову из-за своей перегородки, чтобы убедиться, что не ошибаюсь. И правда, вурдалачка… Стоит с огромной папкой и смотрит, как к ней спешит поросенок.

— Семашкина передала, — она протягивает ему папку, — Все нормально, подписали.

— Хорошо, — радостно улыбается Аркадич, — Передайте Нине Степановне, что я на днях перезвоню.

Ведьма собирается разворачиваться, но в последний момент вертит бошкой и сразу же натыкается глазами на мою торчащую, любопытную физиономию.

— О! Игошин! — она расплывается в широкой улыбке и сразу чешет в мою сторону.

Только не это! Вскакиваю, думаю, в какой угол прятаться, но она так быстро подлетает к моему столу, что так и остаюсь стоять истуканом.

— Оказывается, мы с тобой коллеги, Костик! — тянет довольную лыбу.

Молчу, рассматриваю ее лицо, впервые вижу ее при ярком свете. Не такая уж и жуткая, не знаю, почему я так ее боялся. Совершенно обычная девчонка.

— Чего молчишь? И вообще, встань, когда с девушкой разговариваешь!

— Так я стою! — раздраженно бубню под нос.

— Да шучу, — ведьма опять лыбится и бесцеремонно хлопает меня рукой по плечу, как будто мы старые приятели, — Просто ты мелкий такой!

— А ты прямо крупная? — я строю злорадную мину, — Сантиметра на два, наверно, выше?

— Да нет… Это силиконовая накладка под пятку, сразу плюс четыре сантиметра в любой обуви!

— Серьезно? — подозрительно смотрю на ее ботинки.

— Ага! — пожимает плечами, — Так что, не один ты на свете такой гном!

— Да сама ты гномиха! — пищу возмущенно, — И ведьма!

— А ты коротышка! И ссыкун, вечно почему-то трясешься!

— Потому что ты жуткая, как будто тебя три дня назад из могилы раскопали!

— И кто мне это говорит? Карлик, который отстал от своего цирка?

— Вурдалачка!

— Недомерок!

— Детеныш Уэнсдей и зомбака!

— Табуретка!

Хочется ее задушить прямо на этом месте и я жутко краснею, чувствую, как бешено колотится мой пульс.

— Лохудра!

— Че? — она таращит глаза и поправляет свой аккуратный черный хвостик.

— Ладно! — я закатываю глаза и копошусь в башке, — Упыриха!

— Хоббит! Лилипут! Зубная фея!

— Целуйтесь! — Поворачиваем головы на звук и видим противную морду Феди Петренко, наблюдающего из-за своего стола за нашей перепалкой.

— Пошел в жопу! — говорим хором, осекаемся и отходим друг от друга немного дальше.

— Продолжим? — смотрит на меня своими довольными, ядовитыми черными глазами.

— У меня кончились синонимы к слову «Ведьма», — говорю немного расстроено, хотелось бы поставить на место это выскочку.

Молчит, опускает ресницы и какое-то время рассматривает пол, а потом снова возвращается в моему лицу и бормочет.