Глава 2. Сложные обстоятельства

Место действия – космическое пространство близ границы между Гирканской Империей и Земным Альянсом

Русанов ответил на приветствия офицеров и сменил Измайлова, который уступил тактический пульт командиру.

-- Принят сигнал бедствия, товарищ каперанг, -- сообщил старпом и так известную новость.

-- Вижу. Откуда он пришел?

-- С гирканской приграничной территории. Планета Фесни. Высший уровень, как при планетарной катастрофе или в случае войны.

-- Их правительство выходило на связь?

-- Нет.

-- Другие корабли на сканерах?

-- Тоже нет.

-- Очень интересно…

Русанов задумался, постукивая пальцами по подлокотнику и рассматривая объемную схему приграничного сектора.

-- Что за планета Фесни? Информацию из репозитория на экран.

-- Я уже запрашивал, командир. Планета обитаема. Гирканская колония из захолустных. Формально -- некая житница, выращивает для армии еду. По сути — еще одно пиратское гнездо. Не сказать, чтобы серьезная заноза в заднице у Альянса, но место малоприятное — оттуда пощипывают наши поставки на фронитр.

-- Вот, как... Предлагаешь игнорировать сигнал?

-- Я бы игнорировал.

-- Между Лигой Земли и Советом Гиркана существует старое соглашение. Касается оно помощи при катастрофах, такой вот анахронизм.

-- Я даже и не знал.

-- про этот документ все забыли.

-- Они когда-нибудь нам помогали?

-- Никогда.

-- Тогда мое мнение не изменилось — игнорировать.

-- Экий ты... справедливый. Нельзя-нельзя. Тут замешана тонкая политика. Лига Земли, в общем-то, за мир с гирканцами, но аналитики Флота говорят -- все идет к войне. Если мы окажем Фесни помощь, это может оттянуть начало драки. Поэтому, сделаем как положено -- выйдем на связь с их планетарной обороной.

-- Я уже запрашивал — не отвечают.

-- Тогда, по букве соглашения, мы имеем право пересечь границу для оказания помощи.

-- Все это сильно пахнет ловушкой.

-- Не преувеличивай. На наших сканерах чужих кораблей нет. У сирмийцев и гирканцев технологии маскировки нет. Значит, там не засада в космосе, а действительно катастрофа на грунте. Выйдем на орбиту, снова запросим связь. Если опять не ответят, решим, высаживаться на грунт или нет... Система! Автоматический курс на Фесни. Стажер Квадригин, присматривай за навигацией. Малый варп-прыжок.

Звездной небо за иллюминатором мостика смазалось и сверкнуло белизной. Точка обзора на голограмме сектора переменилась. Русанов ощутил короткую боль, после чего реальность вернулась — та же и вместе с тем не та.

-- Расход минус-материи штатный, -- доложил главный бортинженер. -- Маневровые двигатели в норме.

-- Квадригин, оцени обстановку.

-- До выхода на орбиту Фесни — двенадцать минут.

-- Каперанг, нам нужно поговорить, -- настойчиво попросил Измайлов.

-- Позже, старпом. Сейчас — включить сканеры. Открыть экстренный канал связи…

В эфире царила нехорошая тишина. Осмысленных звуков не было, помехи отсекали фильтры. Экран тоже оставался пустым, пока результаты сканирования не переключили на него.

-- Да ёшечки же матрёшечки, -- не выдержал борт-инженер Прозоровский.

Изрядный кусок поверхности Фесни пылал. Там горело все — склады, жилые бараки, космодром с рядами уже разбитых, но когда-то быстроходные малых кораблей. Картину довершила детонация склада — там рвануло так, что ударная волна снесла остатки хибар.

-- Все-таки удар с орбиты, -- сказал враз помрачневший Русанов. — Но, черт их возьми, зачем?

-- Капитан… -- снова заговорил Измайлов, на этот раз в голосе старпома звучали нотки укора.

-- Стажер Квадригин, займи кресло капитана, -- приказал Русанов, вставая. — Ничего тут не трогай, просто наблюдай. Измайлов, пошли, поговорим…

* * *

-- Ну что скажешь, друг-псионик? – спросил Русанов, как только они с Измайловым покинули мостик.

-- Моя паранормальная интуиция нашептала, будто мы тут в заднице Галактики и высаживаться на грунт ни в коем случае нельзя.

-- А то что?

-- А то вероятность вернуться примерно нулевая.

-- И откуда ждать опасности — с грунта или из космоса?

-- С грунта.

-- Да у них и планетарной обороны, похоже, не осталось…

Измайлов пожал плечами.

-- Не надо недооценивать гирканцев. Даже при больших потерях они ребята стойкие. Кстати, если высадишь на Фесни наших людей, давай, вместе с ними пойду я.

-- Почему ты?

-- Потому когда-нибудь объясню. В общем, это личное.

-- Раз уж личное, я тебя точно туда не пошлю. Высажусь сам ради дипломатии, возьму отделение десанта для охраны. На Фесни УСП -- полтора «же», наденем экзоскелеты. Ты подстрахуешь нас с орбиты.

-- Сережа…

-- Что?

-- Остановись. Твой азарт — твое слабое место.

-- Как ты не понимаешь, это не азарт. Это редкая возможность разобраться на месте, кто мутит воду в гирканских секторах. Мы не пойдем — в пекло пойдут другие, а они — такие же люди.

-- Ладно, делай, как знаешь, твое право, командир, -- Измайлов махнул рукой, очевидно, сдаваясь. — инструкции для меня, как для заместителя будут?

-- Еще как будут. На рожон не лезь, с опасностью для корабля меня не спасай. Если что случится, уходи в варп и на территорию Альянса.

* * *

Облако иллюзорных искр растаяло. Телепорт навели неточно и Русанов упал с небольшой, сантиметров пятнадцать, высоты. Экзоскелет заскрипел и смягчил толчок. Дыхательная маска на лице превращала загаженный дымом воздух Фесни во вполне пригодную для дыхания смесь.

Капитан осмотрелся. Пустошь, рады, возможно, съедобных кактусов, уже догоревшие бараки и ангары. Разбирая система полива сочилась струйкой грязной воды.

-- В радиусе трех километров признаков жизни нет, -- доложил командир отделения.

-- Орудийные установки, летательные аппараты?

-- Никак нет, чисто.

--Прочесать территорию. Черные ящики, устройства связи... если уцелели — собираем всё. О выживших гирканцах докладывайте немедленно.

Отделение, поддерживай радиосвязь, рассредоточилось. Русанов тоже не остался без дела — он следил за ходом операции через ВР-визор. Схема накладывалась на картину разрухи. Красными точками на карте маячили десантники. Все, замеченные ими объекты, тот же появлялись на общей карте.

-- Сержант Лямин, что там у вас?

-- Найдены "двухсотые" гирканцы. Все взрослые, в основном мужчины.

-- На кого похожи?

-- На боевиков. У них тут был пиратский хаб -- очень много сгоревших стволов.

-- Перемещайтесь осторожно.

-- Мать...

-- Что?

-- Вижу признак жизни.

-- Где?

-- По направлению на три часа.

-- Ничего не вижу.

-- Да вот же он, мерцает... Теперь погас.

Капитан коснулся браслета. Микродрон, входивший в состав экипировки, вспорхнул, оторвавшись от наплечника брони и полетел туда, где возможно, оставался выживший гирканец.

-- Сержант, доложите обстановку.

Русанову, как ни странно, не ответили. Точка, которая обозначала на карте Лямина, внезапно померкла.

-- Все, кто меня слышит… если сержант в зоне видимости, подайте ему знак возвращаться.

-- Есть, капитан, -- пришел ответ, но голос тут же прервался.

Сержант не отвечал, не отвечали все десантники. Один из солдат (небольшая фигурка вдалеке), вдруг пошатнулся и упал без единого звука. Все десять ярких точек на виртуальной карте погасли.

-- Срочная эвакуация! — гаркнул Русанов. — Алконост, прием! У наст тут ЧП неясной природы. Вытаскивайте десант телепортом.

-- Не можем захватить цель, товарищ каперанг, -- раздался в наушнике голос оператора. — Не видно никого, кроме вас.

-- Меня пока не поднимайте. Сначала солдат.

--Да я пытаюсь...

Связь прервалась. Потом заклинило экзоскелет брони, и пистолет оказался бесполезен. Русанов, ругаясь, расстегнул замки и вывалился из «каркаса» на грязную глину. Полуторная сила тяжести навалилась так, словно на спину забросили тяжелый мешок.