После лекции мы отправились в следующую аудиторию уже вместе.

— Кирана, ты говорила, что из простого сословия, расскажи, как ты попала в академию? — я очень легко перешла с девушкой на «ты».

— С трудом, — ответила Кирана, усмехнувшись, пока мы шли. — При первом поступлении не прошла экзамены, целый год ходила на подготовки, которые есть в академии для простых горожан. И только на второй год поступила. На экзамене меня оценил декан факультета зельеварения, хотя я поступала на целителя. И поскольку на зельеварении было стипендиальное место, а на целительстве только платные, то пришлось идти учиться на зельеварение.

— Как тебе удается учиться и работать? Это ведь трудно.

— Да. И я боюсь в этом году потерять стипендию. Но и бросить работу не могу, я помогаю своей семье. В будни я работаю в столовой, а в выходные иногда подрабатываю в городе.

— Почему ты можешь потерять стипендию? — спросила я.

— Ну, по некоторым предметам и в прошлом году я еле-еле получила нужные для стипендии баллы и вошла в рейтинг стипендиатов. А в этом у меня шансов почти нет.

Я уже поняла, что поощрять адептов в академии было принято баллами к некому личному рейтингу, полученными за выполнение заданий. Особо отличившимся, преподаватели могли дать дополнительные баллы, а провинившимся их вычесть.

— Вот как? И по каким же?

— Боевая подготовка, боевая стихийная и защитная магия — самые ненавистные для меня предметы.

Я посмеялась.

— Тебе просто нужно больше практиковаться, — посоветовала ей. Мы дошли до аудитории и сели на свои места.

Подошел парень с факультета зельеварения и прошипел:

— Что, нищебродка, нашла себе знатную подружку? А ты рассказала, как по выходным полы моешь в кабаках, и ни в чем никому не отказываешь? — и нагло улыбнулся, оценивающе разглядывая уже меня.

— Ты и сам не аристократ, Вален, — тихо заметила Кирана.

— Но не мою блевотину за аристократами, — продолжал нападать он. — Такие знакомства не для тебя. Знай свое место, нищебродка.

— Ты слишком громко завидуешь. Попробуй сам поработать, может, тоже заведешь себе «знатную» подружку, — вмешалась я. — Ты пришёл портить нам настроение, потому что у тебя день сегодня плохой? Или ты по жизни обиженный и злой?

Парень стиснул зубы и отошел.

— Спасибо, — поблагодарила Кирана, — но не стоило.

— Кирана, — у меня появилась идея, — ты ведь хороший зельевар, если смогла заслужить стипендию, давай ты по выходным лучше будешь мне помогать? Мне для артефактов нужны эликсиры и зелья. А времени на них уходит много, если делать самой. Я тебе за каждый платить буду по рыночной цене. У тебя появиться больше времени на тренировки. А еще я по утрам каждый день бегаю. Если хочешь, присоединяйся, подтянешь свою физическую форму. Я заметила, что и бегаешь ты не очень.

Кирана удивленно на меня посмотрела:

— Почему ты мне хочешь помочь, Лея? Ты ведь меня совсем не знаешь.

— Ты не плохой человек, как мне кажется, и мне нравишься. А помощь мне действительно нужна. Но учти, плохие зелья брать не буду, — ответила я просто.

— Можно попробовать, — сомневалась она. — Я согласна. И спасибо, тебе за… всё.

— Отлично, — обрадовалась я. — Считай, что ты нанята. Я составлю список, что мне нужно и дам деньги на расходники, в субботу можно будет сходить в город и все купить. Мне туда тоже по делам нужно. Ты ведь город знаешь?

— Да, я здесь родилась. Но утром в субботу у меня отработка боёвки, если тебя устроит, то можно после обеда сходить. И бегать утром я согласна.

— Устроит, — ответила я. — А утром встретимся перед полигоном, не опоздай.

Зашел преподаватель и у нас началась лекция по магической геологии.

На обед мы тоже шли вместе, но в столовой разошлись. Я отправилась к своему столику, набрав себе поднос с едой.

— Как зачет по зельеварению? — после того как мы поприветствовали друг друга, спросила Линетта.

— Метр Берз подкинул мне в зелье иллюзий болиголов, — призналась я.

— Не сдала? — поинтересовалась девушка.

— Сдала, но было трудно.

— Вот ведь! — возмущенно воскликнула подруга. — Метр Берз такой противный, у него невозможно высший балл получить совсем. Редко даже хорошую оценку выставляет. А оказывается, он сам зелья адептам портит.

Я промолчала. Возмущаться не хотелось, все же меня похвалили. А быть «готовой ко всему» меня учил и отец.

В столовую помпезно, под общие взгляды всех адептов вошел… огромный букет красивейших цветов. Девушки, сидящие возле прохода, восторженно ахнули. Мы замерли с приборами в руках. Линетта хихикнула, и сделала вывод:

— Кажется, это к тебе.

Букет действительно целенаправленно шел к нам сопровождаемый громкими свистами боевиков. Остановившись перед нашим столом, букет замер и из-за него показалось довольное лицо парня-шатена с карими глазами. По нашивкам можно было сказать, что это стихийник с четвертого курса. На стол легла красивая коробка с пирожными, на которых была карточка дорогой кондитерской.

— Любовь моя, где ты была всю мою жизнь? Я долго искал тебя.

Букет был протянут мне. В столовой стояла гробовая тишина. А я растерянно пробормотала:

— Пряталась, но сегодня день не задался…

И вновь по столовой разнесся громогласный хохот все тех же стихийников, сопровождаемый свистом и улюлюканьем.

Парень наклонился ближе ко мне и так, чтобы больше никто не слышал, раздраженно прошипел:

— Чего ломаешься? Я могу и настоять, графиня.

Я разозлилась и, встав из-за стола, в свою очередь прошипела:

— Ты, наверно, всю ночь репетировал, чтобы показаться дерзким и остроумным, адепт-стихийной магии, как-там тебя!

Шатен выпрямился, раздраженно хмыкнул и швырнул букет на стол.

— Йохан Ичивер, — представился он, — жди меня, я еще вернусь. И ты пойдешь со мной на свидание, дерзкая артефакторша. Я так просто не сдамся!

После этого развернулся и ушел. Я села обратно, есть уже не хотелось, настроение было изрядно подпорчено. Линетта, слышавшая весь разговор, ошарашенно пробормотала:

— Впервые слышу, чтобы угрожали свиданием.

— Да уж, ни в какие ворота…

Букет и пирожные я отдала все той же молоденькой гоблинше, которая, восторженно пискнув, подняла тяжелый букет над головой, прихватила коробку на локоть и побежала через всю столовую в подсобку. Ее проход сопровождался всеобщими взглядами, завистливыми от некоторых адепток.

— Кто этот бесцеремонный хам?

— Дракон, графский сынок, наследник, — просветила меня Линетта. — Так что действительно не отстанет.

…

Следующей парой у меня была артефакторика. Основной предмет, был в расписании каждый день. Три раза в неделю практические занятия, которые проводились рано утром и четыре раза в неделю лекции.

В этом году изучали артефакты третьего класса. Нам подробно рассказывали особенности создания артефактов созидания, которые потом и следовало сделать на практической части. Лекцию читал тифлинг, полудемон. Вид у тифлингов всегда был устрашающий и весьма разнообразный. Чаще тифлинги имели красную кожу, растущие почти от бровей рога, загнутые назад, красные глаза и острое лицо. Встречались и тифлинги с другим цветом кожи, все зависело от того какими были родители. Магами они были чуть хуже, чем настоящие демоны, но ничем не уступали всем остальным, поэтому их было много в городах.

Тифлинг-преподаватель был весьма стандартной расцветки и вида. И имел заостренную бородку. Звали преподавателя метр Сусак Фархт, и видимо он и вел у курса практическую часть, потому как к некоторым адептам он обращался с едкими замечаниями по поводу их ошибок на практических работах. В меня тифлинг стрелял периодически взглядом и спрашивал, когда кто-то не мог ответить. Я стойко отстреливалась краткими ответами, не углубляясь в подробности, и старалась отвечать по учебнику. После некоторых вопросов преподаватель от меня отстал, поставив оценку «превосходно».

После занятия я отправилась переодеваться в свое общежитие. У меня было полчаса на отдых и подготовку к занятию. Когда зашла, меня в гостиной поджидал гоблиненок Кинеш, в руках держал поднос с чайником и пирогом: