– Твой долг – борьба со злом. Как смеешь ты бежать, не искупив вины? Я запрещаю тебе умирать, пока не исполнишь свой долг, или не видать тебе кущ райских!

– Благодарю! Спасибо, Ваше Святейшество! – Астрату со всего маху ударился лбом об пол.

– Я прочёл твой отчёт… Что это за ересь?! – архиепископ в гневе сплёл изъеденные артритом пальцы. – «Нас атаковали разумные химеры»? Как это понимать?!

На вопрос Божественного глашатая, чёрный рыцарь издал жалобный стон. Для этой беседы, главную залу освободили от прихожан и священников. Лишние уши им были ни к чему.

– Слушай же, синь[1], на всём свете нет существ равных нам, людям. Разум – амброзия, дарованная Господом. Всё иное – наваждение злой, противной Богу силы.

– Я понял вас, простите, мои глаза застлала пелена.

– Как велика милость Всевышнего, так и мы прощать должны. Тебе не удалось победить зло, как и спасти свою дочь…

– Ваше Святейшество, я прозрел! Эта юная дева пала во грехе, она защищала еретика! – взвыл чёрный рыцарь, продолжая елозить по полу разбитым лбом. – Увидев, чем стала моя плоть и кровь… Я от неё отрёкся!

– Знаю, именно поэтому ты сейчас здесь, а не на плахе, – морщинистые губы архиепископа растянулись в некоем подобии улыбки. – Иди же, закончи начатое! Исчадье, что ты породил, не должно больше омрачать взор Божий!

– А её презренный учитель? – Астрату, наконец, решился поднять глаза.

– Во время утренней молитвы явилось видение мне! Нет больше падшего мага, нечистый забрал его душу!

– Во славу Его! – крикнул паладин и удалился, не показывая спины.

В дальнем углу залы колыхнулись занавески и из-за них показалась рука, украшенная перстнями чудесной красоты.

– От магов – одни беды, не находишь?

– Совершенно с вами согласен! – раболепно ответил глашатай Бога, хромая в сторону собеседника.

– Волшебники должны служить империи, быть инструментом, а не вольными купцами. То, как Обозревающий Небеса ведёт дела… Это никуда не годится. Его люди, как и всё, что находится на территории Лампары, принадлежит нам.

– А территория империи – везде, где солнечный свет дарит жизнь! – подпел архиепископ.

– Я подготовил указ, позволяющий моим людям свободно проникать в любые помещения гильдии магов и обыскивать любого её члена. А если их глава посмеет противиться – отправится в яму, так же, как и прошлый лорд Запада.

– Все именно так, как вы говорите, Ваше Императорское Величество.

***

Открыв глаза, Астра увидела незнакомую комнату. Обстановка была небогата: потрескавшаяся мебель разных цветов, украшения из костей животных и людей. Напоминало лачугу престарелой ворожеи, чья слава прошла с появлением светского волшебства. Девочка хотела встать, но тело было тяжёлым, как колода.

[Доброе утро, офицер], – поприветствовал хозяйку артефакт.

[Всё… получилось?]

[Не без последствий, но да, ваш план сработал. Впредь же, прошу, избавьте меня от необходимости вас травить. Это прямое нарушение моих функций.]

[Мне нужна была эта сила…]

[Чтобы унять страх и «полюбить всё на свете», вы потребовали, чтобы я синтезировал препарат, вызывающий искусственную эйфорию. Вы находились в этом состоянии почти сутки и ваши клетки начали умирать от интоксикации. Это не сила, а бред наркомана, офицер. Будьте любезны, черпайте храбрость в другом месте.]

[Тьфу, зануда.]

[Я обязан просчитывать все варианты. А если бы Митрия не оказалась столь сердобольна?]

[Н-да, сразу видно, мужик. Она в первую очередь мать, я заметила это ещё в нашу первую встречу. Страдания ребёнка для неё невыносимы.]

[Получается, вы это нарочно?] – в голосе Эфии проклюнулись нотки удивления.

[Ага, верно. Не ожидал? Взрослые вечно притворяются, строят из себя невесть что, а на деле… Пройти мимо «умирающего котёнка» не каждый сможет.]

[Вроде маленькая, а уже такая коварная], – усмехнулся артефакт.

Рядом что-то скрипнуло и у Россы сердце в пятки ушло. Повернув голову, она увидела дракониху, лежащую на соседней кровати.

[Очнулась, наконец, овечка?]

– Угум… – тихонько ответила снедаемая страхом волшебница.

[Спокойно, офицер, госпожа-ящер не слышала нашего разговора. Я со всей ответственностью подхожу к разделению телепатических каналов.]

[Ужасная болезнь тебя настигла, недуг такой неведом мне.]

[Моя носительница обзавелась силой, которую не способна контролировать, перенапряглась.] – пояснил за Астру Эфия. Он знал – врать хозяйка не умеет.

Митрия поднялась и присела на край кровати Россы. Очарованная артефактом, она нежно провела по нему когтями. В одном лишь халате, без украшений и головного убора, дракониха выглядела женственней чем прежде. Короткие белые рожки и белая же чешуя только подчёркивали её шарм.

– Прошу, перестаньте. Меня беспокоит ваш интерес к моей персоне, – вслух произнёс артефакт.

[Знания и мудрость – мага клинок. Как не польститься.]

– Я принадлежу офицеру Россе. Иного не рассматриваю.

[Какой преданный…] – колдунья поникла.

– Вы мне поможете? Будете говорить от моего лица? – решила вмешаться в разговор волшебница.

Взглянув на девочку, Митрия ахнула. Лазурные глаза волшебницы обзавелись вертикальными зрачками, а над бровями проклюнулась чешуя. Прикусив нижнюю губу, дракониха вышла.

– Что это с ней? – спросила Астра.

Вместо ответа, Эфия развернул перед лицом хозяйки небольшое голографическое зеркало.

– Ого! Я теперь дракон?! – вертя головой из стороны в сторону, восторженно воскликнула девочка.

– Частично. Кровь драконов – особенная, об этом я уже говорил. Её можно переливать кому угодно, отторжения не будет. Их называли бы идеальными донорами, если бы не одно «но». Реципиент[2] не только «становится драконом», но и подвержен хаотичным мутациям, многие из которых летальны.

– Значит…

– Беспокойство избыточно. Раз уж мне выпала уникальная возможность сделать вас сильнее, я взял от ящеров лучшее и отсёк лишнее. Именно поэтому вы сейчас не ш-шипите, – артефакт так и распирало от гордости.

– Хах, а ещё меня коварной назвал, шельмец.

У девочки вновь начали слипаться глаза. «Сон лучшее лекарство» – как сказали бы бонны.

***

Эфия подошёл к лечению подопечной со всей ответственностью. Скованная волей артефакта, она не могла и пальцем шевельнуть без его разрешения. Как девочка ни капризничала – иномирный гость остался непреклонен. Чтобы развеять скуку хозяйки, Эфия выдал той доступ к незасекреченным архивам Андропонии. Из них, бывшая дворянка узнала детали войны с Великим Злом и о подвигах народа дзе. Носительница, конечно же, многого не понимала и артефакту приходилось объяснять, но по долгу службы он не жаловался.

– Ну и история! Ух! Сестра Энтинуса – великолепна! Всё, я решила: с завтрашнего дня будешь учить меня всему, что умеет Ланчиссия!

[Прежде экзамены сдайте.]

– Вот вечно ты так! Опекаешь меня сверх меры, а в архивах другое сказано! Дзе вон, по разным мирам путешествуют, останавливают войны и эти… как их…

[Катаклизмы.]

– Вот! Именно! Они постоянно жизнью рискуют, а мне ты за маленький трюк с препаратом всю плешь проел!

Эфия удручённо вздохнул.

[Вы слишком впечатлительны. Общедоступные архивы приукрашены, чтобы привлекать новых рекрутов. Прежде чем «играть на лимитах», пройдите соответствующую подготовку. А пока можете считать пожалованный главкомом титул формальным.]

– Зануда.

Вечером четвёртого дня артефакт разжал свои «тиски» и Росса первым делом побежала к зеркалу.

– Ого, смотри, какая на мне ночнушка, белая-белая.

[Судя по крою и фасону, её сшили гномы.]

– Оно и понятно, вряд ли у ящериц прядильный станок найдётся. Красивая, хорошо с волосами сочетается. Они ещё краснее стали, ты заметил?

[Вижу. Насколько мне известно, это особенность твоего народа.]

– Ага, но только у женщин. Чем сильнее волшебница, тем краснее становятся волосы. Я когда в замке дядюшки жила, была жёлтой, как цыплёнок, а сейчас… Некоторые пряди прям бордовые!