— Так давай их отвлечем.

— Как?

— Звонком, — улыбнулась Вета. — Я могу найти их номера.

И подумала, что она это делает все же из-за Рафа. Но настроение все равно не испортилось. Она не совсем бесполезна.

Мерва встретила абсолютным спокойствием. Хотя чего от нее еще ждать? Эта река никогда не отличалась буйным нравом.

Деян осторожно взялся за руль и повел машину на песчаный берег. Кира снова отключилась при переходе. Но в этот раз осталась на месте водителя, Деян при всем желании не смог бы с ней поменяться. Пришлось убирать заглушку с искина и управлять только через команды. В итоге машина кое-как припарковалась на берегу.

Кира дышала спокойно, и ее пульс стал значительно слабее. Деян еще раз посмотрел на лицо паромщицы и вызвал такси с зацепами. К сожалению или к счастью, машинам на колесах въезд в Руми был закрыт. Одна из причин, кстати, почему Деян купил себе дом именно здесь. Точнее, вторая причина после главной: уехать из земи отца туда, где его политические амбиции никого не волнуют.

В Руми тише, чище и меньше странных оборотней типа тех, что водятся, например, в Гаражах. Для которых неважны вонь резины и мазута. Имеет значение только дорога на земле. Деян вообще считал, что тем оборотням когда-то просто отшибло нюх, поэтому они так рвутся к машинам на колесах.

Флайер прибыл через десять минут. И стоило зацепам опуститься на крышу машины, как Кира проснулась.

— Уже летим? — спросила она и потянулась, гибко выгнув спину.

Деян проследил за ее движением и за майкой, натянувшейся на небольшой груди.

— Да, через двадцать минут будем дома.

Кира кивнула и уставилась за окно.

— Твоя машина молчит, хотя отзывалась на команды, когда я снял заглушки, — сказал Деян.

Кира что-то нажала на панели и кивнула.

— Все нормально, у нее сейчас полная перезагрузка. Твои заглушки ей, кажется, не понравились… Какие у нас дальше планы?

— Тебе нужно поставить маячок. Тогда ты будешь официально зарегистрированным паромщиком.

— И я смогу работать сама?

— Сможешь, но сначала лучше с кем-то. Или ты уже поняла, как работают порталы? — уточнил Деян.

Она усмехнулась.

— Они так работают, что я засыпаю. Почему, кстати? Когда мы шли через другие, я не отключалась, — уточнила Кира.

— Возможно, дело в расстоянии. В длине перехода. И самих порталах. Я точно не знаю.

Такси зависло перед нужной улицей, потом медленно поползло над редкими домами, поднимаясь выше, развернулось в конце и так же неторопливо двинулось назад. Только тогда Деян понял, что программа не видит его дома.

Не к добру это.

Он нажал на часы. Два непрочитанных сообщения от Иржи и одно от старого заказчика. А вот дед Смир ничего не писал.

Деян ввел новые координаты, и такси остановилось у соседского дома. И только после этого он отправил сообщение Смиру. Духа лучше не пугать неожиданным появлением. Кто его знает, как именно он защитил дом. Только иллюзией или оживил траву, чтобы она затягивала под землю.

Сообщение от Иржи отличалось лаконичностью.

«Рядом с твоим домом журналисты».

Но сейчас вокруг была тишина, и никаких новых лиц. Деян вышел из машины и посмотрел по сторонам.

Дома стояли на удалении друг от друга, как и во всех поселениях оборотней. Свободное пространство считалось жизненно важной вещью для всех жителей земей. К тому же позволяло делать лужайки и сажать много зелени. А журналистам — прятаться за кустами. Но сейчас не виделось ни лишних теней, ни чего другого, даже веточки не дрожали.

— Ладно. — Деян стремительно прошел расстояние, которое оставалось до его дома. Точнее, до того места, где он стоял меньше недели назад.

Сейчас здесь зияла пустота, некий пробел в разреженной строчке домов.

Деян еще раз огляделся, но никого не заметил, кроме Киры, выглянувшей из машины. Выждав еще пару секунд, Деян протянул руку, и под ней начала вырисовываться витиеватая ручка, древний замок с фигурной прорезью для ключа, а затем тяжелая дверь и сам дом. Медленно и недовольно, как будто Деян его тревожил понапрасну.

Кира тем временем подогнала машину, и вот уже они вместе шагнули в дом.

— Наконец-то! — первым делом услышал Деян голос Рафа. А затем в прихожую на всех парах вылетел и сам его обладатель, словно собирался обнять, но вовремя остановился. — Где ты шлялся?

— Давно ли мы женаты, Раф? — сухо уточнил Деян.

Раф скривился, но неожиданно шагнул ближе и заговорил шепотом:

— Твой дух совсем ополоумел.

— Даже если ты заговоришь еще тише, он все равно услышит, если захочет. Он же дух, а это его дом, — сообщил Деян.

Следом за Рафом появился Иржи, а за ним выглянула Вета. Что Деяну совершенно не понравилось. Дочь бывшего министра образования Вежи — это сразу означало проблемы. Еще и такие, которые завязаны на политике. Ей не сиделось дома под крылышком папочки?

— Все живехоньки, — сообщил дед Смир, незаметно оказавшийся у ноги Деяна, и они пожали друг другу руки. — И нечего слушать всяких дуралеев, ничего такого я не делал.

Деян очень сомневался, что Смир не делал «ничего такого». Он все же был духом и в отсутствие хозяина становился главным и сам решал, где проходит граница дозволенного. И если кто-то снова оставил мокрые следы, а Смиру это не понравилось, он вполне мог закрыть человека в комнате без света. Еще и создать иллюзию шороха или передвигать мебель со страшным скрипом.

Но Деян ни царапин, ни синяков на Рафе не увидел. Пострадал кто-то из детей? Вряд ли, за духом жестокости все же не водилось. Одно дело пугать, совсем другое — калечить.

— Ты решила остаться? — вдруг спросил Иржи, обращаясь к Кире, на которую смотрел не мигая.

— Пока я думаю на этот счет, — ответила Кира и помахала рукой Вете.

— А ты не хотела оставаться? — уточнила Вета, как-то до ужаса удивленно.

— Здесь меня пытаются убить, так что есть над чем подумать, — дипломатично ответила паромщица.

Деян прошел вперед, и все потянулись за ним, заходя в гостиную. Несмотря на день, свет приглушенно разгорелся, разгоняя даже намек на полумрак. Чуть позже Деян услышал, как на кухне хлопнула дверца шкафчика, а спустя еще секунду на журнальном столике появился пузатый прозрачный чайник с чашками.

— Твой дух закрыл моего брата в кладовке почти на целый день, — сообщил Раф, снова подходя к Деяну. — Я даже не смог выбить дверь.

— Слушай, Раф. Тебя и твоих родственников просили не следить, правда? Видимо, вы не послушались, и дух разозлился. Я помню, что в школе ты почти не учился. Но неужели тебе никто не говорил, что для мирной жизни с духом этого самого духа надо задабривать, и не пачкать его пол, и не ломать, например, двери его дома? — Деян говорил спокойно. Но чувствовал, что хочет прямо сейчас выставить Рафа вместе с семейкой на улицу.

— Вы могли бы нам это все сказать, когда уезжали, — вмешался новый голос, и в гостиную вошла тетка Рафа. В сером строгом платье и с зачесанными в пучок волосами. Чем очень напомнила учительницу по языкознанию. — И предупредить, что уезжаете.

Деян только брови поднял. На самом деле он вообще об этом не подумал. Никогда еще в его доме никто не останавливался, кроме Иржи или Ланы. Но те знали, как себя вести. Да и не отчитывался он никогда и ни перед кем.

— Ваш дух запирал нас в комнатах и не выпускал на свежий воздух, — сообщила тетка и сцепила отчего-то трясущиеся руки.

Чем дальше, тем отчетливее Деян чувствовал себя неожиданно виноватым. Хотя любой нормальный житель земей проходит в школе основы безопасности, а там есть целый раздел о духах. Все знали основы, но не семья Рафа, от которой уже трещала голова.

— Он больше не будет, — сказал Деян, чтоб от него отстали.

Неожиданно на его часы снова пришло сообщение от заказчика. С тремя восклицательными знаками. Заказчик едва выждал час после прошлого сообщения.

Заказчик спрашивал, когда они могут встретиться. Деян обвел взглядом гостиную, где из каждого угла на него выжидательно смотрело по паре глаз, и с трудом подавил желание ответить, что готов встретиться прямо сейчас.