В шкафу обнаружилось ещё два тёмно-синих платья, походивших на вчерашнее, висевшее тут же, только с разной формой воротничков и слегка отличавшиеся деталями кроя. Жаклин могла поручиться, что заперла дверь на ночь, а до рассвета в комнату никто не входил! Взяв себе на заметку спросить об этом мадам Крифи, она решила примерить одно из новых платьев – оно село идеально. Оставалось только завертеть волосы в узел и отправляться в столовую за порцией утреннего квана.

За раздачей стояла красивая девушка в поварской форме; из-под белой шапочки, покрывавшей волосы, выбилась кудрявая рыжая прядь.

− Доброе утро! – поздоровалась с нею Жаклин.

− Доброе! – кивнула девушка. – Вам кван?

− Да, и круассан с джемом, если можно.

− Советую взять с собой ещё пару бутербродов, − девушка зевнула, прикрыв рот рукой и извинилась. – После урока захочется перекусить, а за пятнадцатиминутный перерыв в столовую можно не успеть. Преподаватели обычно так и поступают. Пару пакетиков чина или квана могу дать – для заварки.

− Давайте! – согласилась Жаклин. – А вы с какого факультета?

− То есть? Не поняла вас, − удивилась девушка.

− Где вы учитесь? Уверена, не на боевика.

Сонная девушка постояла некоторое время соображая, а потом звонко рассмеялась.

− Я своё уже отучилась! Не здесь правда – в кулинарной школе, в городе. Для того, чтобы стать студенткой этого университета, у меня слишком простая семья. Но спасибо, комплимент приятный!

− Да я, в общем-то тоже не графиня… − пробормотала Жаклин, отмечая значительно потеплевшую улыбку повара. – Меня зовут Жаклин.

− Магистр… − поправила девушка.

− Да, магистр Тризо, если официально.

− Я – Ханна – повар-кондитер!

После чашки великолепного квана со сливками и хрустящего круассана, Жаклин почувствовала себя гораздо лучше. До занятия оставалось сорок минут. Она не спеша вышла из столовой, постепенно заполнявшейся студентами, прошла по аллее, зашла в учебный корпус и в вестибюле едва не столкнулась с Освальдом Кранцем, в неизменном черном камзоле. Видимо, на магистра боевой магии понятие единой формы не распространялось. От неожиданности девушка упустила из рук бумажный пакет с бутербродами.

− Доброе утро, − пробормотала она, наклоняясь за ним, едва не стукнувшись лбами с расторопным магистром, уже успевшим его схватить.

− Доброе утро! – Кранц помог ей подняться и сунул в руку злополучный пакет. – Прошу прощения, если испугал.

− Ничего страшного. Сегодня с утра я немного рассеяна.

− Так соберитесь! У вас первый урок! Нечего вести себя, как девица на выданье! – начавшее было формироваться более приятное впечатление об этом хмуром человеке, мгновенно улетучилось.

Девушка промолчала, собираясь пройти мимо, но магистр поймал её за руку, вынуждая задержаться.

− Не будьте ребёнком! – процедил он. – Дуться будете дома! Неужели вы ещё не поняли, куда попали? Здешние баловни судьбы прожуют вас и выплюнут, оставив валяться на полу безутешно рыдающей над своей горькой судьбой! Не говорите потом, что вас не предупредили!

− Отпустите мою руку! – отчеканила Жаклин.

− Я лишь хотел сказать: если будут проблемы, обращайтесь! Наслышан о вашем конфликте с Гарвеем…

− Благодарю, но мне нужно готовиться к занятию! – девушка вырвалась и быстрым шагом направилась к лестнице – аудитория зельеварения находилась на втором этаже. Настроение основательно испортилось. Хуже того − закрались сомнения, действительно ли она в состоянии справиться? Ну уж нет! Это никуда не годится! Детям ведь нравились её уроки, а взрослые – это те же дети, только более осознанные… иногда! И выше ростом. Получалось справиться с подростками, выйдет и со студентами.

Она вошла в аудиторию, уверенно ступая, гордо подняв голову, готовая штурмовать валы вопросов и сопротивляться шквалам возможных острот. «Я пришла сюда нести знания! Это главное, а остальное – второстепенно!» − прошептала девушка, поднимаясь на кафедру.

− Золотые слова! – прозвучал в ответ мужской голос. – Давненько в этих стенах не звучало таких!

От неожиданности Жаклин подскочила и стала озираться, в поиске источника голоса. Не увидев никого, она решила, что ей померещилось. Не желая больше терять времени, девушка разложила на столе пособия и повесила сбоку от доски плакат, на котором в центре был изображен слиток серебра, постепенно меняющий форму, а сбоку кристаллическая решетка с подвижными связями, выделенными красным цветом. В учебнике эта тема находилась в середине, но Жаклин это не смутило. Рядом с собой она положила «Руководство по магическим материалам, используемым для создания надёжных артефактов», которое привезла с собой, заложенное на нужной странице трофейным тузом.

Кстати, неплохо было бы попробовать протестировать его и выявить принцип работы, подумала она, но в этот момент двери открылись и в аудиторию потянулись студенты. Жаклин с замиранием сердца разглядела в их форме цвета всех пяти факультетов. Во втором ряду маячила зелёная шевелюра Патрика Шульмана. Он улыбнулся ей, кивнул, а потом вновь заговорил с темноволосым сокурсником, между делом выкладывая учебник, тетрадь и ручку. В первом ряду с краю, Жаклин заметила Айву – она поздоровалась, поглядывая почему-то немного настороженно.

Перед самым звонком в аудиторию прошел Гарвей, обдав Жаклин холодным взглядом. За ним вошел Флабер, хитро ухмыльнувшись и ещё один незнакомый студент в красно-синем шейном платке. Свободных мест больше не осталось.

Прозвенел звонок, разговоры постепенно стихли.

− Доброе утро! Меня зовут магистр Жаклин Тризо. Я буду вести у вас два предмета…

− Мы уже поняли! – перебил спокойный голос. − Вас взяли на место Номада, который, бедолага так не любил собственный предмет, что повесился на суку.

Жаклин вскинула глаза к последней парте, где расплылся в злорадной ухмылке Гарвей, но вопрос прозвучал не от него. Сидевший рядом студент-боевик продолжал:

− Неужели вы тоже так себя не любите? Или предпочтёте сбежать как можно скорее?

Девушка растеряно обвела взглядом аудиторию. Многие студенты удивлённо оглядывались – видимо, обычно такое не позволялось. Айва сидела, сжав кулаки и опустив глаза на стол перед собой. Шульман оглянулся на Гарвея. Кривая улыбка того стала ещё шире. Повисла тишина – студенты ждали ответа. Жаклин отчаянно залилась краской – так случалось всегда, когда она попадала в центр внимания большого числа людей. Только не мямлить!

− Простите, как ваше имя? – постаралась произнести она как можно спокойнее.

− Что, побежите жаловаться, как обиженная девчонка?

− Ответьте пожалуйста на вопрос, − она подпустила металла в голос.

− Риан Майвель, а что?

Майвель… Очень знакомая фамилия… В газетах что-то было о масштабном строительстве подвесного моста, соединяющего два берега Гронданте, самой широкой реки в Мофалии − спроектированного графом Майвелем! Сын-боевик у инженера-конструктора?

‒ Я вас запомню, ‒ произнесла Жаклин. ‒ Продолжим занятие. Вначале я хотела бы познакомиться с вами. Буду называть имя из журнала, а вы отзывайтесь пожалуйста. Итак, Орландо де Абли…

‒ Это я! ‒ с места поднялся уже знакомый по столовой блёклый молодой человек, который вручную мыл посуду. Жаклин кивнула ему, он сел на место.

В конце списка на букву «А» стояло имя «Гарвей де Ансола». Взяв себя в руки, девушка произнесла его, так твёрдо, как могла.

‒ Мы уже с вами знакомы! ‒ звонко произнес парень.

‒ Спасибо, я помню, ‒ ответила Жаклин и перешла к следующему имени, неловко задев рукой «Руководство по магическим материалам», с грохотом свалившееся на пол. Золоченый туз-закладка с алым лебедем, немедленно вывалился на пол. Парень с первой парты, чьего имени еще не называлось, немедленно поспешил поднять и то, и другое, чтобы вернуть на стол.

‒ Вирт, это моё! ‒ голос Гарвея заставил парня замереть на месте.

‒ Благодарю вас, ‒ Жаклин забрала книгу и закладку, как ни в чём не бывало.

‒ Магистр! ‒ в голосе Гарвея натянутой струной дрожал гнев. ‒ Кто научил вас присваивать чужие вещи?