– Намекаешь на то, что распорядители специально отправили нас праздновать ночью? Но зачем? Не проще было бы нас просто разогнать по постелям?

– Нет, не проще, – парень вытянул ноги, давая им передохнуть, – Спальни курсантов находятся без присмотра после того, как Бриджит уговорила Совет убрать из коридора видеонаблюдение. Как раз возле комнат проходит пожарная лестница, которую никогда не запирают… Говорю же, мы бы всё равно устроили вечеринку, и если бы мистер Мортимер сам о ней не заговорил, то этой ночью мы бы шатались везде, где нам только заблагорассудится. С игровой же дела обстоят совершенно иначе. Выход из неё в академию находится под круглосуточным наблюдением так же, как и выход из неё в наши спальни…

– Я кажется знаю, в чём дело, – вопреки ожиданиям Джаспера, Милош сконфузился, – Сегодня в академию должны привезти заключённого. Совет попросили посодействовать с его допросом, и, собственно, этим мне и предстоит заниматься.

– Его доставили днём.

– Что?

– Я видел, как сегодня военные привезли кого-то в цепях и с мешком на голове. Всё произошло очень быстро и без особого конвоя.

– Тогда…

– Тогда получается, что есть что-то ещё, – стоял на своём Джаспер, – Совету почему-то необходимо, чтобы мы провели эту ночь здесь.

– А ты не преувеличиваешь? – возразил Милош, не понимая, что же так сильно беспокоит его друга, – Дай старшим заниматься тем, чем они хотят, к тому же, я не думаю, что Совет участвует в чём-нибудь странном. И если ты забыл, то выходов из игровой три. В академию, в наши комнаты… в ваши комнаты, – поправился парень, – И на тренировочную площадку. Да, сам комплекс после пожара сильно пострадал, там ничего не осталось, тем более камер, но двери работают… – в глазах Джаспера зажёгся бунтарский огонёк, – Я зря это сказал, правда?

– Совсем не зря, – курсант поднялся со ступеньки и, подойдя к двери у себя за спиной, ввёл в кодовый замóк комбинацию из цифр, – Пойдём, погуляем? – герметичная створка послушно ожила.

– Прямо сейчас?

– Ну, да, – Джаспер заглянул в едко пахнущую темноту, – Мне всё это не нравится. Луч, лаборатория, твоё отрицаемое предчувствие, поведение Совета… Пойдём, просто погуляем? – парень повернулся к собеседнику и, с трогательной мольбой предложив ему руку, добавил, – Хотя бы потому, что я не могу сидеть на месте.

Глава 7. Разговор об одном.

Напарники вышли на чудом сохранившуюся площадку, от которой прежде спускалась удобная лестница. Автоматические замки тихо щёлкнули и, отрезав тренировочный комплекс от комнаты отдыха, погрузили воспитанников академии в непроглядную тьму. Будто высосав из помещения все звуки, толстая дверь слилась со стеной и, намекая, что незадачливым гостям теперь отсюда не выбраться, затерялась во мраке. Между ладонями Джаспера вспыхнуло пламя. В неверном свете, ещё только набирающем силу, Милош осмотрелся по сторонам, но смог разглядеть лишь дистрофичные силуэты покарёженных перил.

– Я пойду впереди.

Удерживая на руке огненный шар, Джаспер осторожно проверил устойчивость первой ступени. От лестницы практически ничего не осталось. Ввинченные в стену металлические плашки напоминали хрупкий, оплавленный воск и, не внушая парням особого доверия, резко поблёскивали рыжими отсветами. Нижние ступени отсутствовали. Верхние… Каждый новый выступ верхних ступеней был короче и ýже предыдущего и, всё теснее и теснее прижимаясь к почерневшей стене, увеличивал риски сорваться и покалечиться. Джаспер спрыгнул на ровную площадку и, отступив немного в сторону, подстраховал своего друга.

– Не торопись, – крепкие пальцы схватили Милоша за локоть, – Здесь почему-то скользко.

Пламенная сфера скачкообразно увеличилась в диаметре и, оторвавшись от ладони, уплыла вверх. Тренировочный комплекс был жалким. Выкрашивая оранжевым наросты и впадины, огонь будто бы заново вылепливал извращённый ландшафт (во второй раз) и, плавно скользя вдоль разрухи и копоти, издавал едва различимое, безразличное урчание. Здесь было некомфортно. Разлитый по площадке металл покрывал испорченный мрамор непроницаемым ковром. Этот же материал, залепив омертвевшие ямы для снарядов, кое-где бугрился странными выступами и, протягиваясь по полу безобразными складками, незаметно подкрадывался к ногам посетителей. Бетонные стены облачились в траурный камуфляж; стеклянный купол темнел над головами напарников, и простор ночного неба был тут не причём.

– И что теперь?

– Если запасные выходы не откроются, мы здесь заперты, – ответил Милош.

Улучшая обзор, Джаспер добавил к одинокому огненному шарику несколько клонов.

– Ни разу не видел, чтобы Джай пользовался или хотя бы стоял возле аварийных дверей, – произнёс парень, – Наверное, они все убраны под панели, и мы их никогда не найдём…

– Мало в тебе оптимизма для лидера восстания, – Милош пожал губы и, придирчиво что-то разыскивая, повертел головой, – Аварийные выходы должны быть на виду… И иметь соответствующие подписи…

– Ровно до тех пор, пока эти подписи не уничтожит какой-нибудь катаклизм, – сказал Джаспер.

– Вспомнил! – воскликнул красноволосый, – На схеме эвакуации был отмечен выход прямо за рабочим местом инструктора.

– Да?

– Да. Мне так кажется. Пойдём, проверим.

Новый пламенный светлячок обогнал Милоша и, держась на небольшом расстоянии от людей, вскользь осветил закуток преподавателя. Сохранившаяся часть жаропрочного стекла стояла в луже и была покрыта мелкими трещинами, точно старой паутиной.

– Сколько же денег и сил понадобится на восстановление… – подумал вслух Джаспер.

– Нисколько, это невозможно починить, – обойдя очередное металлическое изваяние, Милош продолжил, – Наверное, тренировочный комплекс переделают под что-нибудь другое, а площадку перенесут…

Курсант вздохнул и, остановившись рядом с напарником, оценивающе посмотрел на слой сажи на стене. Чёрная ниточка, чуть более тёмная, чем окружающее пространство, явно намекала на наличие двери. Не найдя ручки на привычном для неё месте, Милош ощупал грязную створку и, отыскав небольшое овальное углубление, запустил в него пальцы.

– Помочь? – спросил Джаспер.

– Не понимаю, как ей пользоваться, – парень толкнул дверь от себя, но она не поддалась, – А может… – дёрнув створку в сторону, Милош загнал её в нишу, – Ну, вот.

В тренировочный комплекс хлынул искусственный свет. Взглянув на свою руку, парень увидел, что она густо покрыта копотью, и, растерев между пальцами плотное вещество, переступил через порог.

– Мы тут намусорили, – бывший курсант кивнул на чёрные крупицы, равномерно разлетевшиеся по глянцевому полу.

– Настоящие конспираторы, – усмехнулся Джаспер.

– Что будем делать?

– Давай пройдёмся по холлу.

– Там же десятки камер! – запачкав край пиджака, Милош вытащил из кармана белоснежный платок.

– В академии везде камеры, – парировал Джаспер и, подойдя к однокласснику, мягко забрал у него отутюженную ткань, – Не сопротивляйся, – парень попытался привести пальцы Милоша в порядок, – С забинтованной кистью у тебя всё равно ничего не получится, – платок быстро почернел, но рука не стала чище.

– Оставь, нужна вода, – Милош неловко отстранился, – Так значит холл? Ты уверен?

– Да, – убрав в карман грязный платок, Джаспер погасил огни на тренировочной площадке и прикрыл за собой дверь, – А куда же ещё?

Гигантский организм из комнат, классов, кабинетов и лабораторий никогда не засыпал крепким сном. Будто соединяя в себе две противоречивые крайности, академия предпочитала всегда быть начеку и, то ли выслеживая какую-то жертву (то ли самой являясь выслеживаемой), позволяла себе по ночам лишь беспокойно дремать. Но раньше курсанты об этом не догадывались. Выйдя в ярко освещённую центральную часть академии, напарники перешли поближе к окнам и, держась в тени прямоугольных несущих колонн, немного сбавили шаг. Холл представлял собой большое свободное пространство неопределённой геометрической формы. Протянувшись вдоль фасада исследовательского центра, пустая и от этого казавшаяся прохладной анфилада была словно бы сложена из цветного стекла и, сочетая в себе синие и белые оттенки, подчёркивала солидность данной организации. Напротив главного входа располагались две зеркально схожие лестницы. Одна – вела на территорию Совета, и Джаспер знал, что за её поворотом находится массивная заблокированная дверь; вторая же – поднималась сквозь всё учреждение и, связывая различные уровни академической жизни, была доступна как преподавателям, распорядителям и иструкторам, так и их ученикам. Между лестницами находилось два лифта. Ещё по две пары элеваторов были вынесены соответственно к западному и восточному коридорам, но, чтобы ими пользоваться требовалось разрешение.