– Спасибо, – дрожащим голосом тихо произносит Тина, одергивая короткую юбку, и поправляя курточку, а затем пинает Миху под колено, – придурок! Ты меня напугал!

– Да ладно, – Мишка почти не реагирует на удар, ему частенько попадает, – я безобиден. Мы подружимся. Пошли, я спою тебе сегодня в караоке извинительную песню.

При этих словах все, кроме Тины, ну и самого Михи, конечно, тяжело вздыхают. Миша известен у нас как самый немузыкальный человек во всей школе. Хотите навсегда возненавидеть какую-нибудь песню? Попросите Мишку спеть ее.

– Привет, – здоровается Леха.

– Привет, – Тина кивает, а затем перемещает взгляд на Машу, – привет, Маш.

Подружка Лехи, не отвечая не приветствие, молча направляется к подъезду, что неудивительно, ведь Маша с Ленкой лучшие подруги. Леха устало выдыхает, мотая головой.

Вот что мне с ними делать? Три этих парня – мои друзья, мы знакомы с ними уже девять лет. С Олегом вообще всю жизнь. Но… девушка Лехи на дух не переносит Тину, Олег не может успокоиться по поводу комнаты, а Миха… вообще, думаю, что с Михой проблем будет как раз меньше всех.

***

Похоже, друзьям Юры я не нравлюсь. И это меня бесит! Вот что с ними не так? Я всем нравлюсь! В моей школе все хотели дружить со мной, мне оставалось лишь выбирать заговаривать с кем-то или нет.

Если подумать, я им не то, чтобы не нравлюсь, а, может, просто не вписываюсь в их компанию. Или им не нужен в компании новый человек? Это все равно странно. Маша открыто игнорирует меня, отчего Леша чувствует неловкость. Олег не перестает подкалывать меня комнатой. А Миша… Миша просто меня пугает.

– Тина, – Юра находит меня в кухне, где я сижу с бутылкой пива и наблюдаю в окно, как с деревьев опадает красно-желтая листва, – они привыкнут к тебе, – он прикрывает за собой дверь и присаживается рядом.

– Это было бы здорово, – улыбаюсь, но не верю в это.

– Обещаю, просто дай им немного времени.

– Юр, я бы уехала в школу, но уже ночь, я завтра уеду. Поможешь мне с вызовом такси?

– Нет, – он мотает головой. – Ты не поедешь никуда. Что ты будешь там делать? Парни ничего не имеют против тебя, а Машка… не обращай на нее внимания.

– Как и на Леночку?

– Именно, – парень улыбается, вызывая улыбку и на моем лице.

Может, он прав? Какая разница парням, что я тут? В конце концов, никаких грубых комментариев от них не поступало. А Маша… Я бы и сама вела себя так-же с девушкой, конфликтующей с моей подругой.

– А теперь пошли в зал, надо срочно чем-то занять Миху, пока он не врубил караоке. Поверь, ты не хочешь этого слышать.

Парни смеются над чем-то, развалившись кто в креслах, а кто на диване. Маша чаще всего молчит, не отходя от Леши ни на шаг. Я принимаю решение не поддаваться чувству уныния и участвую в их беседе, которая плавно перетекает на мою персону, что очень круто, ведь это моя любимая тема. Рассказываю парням, ну и Маше, раз уж она тут сидит, как так вышло, что я оказалась в их стране. Всех интересует моя школа и жизнь в Мид-сити, расположенном в нескольких часах езды от ЛА, и я щедро утоляю их любопытство.

– А теперь время для песен!

Миша вскакивает с дивана и в четыре гигантских шага пересекает зал от дивана до телевизора, закрепленного на противоположной стене.

– Нееет! – Олег умоляюще закатывает глаза.

– Только не это! – возмущается Леша.

– Миш, я этого не вынесу! – стонет Маша.

– Он что, действительно так плох? – встреваю я.

– Я великолепен! – Миша запускает длинные пальцы в кучерявые волосы, убирая пряди на затылок, и показывает нам свой музыкальный талант, вытягивая на распев букву «а», при этом разводя руки в разные стороны, как оперный певец.

– Да замолчи ты! – кричит Маша.

Но ее крик утопает в хохоте, которым разражаются ребята. Я тоже не могу сдержаться, и хихикаю, потому что голос Миши то скрипит, то подвывает.

– Вы просто ничего не понимаете в оперной музыке! – не унимается кудрявый парень. – Ладно, – он бухается обратно на диван, где сидел до этого, – тогда придумайте, чем заняться, чтобы мне не было скучно. Вы же знаете, как только мне стает скучно, я начинаю петь. Может, вы двое, – он смотрит поочередно на меня и Машу, – станцуете?

– Отвали! – Леша кидает в парня маленькой подушкой, которую тот ловит.

– Как на счет тебя, Тина?

Танцы? Я только за! Я рождена для этого!

Хочу уже ответить, чтобы парень врубил музыку погромче, потому что я готова устроить настоящее шоу, но краем глаза вижу, как Юра заинтересованно смотрит на меня, видимо, ожидая моей реакции на провокацию своего друга.

– Я только за! – улыбаюсь, но с места не двигаюсь. – Но ты должен станцевать первым.

– Ой как ты зря это сказала, – в унисон, обреченно, протягивают Юра с Олегом.

А счастливый Миша в это время уже включает музыку и начинает двигаться в такт пацанскому голосу, вещающему о каком-то номерке блатном и трех семерочках. Смысл песни остается для меня загадкой, однако бит так шикарен, что я не могу усидеть на месте, и присоединяюсь к Мише, который, поддавшись общему давлению, все же не стал поддерживать певца чтением рэпа.

Ребята улюлюкают нам, подбадривая, Леша вскакивает и присоединяется к нам, похоже, он тоже любитель танцев. Музыка меняется, но мы не останавливаемся, нам слишком весело. Никто не обращает внимания, что Маша ушла в комнату, где они должны ночевать с Лешей. Зато крик Юры «Убери от нее свои гребанные руки!» немного охлаждает наш пыл, и я понимаю, что ладонь Миши уже не первый раз хлопает мою попку, и, театрально возмутившись, даю ему, театральную же пощечину, от которой Миша, «падает» на диван.

– Чуваки! – Миша старается перекричать музыку. – Я не специально, это у меня стиль такой, – оправдывает он наш танец.

Но никто его не слушает. Я не в обиде, подумаешь, хлопнули пару раз по заду. Что такого? На вечеринках с друзьями я еще и не так танцевала. Юра, злобно поглядывая на Мишу, слегка бьет себя по щеке, и тот поднимает руки вверх «Мужик, я не собираюсь клеиться к твоей девчонке, мы просто танцуем».

– Эй! – я складываю руки под грудью, так, что она сексуально приподнимается. – Я не его девчонка!

– Тогда иди сюда!

Миха так резко хватает меня на руки и падает вместе со мной на диван, что я даже вскрикнуть не успеваю, но опомнившись, вырываюсь из его рук.

– Прекрати!

– Мих, – Юра поднимается и забирает меня из рук друга, усаживая на свое место, – ты нажрался, иди спать.

– Я буду спать тут, – Миша разваливается на диване, поджимая под себя ноги, и закрывает глаза, упираясь щекой на сложенные вместе ладони.

Беру со столика первую попавшуюся бутылку с пивом, хочу сделать глоток, но она пуста. Вытряхиваю в себя последние капли, двигая головой в такт музыке, но и музыка тоже затихает.

– Леш, может хватит? – по залу проносится Машин крик, это она выползла из комнаты и вырубила музыку.

– Машунь, не ори, – парень обнимает ее, и пытается покружить, но та резко толкает его и пьяный Леха падает на свободное кресло, рядом со мной.

– А есть еще пиво? – интересуюсь я, меня разборки этой парочки не должны касаться.

Рядом сидящий Олег протягивает мне бутылку пива, устало вздыхая, словно то, что он видит, происходит с такой частотой, что успело ему надоесть.

– Машунь, иди сюда, давай еще посидим, – просит Леха подругу.

– Да пошел ты, так и знала, что не надо сюда тащиться! – орет она и возвращается в комнату, с громким хлопком закрывая за собой дверь.

– Да ладно тебе! Сходим мы в твой музей завтра! – пьяно кричит Леха и протягивает руку к бутылке, которую ему дает Олег. – Иногда мне кажется, что мы женаты тридцать лет, – шепотом жалуется парень, – а мы еще даже полугода не встречаемся. Похоже, я попал, да? – последний вопрос обращен к Юре.

– Музей? – Юра подносит бутылку к губам, держа ее за горлышко, и я не могу оторвать глаз от этого его жеста, я хочу быть этой бутылкой.

– Выставка с какой-то египетской херней, – Леха откидывается на спинку кресла и вытягивает ноги, – я не смог отмазаться.