Снейп говорил это спокойно, не выдавая своих эмоций, которые напоминали готовый взорваться котёл. Сына Джеймса ему очень захотелось пустить на ингредиенты. Чёрт, хорошо хоть Джеймса Лорд убил!

— Ты Тёмный Маг, ты выживешь. А я не хочу никого убивать…

Он уже пробовал быть благородным. Теперь он окутан клятвами, как гусеница в коконе.

— И для чего я это должен сделать? Ради прелестных глаз ребёнка? Что я получу взамен? — проговорил он.

— Ты прямо как Тёмный Лорд, — с упрёком сказали ему.

— А ты прямо как Альбус Дамблдор! Сделай за меня всю грязную работу, чтобы я не испачкался! И никакой Тёмной Магии мне не предлагай! Сам её используй! — впервые с момента их встречи в новых ипостасях повысил голос он.

— Это значит «нет»?

— Я подумаю, — ответил Северус Снейп и вышел.

Когда-то он уже вспылил. Сейчас ему нужно подумать, хорошо подумать. И успокоиться. Он вышел и стал искать хозяев дома.

— Рабастан, Елена занята бредовыми попытками вернуть Лорда. Ей не до оборотней. Пусть пока за оборотнями присмотрит кто-то другой.

— Я передам отцу, — ответили ему.

А сам он думал, идя к выходу. Что делать? Пусть Лили сама со своим ребёнком разбирается — это же не его ребенок? Это же ребёнок Джеймса, который ему все семь лет в Хогвартсе портил! А то, что Джеймс спас его от оборотня-Люпина, не считается — он сам же туда его и заманил. И именно после того случая он всерьёз заинтересовался Тёмной Магией — это очень неприятно, когда ничего не можешь сделать оборотню. Он не любил вспоминать то ощущение бессилия…

Часть его просила предложить в обмен на ребенка… «специфическую плату»… Но он хотел не этого! Если бы ему был нужен секс с Лили — он бы добился этого тысячей способов, от Империуса до приворотных зелий. Ему нужна именно любовь! Признание, восхищение…

Не знаю, можно ли снять некоторые из его клятв или хотя бы выиграть немного времени. Но он знает того, у кого как минимум есть шансы. А потом посмотрим, что из этого можно сделать для Лили.

Сначала он посетил ту лабораторию, где Тёмный Лорд обучал его работать с гомункулами. Он уже привык к жертвоприношению людей, но гомункулы…

Именно то, что нужно, чтобы замести следы.

Но это так похоже на самоубийство… Каждый раз убивать невероятного уродца со своим лицом. Видеть своё собственное лицо, перекошенное в невероятных муках, своё собственное лицо, сгорающее в огне. И что самое страшное — для него это уже почти рутина, как сбор желчи броненосца. Иногда он рад, что мать не дожила… И не рад, что отец не дожил — теперь ему можно колдовать! Для этого алкаша он бы придумал нечто особое!

Теперь несколько финальных штрихов. Увы, просить никого нельзя. А среди пленных вряд ли найдётся специалист по пыточным — если вдруг такой и был, его уже завербовали Империусом или зельями.

Взяв одну из «незаконных» палочек, он лёг на пол и направил её на себя.

— Круцио!

Ничего не произошло — он не мазохист. Но надо.

С третьей попытки получилось. Было больно, очень больно. До чего он дошёл — пытать самого себя! Но легенда должна быть безупречна, как всегда.

Вскоре он уже был в Хогвартсе, оставив «незаконные» палочки в лаборатории.

— Северус, мальчик мой, как всё прошло? — Альбус словно спросил об уроке зельеварения, а не о собрании Пожирателей.

— Долго рассказывать. Вкратце — Пожиратели Смерти уверены, что Лорд вернётся. Цели и планы организации не изменились, как и её структура. Но… У Елены вообще слетели тормоза. Заставила вместе с ней резать гомункулов. А потом пытала меня, чтобы я принял клятву вернуть Лорда в течение недели. И ворох остальных. Вы ведь поможете мне, профессор? А потом я сразу сяду писать рапорт…

— Очень непредусмотрительно, мальчик мой. Покажи мне воспоминания, а потом я посмотрю, что можно сделать, — велел Альбус.

«Я тебе могу показать хоть как ты взрывопатамов насилуешь», — подумал Снейп. А теперь, пора выпрашивать помощь.

POV Беллатрисы, ранее Лестрейндж.

Беллатриса снова была в доме Лорда и тщательно его обыскивала. Вдруг она что-то пропустила?

Зеркало Еиналеж… Она видела, что она снова с Господином. Домовики сказали, что Хозяин много времени проводит с этим предметом. Интересно, зачем?

Следующей её находкой оказалась стоявшая на полочке статуэтка. Как показывали сканирующие заклятия — это человек.

Она провела обратную трансфигурацию и вскоре на полу лежала бессознательная и связанная Пандора Лавгуд. Как показала легилименция, память цели закрыта мощными заклятиями.

Первой мыслей Беллатрисы было устроить своей сопернице несчастный случай. А ещё лучше — не ждать случая, а нечто вроде падения животом на ритуальный нож пару десятков раз. Но потом она проверила Пандору на сексуальные контакты и спросила у домовиков, спал ли с этой женщиной Хозяин. Те уверили, что Тёмный Лорд ни с кем кроме Беллатрисы не спал. Поэтому желание убивать Пандору быстро исчезло. Для чего она Лорду? На ум приходило только стереть в ноль воспоминания Аберфорту Дамблдору и заменить это памятью Пандоры, а потом выпустить полученного психа куролесить. Ладно, пусть Господин сам разбирается. С этими мыслями она трансфигурировала Пандору назад. Только она — не Лорд, надо будет периодически подпитывать трансфигурацию.

Через два часа обыска она стояла у единственного перспективного места — сейфа Повелителя. Разумеется, она не вправе туда заглядывать. Но особые времена требуют особых мер. Вдруг там среди прочего инструкции для неё на особый случай? Или хотя бы карта пути к секретному схрону? Она уверена — если бы Лорд не хотел, чтобы она туда заглянула, он бы сказал ей. Или намного сильнее затруднил доступ к этому месту.

Ещё через час она вновь стояла перед сейфом, в этот раз она привела с собой заимперенного разрушителя проклятий — нашла его в результате сортировки пленных.

— Ты сможешь открыть этот сейф, не повредив содержимое? — спросила она.

— Надо посмотреть.

Через час ответ был готов.

— Вероятно, да. Но нужна палочка и иные инструменты. Вот список.

Вскоре заимперенный начал работу. Нет, она бы сама могла легко… уничтожить сейф вместе с содержимым. Открыть? Можно было бы попытаться Адским Огнём сжечь одну из стенок, но вдруг там что-то ценное и хрупкое?

Через девять часов заимперенный справился, хоть и получил магическое истощение. Дверца сейфа лежала отдельно. Открыть не получилось, удалось взломать. Если бы не удалось — она бы вырезала сейф вместе с куском стены и притащила бы Лестрейнджам. А те бы открыли. Либо не жалея жертв, либо нашли разрушителей проклятий, хоть сотню.

— Всё готово, госпожа, — ответил он.

Её взгляду представилось пять контейнеров, которые используют для транспортировки опасных артефактов.

— Отдай мне палочку и покажи мне, что там лежит.

Человек извлекал из контейнеров содержимое, показывал ей и прятал назад.

Первым он достал… Диадему Кандиды Когтевран?

Нет, она была в курсе, что Лорд заказал копии предметов Основателей. Они хранились в доме у Лестрейнджей. Но что это тогда, оригиналы?

Она начала сканировать предмет. Очень быстро она поняла — может это и оригинал, но теперь это точно Тёмный Артефакт невиданной силы, сделанный с использованием человеческого жертвоприношения. Примерно то же, что она некогда положила в сейф Лестрейнджей. Теперь понятны отлучки Господина — найти потерянную Диадему Когтевран! Превратить её в Тёмный Артефакт! Воистину, Лорд Великий Волшебник! Это не зафиксированных магглов пытать, где вообще любой справится!

— Ты знаешь, что это? — спросила она.

— Без понятия, — ответил заимперенный. — Но это очень Тёмный Артефакт. Вероятно, опасный.

— Клади назад, — приказала она. — И доставай следующий предмет.

Когда из второго экранирующего контейнера извлекли маленькую серебряную чашу, как она теперь знала, Чашу Пуффендуй, то она уже не удивилась. Почти. Вероятно, Гринготтс недостаточно надёжное место для подобных предметов. А вот дом, где хранитель Фиделиуса — она, достаточно надёжен! Её вновь затопила гордость.