— Чтобы они узнали твоё железо и тут же сдали нас дракону? Ради нас с тобой повелитель может и лично сюда прилететь!
— Да хватит паниковать, я получше замотаюсь, никто и не увидит. — Мориц упрямо не собирался отпускать напитывающийся кровью мешок.
— Мориц, а разве вы не прихватили с собой достаточный запас средств для путешествия? — с еле уловимой улыбкой на старческих губах поинтересовался Миваль. — Учитывая вашу должность, у нас должно быть более чем средств для путешествия.
— Да какие там средства, — расстроенно махнул рукой главнокомандующий. — Эти СБ-шники и разведка так следят, что почти толком и не урвать…
— Почти? — опасным тоном прошипел Моргенс, кто как раз и курировал в том числе и поимку казнокрадов.
— Ой, оговорился, — осознавший, в присутствии кого он проболтался, Мориц нервно засмеялся и отбросил мешок прочь. — Что стоим? Кого ждём? Время не ждёт, где там, говоришь, твой информатор?
— Мы ещё вернёмся к этому вопросу, — мрачно пообещал Гудмунд, мысленно отметив у себя в памяти необходимость проверить тех, кто проверял Морица, когда он вернётся к должности. — Ты не в ту сторону идёшь. За мной!
Следуя за главой разведки, их троица незаметно вышла на главную улицу и влилась в плотный поток людей. И чего здесь только не было!
С развитием Аргалориума, а значит медицины и сельского хозяйства, то множество крестьянских детей, что умирало в младенчестве, теперь выживало и вырастало. А так как механизация уничтожала необходимость в многочисленных работниках, то вся эта ширившаяся необразованная толпа направлялась прямо в города, где как раз и нарастал промышленный бум.
Вот только рабочих мест всё равно не хватало, и многие крестьяне пополняли всё ширившуюся касту бродяг и нищих. Они кучковались в различных бедных частях города, где мгновенно появлялись торговцы дурью и прочими запрещёнными травами из подземного мира.
Распробовавшие легкий способ заработка темные эльфы открывали плантацию за плантацией, ведь им было совершенно плевать, сколько жителей поверхности сойдет с ума или умрет от действия их отложенного яда.
В отличие от Эклунда и мест, где Аргалориум был силён, наркотики продавались не только зажравшимся аристократам, жаждущим новых ощущений. Для развращения нищих и бедняков темные эльфы придумывали новые, дешевые, и поистине страшные вещества, высушивающие разумных за считанные месяцы или, в лучшем случае, годы.
Идя по улице, троица путников наблюдала за валяющимися тут и там обтянутыми костями живыми мертвецами. Они пытались ютиться в жалких обносках, бывших когда-то их одеждой. Эти глупцы протягивали свои облезлые руки, умоляя окружающих дать им немного денег на пропитание, но любому было понятно, на что именно они хотят спустить эти монеты. Аргалор создал корпорацию, и по своей сути она беспокоилась лишь о своём создателе и лишь затем о тех, кто в ней находился. Но красного дракона не сильно беспокоило, что порождённый им когда-то Консорциум Диверум, хоть и приносил пользу самому Аргалору, был чистым злом для всех вокруг за пределами его детища.
Не сдержанные моралью темные эльфы выбрасывали на мировой рынок самые страшные препараты, в том числе и экспериментального характера. Усиливающие эликсиры, превращающие людей в мутантов, лишь одно из немногих ужасов, что можно было встретить на черном рынке. Их любили различные незаконные ученые, обожающие тестировать данные эликсиры на различных пойманных бродягах.
Получающие свои отчисления аристократы и акционеры корпораций тоже не сильно беспокоились о последствиях, ведь золотой поток наполнял их сокровищницы здесь и сейчас.
— Эй, здоровяк! Хочешь я тебя ублажу? — дорогу Морицу загородила потасканного вида невероятно худая и сухая женщина. Её глаза лихорадочно блестели, а на месте одной из рук щеголял лишь неаккуратный пень от вырванного с мясом импланта. Опытный взгляд бывшего легионера мгновенно подметил на её теле татуировки, характерные для бандитов. — Давай, я немного беру…
— Пошла вон, шалава. — презрительно цыкнул Мориц, на что просящее выражение женщины мгновенно исказилось ненавистью.
— Ах так! Ну и иди себе, импотент вонючий! Чтобы у тебя хер отсо!.. — принялась грязно ругаться и оскорблять опустившаяся бандитка, но в этот момент плащ Морица чуть распахнулся, дав всем возможность полюбоваться на полностью механизированное тело.
Одного этого вида хватило, чтобы наркоманка застыла, после чего развернулась и молча бросилась прочь. Техно-варвары, люди, слишком сильно увлекающиеся модификациями тела, по праву носили очень зловещую репутацию.
Девяносто девять процентов обычных людей гарантированно сошли бы с ума от того количества техно-магического железа, которым напичкал себя Мориц. Но последний мог не волноваться. Гуляющая по его крови суть Аргалора невольно делала духов Тароса намного добрее к нему, а индивидуальная настройка имплантов ещё сильнее снижала риск психоза.
— Как думаете, это того стоило? — неожиданно заговорил Миваль, грустно смотря на разразившуюся неподалеку драку. Несколько десятков безработных бросались друг на друга в яростной надежде отобрать еду у оппонентов.
Чем больше старый маг наблюдал за творившимся вокруг хаосом и беззаконием, тем сильнее он мрачнел.
— О чём ты говоришь? — не понял Мориц. Моргенс по своему обыкновению предпочёл хранить молчание.
— Посмотри на этих людей, — Эвенвуд обвёл рукой окружающую разруху и грязь, как человеческую, так и материальную. — Строя наш собственный путь, мы невольно разрушили их жизни. А ведь это всего лишь один город. Что же будет твориться во всём мире, когда новые корпорации начнут строить свой собственный порядок?
— Должен заметить, что подобные разговоры являются достаточно предательскими по отношению к нашей собственной корпорации… — медленно заметил Моргенс, но вмешавшийся Мориц лишь махнул на главу разведки рукой.
— Пф-ф-ф, это если не считать, что в её глазах мы тоже преступники? Дай я сам ему нормально объясню, — Мориц шумно высморкался и усмехнулся. — Ты, Миваль, человек хороший, хоть и маг, но, видать, засиделся ты в своей магической башне.
Бывший легионер с небольшим весельем покачал головой, что-то вспомнив.
— Ты вот смотришь на всю эту анархию и считаешь, что в этом виноваты только мы? Так я тебе открою небольшую тайну, подобное дерьмо я видел с самого рождения. Стоило мне родиться в Сабоделе, так там, в нищих кварталах немногим всё и отличалось. Было всё то же: воровство, проституция, убийства и грабёж. Просто ты, Миваль, жил и живёшь в совсем ином мире, отличном от всего этого. Вот тебя и корежит с непривычки.
— Хочешь сказать, в твоём родном городе и герцогстве был точно такой же масштаб? — нахмурился старик.
— Нет, — вынужден был признать Мориц, но сразу добавил. — Но и здесь ещё можно поспорить, кто виноват, а кто нет. Сейчас крестьяне рожают и рожают детей, действуя по старым правилам, где из десяти младенцев до пяти лет доживают, дай Хемина, двое или трое. Но мир изменился слишком быстро, а они этого ещё не поняли. Да и насчёт Аргалориума ты тоже не прав. Этот город ещё не принял законы дракона, живя под властью герцога Блома. Тебе ли не знать, что Аргалор никогда бы не позволил стольким людям ошиваться без дела и уж тем более зазря тратить свои жизни.
— Может быть и так, — Миваль всё ещё был не согласен, но видел, что спорить бесполезно. — Но разве благо корпорации стоит всего того зла, что выплеснется в мир?
— Естественно, стоит, — не раздумывая ответил Мориц, чем заработал одобрительный взгляд Моргенса. — За корпорациями прогресс и будущее. Да, первое время они будут идти по костям и крови, но рано или поздно они выведут нас в новое, лучшее будущее.
— Хотелось бы, чтобы это было и впрямь так. — тихо сказал Эвенвуд.
За свою жизнь старый маг сделал немало вещей, которыми не гордился, но всё же судьба была с ним куда более щедрой, чем с тем же Морицем. Благодаря магии Миваль всегда был сыт, а его навыки ценились.