Любой великан, способный достичь определенного уровня могущества, был способен активировать эту силу и ослабить естественную защиту дракона, дабы нанести свой удар.
Видимо, тот лучник гигант был каким-то вождём или десятником, раз он получил доступ к наследию своих давно сгинувших предков.
Вспыхнувший Игнис набросился на деревянное древко стрелы, начав его сжигать, в то время как Зара ухватилась за обратную сторону и рывком отбросила лишившееся наконечника древко и оперение.
Лев уже собирался раз и навсегда покончить с наглецом, когда ему пришлось уворачиваться от промелькнувшего сбоку наконечника полностью стального копья, по недомыслию называющегося посохом.
Ударившее следом пламя лишь бесполезно окатило морду и чешую красного дракона, заставив того вытащить голову из бушующего вокруг него взрыва и издевательски рассмеяться, выкашливая черные клубы дыма.
— Серьезно? Атаковать меня огнём? — в ответ огненный великан лишь сузил за шлемом глаза и, раскрутив посох, с силой обрушил его на бок дракона.
Фыркнув от развлечения, Аргалор высокомерно принял его на укрепившуюся чешую лапы, чтобы тут же зашипеть от боли.
Да, Аргалор вполне успешно заблокировал удар, но чего он не ожидал, так это того, что стальной посох мгновенно расплавится и сформирует на своём конце острое лезвие, погрузившееся в грудь дракону на десяток сантиметров.
Лишь инстинктивное высвобождение магии помогло Льву отбросить относительно слабого врага, что так небрежно почти добрался до его сердца. Получивший сильный магический взрыв в лицо великан был отброшен, но, встряхнув головой, быстро пришел в себя. Его полурасплавленный посох, подчиняясь командам хозяина, втянул в себя лезвие и вновь остыл, став обычной стальной палкой.
«Сейчас не время для высокомерия», — мысленно прошипел сам себе Лев, чувствуя, как всё его естество скручивается от одной только мысли о подобном. Это невольное сопротивление мгновенно привело его в ярость: «Я контролирую себя, а не мои инстинкты! Эти черти не какие-то там жалкие смертные, а те, кто вполне успешно убивал драконов на протяжении эонов! Я не могу позволить себе быть небрежным!» — раны от стрелы и копья болезненно ныли, но времени на их восстановление с помощью Эви пока не было.
Многие десятилетия, пусть и подзаброшенные в последние годы самоконтроля оказались не зря. Инстинктивное желание броситься на медленно приближающегося огненного великана уступило место холодному, расчетливому гневу.
Ещё одна свистнувшая стрела была быстро отбита кончиком хвоста, хоть Аргалор и не отвлёкся от мага гигантов. Лев отнюдь не забыл о своём первом обидчике.
Оба противника двинулись одновременно.
Огненный великан, прекрасно понимающий бесполезность большинства своих приёмов, решил использовать заклинания контроля металла. Половина его посоха взорвалась, выпуская в сторону дракона два быстро летящих острых куска стали. Судя по направлению их движения, целились они прямо в глаза. Самым же опасным было их умение обходить защиту и достигать намеченных целей.
Аргалор тоже был вынужден отойти от своих любимых огненных заклинаний и пламени, используя чистый шаманизм.
Первый стальной осколок Аргалор попробовал сбить выпуском пламени, но он ловко ускользнул, чтобы оказаться сразу схваченным лапой дракона. Он немедленно попытался вырваться, но Лев держал крепко.
Вот только осколков было два и второй из них Аргалор уже не успевал поймать. Скользящий и маневрирующий кусок зачарованной стали уже был слишком близко к его голове!
Удар!
Шлем великана мешал увидеть его выражение лица, но даже по его позе было видно, что он недоверчив от выбранного драконом решения.
Вместо того, чтобы пытаться отбить быстро летящий кусок стали и провалиться, Аргалор вместо этого сам наклонил голову и ударил рогами по острию, заставив снаряд глубоко завязнуть в невероятно крепкой кости и застрять.
Гигант немедленно начал менять структуру обоих кусков посоха, заставляя их течь, словно жидкий металл, но он не успел, ведь в этот момент до него добралась атака Аргалора.
Прорвавшиеся в реальный мир духи камня заставили окружающую вокруг землю вспучиться и ощетиниться десятками острых пик, пытающихся пронзить великана от ног до головы.
Как это обычно и бывает, броня зачастую защищает от множества угроз, но куда реже от тех, что идут снизу.
Однако и сам великан не был новичком в битве магов. Стоило каменным кольям только прорвать брусчатку крепости, как вокруг гиганта вспыхнул заранее подготовленный мощный огненный шторм, за считанные секунды расплавивший и унёсший атакующий камень прочь.
Само заклинание действовало не более пары секунд, но результат был очевидным. Весь камень вокруг гиганта на расстояние в четыре метра превратился в магму, булькающую под парящим на металлической пластине магом.
Будь на месте гиганта обычный великан, то он уже бы запёкся заживо в своих латах, но живущий возле вулканов в подземном мире огненный великан лишь насладился столь комфортной температурой.
Духи камня, оказавшись в столь неродственной для них среде, немедленно рассеялись, а великан бросил на почему-то просто стоявшего дракона самодовольный взгляд.
Именно поэтому, когда его ноги неожиданно что-то обволокло, он был абсолютно к этому не готов. Пользуясь отвлечением внимания гиганта, смирно булькающая лава внезапно ринулась вверх и начала быстро покрывать тело гиганта своей липкой массой.
Стальная пластина, на которой парил гигант, продержалась всего секунду, прежде чем была расплавлена и смешана с горячей породой, лишая великана его над ней контроля.
— К твоему сведению, я призвал два типа духов, — хмыкнул Аргалор, смотря как на упавшего великана набрасываются духи лавы. — Я знал, что ты легко уничтожишь духов земли и после них останется что? Правильно, лава, ведь с твоими навыками ты захочешь не просто разбросать землю вокруг.
Тем временем хоть лава и не могла убить великана, но она залепила ему глаза и уши, после, насильно раскрыв рот, начала втекать внутрь бьющегося гиганта. У великана ещё были призрачные шансы вырваться, ведь магия всё ещё была при нём, но духи лавы погрузили тело противника под землю, лишив того и призрачной возможности вдохнуть.
Почувствовав, как гигант начал замедляться, Аргалор сразу потерял к нему интерес и, подняв лапу, ухватился за застрявший в его роге кусок стали… чтобы не суметь его выдернуть!
Да, от силы дракона зачарованный великанский металл гнулся, но отказывался ломаться или покидать многострадальный рог. Отламывать же последний не захотел уже и сам Аргалор.
Зло зарычав, Аргалор в ярости обернулся, ища того лучника гиганта, чтобы с возмущением найти его почти растворенное кислотой тело.
— Прекрасное украшение! — издевательски прокричала пролетающая мимо Аксилия, дотронувшись лапой до своего рога. — Мне нравится!
— Не смей убивать моих врагов! — раздраженно зарычал Лев. — Это я хотел его убить!
— Ха-ха-ха, в следующий раз предупреждай! — невинно бросила черная драконица. — Я не знала о том, что он твой!
Вот только Аргалор был на сто процентов уверен, что она специально его убила, а теперь разыгрывает дурочку, чтобы посильнее его позлить!
Подпитываемый яростью красный дракон бросился в самую гущу сражения, активно используя драконий выдох. Там, где он пролетал, оставался только пепел и быстро догорающие трупы.
Тем не менее, как и остальные драконы, главной целью своих нападений они выбрали именно огненных великанов. Ледяных и массовку из холмовых взяли на себя всё прибывающие и прибывающие орки.
Уже почти все осквернённые големы пали, как и оригинальные элементали земли. Уцелело всего двое изначальных гигантов, и к ним было призвано ещё два новых. Эта четвёрка и доламывала стены, расширяя проломы для кавалерии орков.
Несмотря на своё отчаянное сопротивление постепенно падали и огненные маги. Если приглядеться, многие из них с самого начала боя щеголяли различными ранами и повреждениями, ведь перед приходом в крепость они только-только вернулись из невероятно опасного похода, где даже пал старший сын Бароса.