Ах, долги, и те, кто пытается ускользнуть от их выплаты — всё это вызывало у Аргалора старую ностальгию по его ещё земным будням.
Глава 13
Как оказалось, когда в твою крепость, словно к себе домой, входят неизвестные солдаты, это мало кому может понравиться.
Экипаж «Пожирателя бури», получив приказ дракона, споро принялся за работу, собирая и сортируя разбросанные повсюду добычу. Первым подобное не понравилось оркам.
Многим зеленокожим не пришелся по душе вид того, как их товарищей самым наглым образом обирают, а всё собранное увозят на корабль. Благо, что вовремя заметивший назревающий конфликт Ордаш увёл свою орду подальше от поля боя и крепости. Многим из его бойцов подобное не понравилось, но все вопросы у них остановились, стоило им заметить раздражённо машущий из стороны в сторону хвост великого хана.
Всякие попытки вождя заставить своенравную конечность обмотаться вокруг пояса и не мешать, проваливались, поэтому прямо сейчас Дьявольский топор больше напоминал злого кота, которому хозяйка случайно прищемила яйца дверью.
Впрочем, стоило отметить, что Ордашу ещё повезло. В отличие от магов-целителей, вынужденных разбираться в строении исцеляемого объекта и ещё десятке столь же важных вещей, Аргалор использовал чистую стихию жизни, которая сама по своей природе стремилась исцелять.
Проблема была лишь в том, что при направлении магии в тело объекта Аргалору приходилось прикладывать невероятные усилия, чтобы стихия жизни лишь вернула тело к исходному положению, а не попыталась, к примеру, улучшить его или изменить.
Тот же хвост у орка, скорее всего, вырос по той «простой» причине, что магия жизни, коснувшись сущности Ордаша, просканировала его тело вплоть до самых глубинных уровней и отыскала там каких-то дальних предков, у которых мог быть хвост. Или было ещё проще, и стихия жизни выудила хвост из своей бесконечной библиотеки живых организмов.
Не улучшало настроения Ордаша и пришедшая к нему Аксилия, что с невинным видом принялась поливать кислотой огрызающиеся дьявольским пламенем топоры орка. Как потом говорили, скрип зубов Ордаша был такой силы, что его слышали даже у стен крепости.
Но вернёмся к этой самой крепости, где легионеры по приказу мрачного легата были вынуждены пустить внутрь деловито приценивающихся ко всем окружающим предметам солдат красного дракона. Живя в корпорации Аргалора, его подданные очень быстро учились на глаз определять сколько стоит или может тот или иной предмет, дабы те же торговцы их не обдурили.
Из-за непрекращающейся технической революции цены то и дело прыгали по несколько раз на неделю и было очень важно уметь ориентироваться в этом постоянно изменчивом мире.
* * *
Легат Карантус чувствовал себя откровенно плохо, или, если быть до конца точным, абсолютно ужасно.
Стоя в одном из уединённых дворов крепости, он оказался в окружении целых трёх драконов, чьи тела были столь огромны, что полностью заполнили собой небольшой двор.
Сам Люциус с удовольствием принял бы «гостей» в одной из комнат, но никто из драконов не поместился бы внутри. Как итог, легат был вынужден стоять перед жуткими повелителями неба, словно какой-то обычный, отчитывающийся солдат.
И если бы дело было просто в отчёте! Что бы Люциус ни говорил, с морды самого главного в их стае, красного дракона, ни на секунду не пропадала порочная, понимающая усмешка.
— … Я благодарю вас за помощь Империи и самому Императору, — закончил многочисленные славословия и благодарности легат, плавно, как ему казалось, подводя к тому, что он собирался сделать с самого начала. — Я немедленно напишу расписку и письма в казначейство и интендантство. Уверен, когда новость о ваших свершениях дойдёт до Императора, то он незамедлительно оценит ваши действия по достоинству…
— Как забавно, — пренебрежительно прервала легата Аксилия. В её голосе легко читалось небольшое развлечение. — Меня не перестаёт удивлять то, как легко ты научился читать мотивы этих смертных, Аргалор. Буквально перед крепостью ты сказал, что правящий здесь человечек будет пытаться скинуть свой долг на начальство, с которого, естественно, почти ничего не допросишься. И вот! Это так и случилось. Не знаю, чувствую ли я удивление от того, что ты так глубоко погрузился в мысли этих низших созданий, или тошноту от самой мысли, что ты так долго думал и размышлял об их помыслах. — третья, золотая драконица запрокинула голову и громко рассмеялась, чем заработала недовольный взгляд красного.
Люциус подавился своими словами, и в нём немедленно вспыхнула ярость. Последнего, кто посмел с ним так разговаривать, он заставил горького пожалеть о своих необдуманных действиях. К несчастью, сейчас была другая ситуация, и на место ярости пришёл опустошающий страх. Стоя в кругу тел насмехающихся над ним драконов, он чувствовал себя маленьким мальчиком, потерявшимся на оживлённой торговой улице. Давно забытое чувство беспомощности было не тем, что он желал вновь ощутить.
— Дорогая, Аксилия, твой ограниченно узкий взгляд на полезность смертных меня огорчает, но раздражает меня именно твоё неумение видеть очевидное! Созданная мной корпорация процветает и день за днём продвигает меня к званию богатейшего дракона Тароса!
— Пф-ф-ф, Аргалор, — Аргоза перестала смеяться и, всё ещё веселясь, покачала головой. — Если бы твоих соотечественников было так легко убедить в пользе смертных, то это было бы сделано давным-давно! Это бесполезное занятие, они слишком глупы, чтобы видеть очевидное.
— Чё сказала⁈ — мгновенно вскинулась Аксилия.
— А ну не драться! Аксилия, думаешь я не вижу твой кончик хвоста⁈ Немедленно убери его! Аргоза отправь электрического угря за спиной Аксилии обратно в мир духов! — мгновенно завёлся Лев, пресекая очередную склоку. Убедившись, что обе драконицы поняли его посыл, после чего повернулся к подавленному Люциусу. — А теперь, легат, слушай меня. Будь у нас с тобой больше времени, то я позволил бы тебе и дальше нести чушь и корчиться, пытаясь выскользнуть из петли долга, чтобы в конечном счёте ещё дальше погрузиться в бездну. Мы бы с тобой сыграли в игру, конец которой стоил бы тебе всего. Но на твоё счастье мы и так потеряли много времени, а последнего у нас и нет. Поэтому всё будет просто, ты будешь служить мне и делать это будешь радостно и счастливо.
— Господин дракон, я уважаю вас за помощь Империи и мне лично, но должен уточнить, что угрозы действующему легату на службе Императору — одно из самых тяжелых преступлений, и наказание за него понесут даже высшие аристократы Империи…
— Какой забавный человек, — ухмыльнулся Аргалор, две драконицы с интересом наблюдали за тем, что должно было вскоре произойти. — Упираешься, даже зная, что уже одной ногой в могиле. Ты сказал про угрозы, но отнюдь не я самая большая твоя угроза.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Люциус, но от Льва не укрылась мелькнувшая в его глазах тень обречённости.
— Не притворяйся, ты и сам знаешь ответ. Твоя последняя ошибка могла дорого стоить Империи. Неожиданно прорвавшаяся восьмитысячная орда под предводительством великого хана. Мало того, что она могла разорить значительную часть запада Священной империи, так хуже того, великий хан мог без проблем вернуться в степь, чтобы стать ещё большей проблемой.
Аксилия счастливо улыбнулась, видя уже откровенно болезненное выражение легата, осознавшего к чему ведёт Аргалор. Черная драконица, потворствуя своей природе, любила смотреть, как покалеченные существа продолжают ползти в наивной надежде убежать от ужасного конца.
— Стоит этим новостям дойти до столицы и это поднимет настоящую волну.
— Крепость так или иначе отбилась, а орда отступила! — решительно спорил Люциус, но делал он это лишь по инерции.
— Учитывая, что именно я её сейчас контролирую? Она может и вернуться, — хмыкнул Аргалор. — Но это было бы неспортивно, к тому же, бессмысленно. Начало твоего падения уже неминуемо. Ты не хуже меня знаешь, что Император и его советники не отличаются прощением. Ты мог десятилетиями служить своей стране, но одна серьёзная ошибка перечеркнёт всё твоё будущее.