— Наша подруга Ольга рассказала про круглого пушканчика, — начала одна из девушек. — И показала, как мохнатит своего Пушистика.
— Мы тоже таких хотим, — принялись наперебой высказывать требования ученицы.
Я ожидал, что Олечка поспешит похвастаться подружкам своим новым рабом. А ещё, если взлохматить пушканчика, он начинает урчать. Его урчание действует максимально благоприятно на организм. Начинает улучшаться память и когнитивные способности. Мозг быстрее развивается, а восприятие мира улучшается.
— Так взлохматьте пушканчика Ольги, в чем проблема? — предложил я, одарив каждую из учениц улыбкой.
— Она не дает лохматить своего Пушистика! — пожаловалась большеглазая блондинка и поправила рукой волосы, показав декольте на кофточке. — Может быть, мы сможем договориться с вами?
Я перевёл взгляд на других учениц, они синхронно поправили волосы и сделали умоляющий вид.
— Ладно, раз Ольга не дает лохматить своего Пушистика, я постараюсь каждой из вас создать по круглому пушканчику, но на это нужно время. Остался основной вопрос: что я получу взамен? — я хитро прищурил глаза.
— Мы готовы на все, — закричали девочки хором и пододвинулись ближе.
Они активно кивали, хихикали и переглядывались. Мысли о том, что нужно покинуть этот мир сразу улетучились из моей головы. Вообще-то я другой ответ хотел услышать, но так тоже сойдёт.
Надо срочно придумывать, как поменять себе тело. Быть в облике преподавателя среди красавиц — это просто какое-то издевательство. Преподавательская этика всё портила.
А что касаемо пушканчиков, то раздавать малышей просто так я не готов. У пушканчиков весьма конкретное предназначение и давать их всем подряд без разбору попросту нельзя. Вернее можно, если очень захочется, но тело Валерия Петровича безжалостно сужало список моих просьб.
— Сейчас у меня неотложные дела, да и мне надо подготовиться. Через три дня обещаю всерьёз обдумать этот вопрос, — пообещал я и увидел, как ученицы запрыгали и даже обнялись, услышав такую новость.
Сложно, конечно, отказывать девушкам. Но, заглянув в мысли каждой ученицы, понял, что раздавать пушканчиков просто так нельзя, не все они жаждут быть властительницами, а это важное условие. Девочки хотят побаловаться и поиграть с созданием, но его предназначение в другом. Например, в том, чтобы реабилитировать латентного черного властелина…
Пушканчики — идеальные прислужники, которых создал один бог для своих последователей. Бог послал идеальных прислужников, которые научили злых правителей гуманности, милосердию и другим прекрасным качествам. Задача пушканчика — сделать из диктатора хорошего правителя. У Оленьки есть все шансы и ресурсы, чтобы развить необходимые качества и добиться власти.
Я пообещал девушкам, что приму решение давать ли им пушканчиков через три дня, но в моих планах покинуть Имперскую Академию к этому времени. Божественная вечеринка не ждёт опоздавших. Осталось разобраться с демонами и открыть портал в Олимпию.
— Ну, здравствуй, Валерий Петрович. Разговор к тебе есть, — неожиданно раздалось за моей спиной.
Да таким голосом, что у меня мурашки по спине забегали.
Глава 20
Красавица и зверь
Стоило мне направиться к своему столу, как ко мне подошёл диковатого вида мужик, весь обросший, с клочковатой бородой. Мне показалось даже, что у него светились глаза. Стоило ему приблизиться, как на меня пахнуло псиной и чем-то ещё маскулинным. Ну прямо животное. Всё лучше, чем забитые и закомплексованные преподаватели, но над этим типчиком тоже следовало бы поработать.
— Чем могу быть полезен? — спросил я.
— Валерий Петрович, — пробасил он. — Слышал я, вы проводите совместные занятия с преподавателями, и даже успешно. Предлагаю и нам с вами объединиться.
— Так, заманчивое предложение, — произнёс я, хотя на самом-то деле не очень-то и заманчивое.
Всё-таки, во-первых, он мужчина, к тому же далеко неопрятный. А во-вторых, я уже морально готовился к вечернему распитию амбражки в кругу преподавателей. Хотя, кто знает, что интересного может предложить этот дикарь?
— А что вы преподаёте, хотел бы уточнить… — спросил я, окинув собеседника оценивающим взглядом.
— Как что, Валерий Петрович? — возмутился мужчина. — Как будто первый раз меня видите.
Я едва не улыбнулся. Конечно, первый раз. Где же я до этого мог видеть такого дикобраза?
— Я веду приручение и дрессировку магических животных.
— Что ж… Приручать и дрессировать мне очень даже нравится. Особенно диких, необузданных кошечек, — я улыбнулся. — Конечно, давайте проведём занятия вместе.
В следующий миг у дикобраза вдруг испортилось настроение. Он посмотрел в сторону и тяжело вздохнул.
Я обернулся. К нам, походкой от бедра, будто на подиуме вышагивала самая настоящая дикая кошечка. Это, конечно, была девушка. Но настолько она была грациозной и воздушной что, кроме как с семейством кошачьих, её сложно было ещё с кем-то связать.
— Валерий Петрович, — томным голосом произнесла она, — я бы тоже предложила вам себя, ну, в качестве партнёра для занятия.
Она призывно посмотрела на меня, склонила голову и лёгкими движениями ненавязчиво погладила свои бёдра. Причём, это было так органично, что казалось, она только так и передвигается, всё время поглаживая себя. Когда её руки переместились на талию, а сама кошечка продолжила пожирать меня взглядом, дикарь не выдержал.
— Вообще-то я первый подошёл, — грубо осадил девушку дикобраз.
— Ну какая разница? Вы первый, я подошла вторая. Разве имеет значение у кого какой номер…
На этих словах её пальчики как раз переместились ближе к внушительной груди.
— В любом случае, тут решать Валерию Петровичу, — нахмурился дикарь.
У меня аж сердце заколотилось как бешеное. Ох, как же мне хотелось провести индивидуальное занятие с этой красоткой. Ну, и этот мужчина меня заинтересовал, исключительно с исследовательской стороны. Это же надо так себя запустить. Я даже не знаю, с какой стороны подпустить к нему Элвиса. С этого шерстяного можно собрать килограммов десять шерсти на парики для нашего дорогого преподавателя алхимии, который остался лысым из-за слюны василиска.
— Я думаю, мы вполне можем провести занятие втроём, — дипломатично предложил я.
— О, совместное занятие, — девушка слегка прикусила губу, — два парня и одна девушка. А мне нравится такой тандем. Как тесно мы будем с вами работать?
Здоровяк проворчал в бороду, явно ругательное.
— Я думаю, мы с вами прекрасно справимся. Значит, так и договоримся, — хохотнул я.
— Тогда увидимся на занятии, — я откланялся перед новыми коллегами, которых, к слову, не было на педсовете, и направился к своему столу.
Но стоило мне сделать пару шагов, как ко мне подлетела Анна Сергеевна.
— Валерий Петрович, Валерий Петрович, — затараторила она. — А о чём вы говорили с Беатрисой Степановной?
— О совместных занятиях, — невозмутимо ответил я.
— Ах, о совместных занятиях, значит, — хмыкнула Анечка. — Вы знаете, будьте с ней осторожны, она та ещё хищница.
— Поверьте, у вас меня никто не украдёт, моя дорогая, — улыбнулся я, в упор глядя на неё.
— Ой прекратите, Валерий Петрович, — по привычке покраснела Анечка и слегка хлопнула меня по предплечью, хотя в её голосе уже значительно меньше звучал протест.
Я поборол желание приобнять её и слиться с ней в долгом поцелуе. Я ведь прекрасно знал, как она относится к постороннему вниманию. Да и, опять же, не следует совращать наших учеников. Вместо этого я спросил:
— Почему же вы так стараетесь меня предостеречь?
— Так вы не знаете? Беатриса уже троим нашим профессорам разбила сердце. Причём так жестоко, что даже наши ведьмы возмутились её бессердечности и вероломству.
— Обожаю таких сердцеедок, — я растянул губы в улыбке. — А то все здесь какие-то скромницы.
Анна Сергеевна смущенно отвела глаза в сторону и продолжила: