– Зачем так рано? – она сильнее обняла руку и хотела продолжить спать, но я начал трепать её по голове.
– Давай-давай вставай, соня – приговаривал я.
– Хорошо-о-о – и она начала вставать и отряхиваться от песка.
– А я бы поспал ещё, если бы не она – вставая сказал я это и начал потягиваться.
– Нам, правда, надо уже уходить. Тем более, что дождь начнётся с минуты на минуту.
– Понял-понял я. И ты вставай уже, а то расселась.
– Какой вредный всё-таки. Встаю уже.
Все мы начали собирать сумки. Пледы уже все сложили, костёр потушили, все оделись и начали идти назад. Дождь уже начал накрапывать. Деревья уже не так ломались под ветром. Но птицы…птицы летали совсем низко над землёй, что совсем чуть-чуть и они бы начали своими грудками копать землю. Я устал, просто устал от этой беготни и постоянного мучения от того, что не знаю, куда катится весь мир и что мне делать в нём. Но сейчас…хотя бы сейчас был счастлив и горел маленькой надеждой, что появился тот, кто меня поймёт. Да, я не знаю, что у неё за душой, чем она живёт, какое у неё…прошлое. Но зачем мне это сейчас? Сейчас, когда надо просто жить. Жить ради себя, а не за кого-то другого. Надо хоть иногда рисковать! Я тоже хочу жить! Не для кого-то, а только для себя.
В это время дождь начал капать ещё сильнее и мы со всех ног побежали куда-нибудь, чтобы не промокнуть, хотя мы только что купались. Все громко-громко смеялись и бежали от этого гадкого дождя. И вот уже ливень, весь асфальт похож на зеркало, а лужи походят на моря. Все за считанные секунды промокли до крайней нити, но все продолжали бежать, потому что ни у кого не было желания заболеть в самом начале лета. Даже не в начале, потому что оно ещё не началось. Оно начнётся через пять дней. А пока мы учимся, юридически, а по факту – нет. Ну и ладно, чёрт с ним. Мы добежали до подземного перехода и начали отдыхиваться. В подземном переходе как раз был силомер: аппарат, где нужно бить по груше, а от силы удара зависит и число баллов. Девятьсот девяносто девять – самый сильный возможный вариант из всех возможных.
Айнур сразу внёс в аппарат несколько монет и начал размахиваться правой рукой. Он был ниже меня на пол головы, волосы чуть длиннее моего, и он был очень сухой по телосложению. Всегда был оторвой. Пил, курил, ходил на тусовки. В общем – настоящий спортсмен. Он замахнулся и ударил в по груше. Через секунды две на табло высветилось число восемьсот пять.
– Давай ты – сказала А., дёргая меня за рукав.
– Я? Я никогда не бил… – я хотел продолжить, но взглянув в эти её щенячьи глаза, сразу согласился.-Да, хорошо.
Я опустил тоже монетки и начал готовиться. Я – левша, поэтому встал от измерителя чуть правее. Напрягав мышцы почти всего тела, вспоминал, как правильно бить, но потом понял, что нужно приложить не только силу, но и массу. Я сделал один шаг назад, размахнулся и ударил…рука как будто вылетела из сустава. Моё сердце трепетало. Ждал, ждал, ждал…Вот, число…девятьсот пятнадцать.
– Вау! Ничего себе! – послышались мне изумлённые крики сзади.
Я своим глазам не верил. Когда?! Когда я стал такой сильный?! У меня было удивление, шок, меня охватила гордость и челюсть понемногу сползла вниз. Рука ещё немного ныла, а сердце горело огнём гордости. Я стал похож на дурачка с глупой улыбкой в тридцать один зуб до ушей. Почему в тридцать один? Один зуб я потерял из-за лени и не хождения к стоматологу. Зуб лечили-лечили, а по итогу удалили. Обычно дыру не было видно, но когда вот так, до ушей, то видно было просто замечательно.
– Ну, ты молоток! – крикнул Айнур. – Давай пять!
И мы ударили по ладоням.
Через двадцать минут я уже был возле дома А. Я и сам не понял, как оказался тут. Вроде пошёл с ней под предлогом сопровождения до дома, а было темно, вдруг что-то произойдёт. Да, искать предлоги – это не моё. Всю дорогу мы говорили то о музыке, то о фильмах, искусстве. Она была многогранна, но скромна. Иногда мне надо было нагибаться, чтобы услышать её. Настолько иногда её звук голоса был тих. И вот, мы стоим у её дома.
– Ну, пора прощаться – сказал я с некой доли грусти.
– Ага…ну… – она искала какие-то слова, но я её перебил.
– Сегодня был просто замечательнейший день! Спасибо тебе!
– Ха-ха-ха – начала она смеяться. – Мне то за что?
– Ну-у, без тебя было бы мне намного скучнее. Да и тем более, что с такой миловидной девушкой никогда не бывает скучно.
– Да иди ты! – сказала она, ударив меня по плечу. – А так…и тебе… – она взяла меня за воротник, потянула к себе и на ухо сказала: «Спасибо…», и поцеловала меня в щеку. От этого я окаменел, дыхание спёрлось, стал похож на красный флаг. И снова раскрыл рот от удивления.
– Чего-о-о-о?! – закричал я, но она быстро убежала в подъезд, заливаясь смехом.
– Пока-а-а! – только это мне слышалось вслед.
Прошло десять или пятнадцать минут. Я всё ещё стоял на месте и смотрел вперёд. Как будто мой мир рухнул и начал пересобираться вновь, но в причудливые формы, с иными гранями и ценностями. Будто я заново родился, за секунду прожил жизнь, расцвёл, погиб, и снова стою тут, перед её подъездом. Что это было? Я её «завоевал»? Или нет? Вопросы блуждали в черепной коробке лишь, но ответы были вне её. Ответы были у А., чёрт возьми!
Но ничего делать не оставалось, как идти домой, с пьяной от чувств головой и бегающей от недоумения душой. И я шёл, смотрел по сторонам, любовался природой серых однотипных зданий и таких же серых однотипных людей, каким являлся и я. Внутри обуви что-то хлюпало, кололо и пересыпалось. Похоже песок с пляжа попал в обувь и начал нервировать. Я и всё видел в сером цвете раньше, но цвета стали…более насыщенными. Это замечалось мною в мировоззрении, когда в жизни происходили моменты, которые закладывались на всю жизнь. Такие как первый поцелуй, последний звонок девятого класса, первая любовь, страдания от её потери, победа в каком-то соревновании, первая драка, вещь о которой мечтал всю жизнь свою. В эти моменты всё ощущается по-другому. Воздух обретает краски, которые не чувствовал до этого абсолютно. Звуки стали объёмнее. Поблизости дрались собаки, а мужики ставили ставки на победу. Возле мусорного бака лобзалась пара. Это выглядело противно и нисколько не романтично. Есть места и лучше для этого. Я начал идти быстрее, потому что усталость начала напирать со всей силой и глаза закрывались на ходу. Будто высосали все соки из ног и рук, но хотя бы мозг ещё немного работал. Ещё немного пройдя, я оказался перед домом, поднялся наверх, вошёл в квартиру, и, не раздеваясь, лёг сразу же спать.
Ночью я проснулся из-за включившегося телефона. Обычно он не издаёт звуков, потому что отключаю его. Но сегодня забыл это сделать. Пришло сообщение от А. с текстом: «Пожалуйста, приходи ко мне, срочно нужна помощь». Тело беспорядочно ныло от усталости, а глаза еле открывались. Но после повторного прочтения во мне произошла перезагрузка и тело будто обновилось. Их ног ушла тяжесть и голова будто работать начала в два, а то и в три раза быстрее. Я спросил о произошедшем, и почему такая срочность, но она сказала, чтобы быстрее бежал к её дому. Быстрее напялив первое попавшееся из шкафа, выбежал тихо из квартиры и побежал в сторону её дома. В голове должен был быть вопрос «Что случилось?», но его не было, а была лишь пустота с ветром. Через считанные минуты, не ожидая от себя такой скорости, я уже пытался отдышаться около входа. Темно, всё было темным темно и лишь некоторые, не сломанные фонари освещали безлюдную улицу влажную от недавнего дождя. «Где она?! Зачем она позвала меня?!». Через минуту она вышла с рюкзаком за спиной.
– Что случилось? Зачем спешка? – сразу спросил я, обняв её, потому что вышла она с понурым видом и прыгнула на меня.
– Пойдём отсюда, пожалуйста, быстрее. Не хочу тут находиться – сказала она, отойдя, взяв меня за руку и поведя в сторону нашей школы.
Мы отошли к школьному двору. Он был относительно недалёк от неё и очень близок ко мне. Мы перелезли через забор школы и сели на лавку.